Страница 50 из 76
Подобрал вожжи, разобрал, как следует, по рукам. Обычно правил только парой лошадок. С четвериком все так же, но все же немного сложно с непривычки. Слишком много ремней остаётся в ладонях. Пока поймёшь, какой из них к которой из лошадей идёт, пока пристроишь новую грубоватую кожу так, чтоб не ранила пальцы. Вера молчит, только смотрит вперёд. Надо бы сесть к ней поближе, попытаться добиться расположения, но боюсь ещё раз оплошать. Выезд из города, северные ворота совсем близко отсюда, но я, помня про свое решение, направляю лошадей в сторону жилого квартала. Улочки здесь совсем узкие, не предназначены для богатого выезда, для целого четверика. Карета то и дело задевает бортами цитрусовые деревья, растущие вдоль домов. Под колесами хрустит пыль и некрупные камни, брусчатку как будто мели очень давно, и совсем не сегодня, может, неделю назад. С балконов над дорогой свисают пышные лианы, усыпанные розовыми цветами. Ставни давно закрыты, ночь вошла в полную свою силу. «Ведьмин час» называется это время. Никто не желает выходить из домов, кроме, разве что, магов или девушек дроу. Этим все нипочём. Стук лошадиных копыт равномерен и подобен звуку, что даёт хорошая мельница. Четко в такт, словно мелодия, звучит этот цокот. Ни один из холеных меринов не хромает. Старый мастер не обманул, отдал моей супруге, действительно, лучший свой выезд. И придраться не к чему, как ни старайся. Где-то позади хлопнула оконная рама, похоже, на нас смотрели украдкой. Точно! Сегодня же в городе ищут кого-то все стражницы, оттого и здесь горят факелы на стенах домов. Тихо, светло и уютно, как в праздник. Только у меня самого на душе тяжело. Знать бы, что готовит мне эта ночь, где я встречу рассвет. Подле жены или в придорожном овраге. Она все молчит, словно не может решиться, огласить цену моих проступков. Может, и просто задумалась о своем. Узнать бы. Наконец бледные губы разомкнулись, выпуская из плена рта обманчиво ласковый голос, будто птичка выпорхнула из клетки.
- Что ты знаешь о перемещениях между мирами?
Признаться, этого вопроса я не ожидал. Исподволь хочет узнать, насколько я, действительно, образован? Постараюсь ответить как можно точнее, все же отец не зря направлял меня в Академию. Не только ювелирному мастерству меня там учили, кое-что и из теории магии знаю и помню.
- Завесу между мирами возможно приоткрыть четырежды в год. В дни весеннего, летнего, осеннего и зимнего равностояния. Весеннее было вчера. Летнее наступит через семьдесят пять дней.
- Только?!
- В другие дни при помощи некоторых артефактов.
- И где их можно достать?
- Такие артефакты принадлежат семье королевы все до единого.
- Их что, больше не выпускают? Ограниченная серия?
- Изготовление подобных артефактов требует особых навыков и богатой силы дара.
- То есть можно такой сделать?
- Изготовить возможно, но это запрещено по законам нашей страны.
- Хм. Ты много знаешь.
- Я обучался в Академии на ювелира. Теорию магии нам также преподавали. Мой собственный дар скромен, но все же я овладел им.
- Отлично.
- Могу я спросить?
- О чем?
- Сколько у вас мужей? - голос с головой меня выдал. И мое напряжение и страх. Не хотелось бы быть седьмым или и того больше.
- У меня нет мужей.
Чуть не рухнул с козел. Развелась со мной? Но когда? Я бы услышал, наверное, если б она мне об этом сказала!
- А я?
- Ну да. Я как-то забыла, прости. Кроме тебя нет ни одного! Я и тебя не планировала заводить, прости. Замуж сегодня я не собиралась, - девушка сладко зевнула и подцепила пальцами свесившийся с лианы нераскрытый бутон.
- Красивый, правда? Тут так много цветов.
- То есть я буду старшим мужем? - от волнения горло перехватило. Вот так удача! Наконец-то она и мне улыбнулась.
- Выходит, что так, - девушка явственно напряглась, хотела добавить что-то ещё, но не стала. Я промолчал, о чем ещё говорить. Молчать всегда надёжнее. Спустя минут десять, заметил, что супруга прикрыла глаза, сладко- сладко засопела носом. Неужели уснула? Значит, наказания пока можно не ждать и пора выбираться из этих кварталов в сторону городской стены. Дорога уходит направо плавной дугой, огибая дворцовый сад и другие постройки, возведённые для семьи королевы. Даже сейчас, в темноте, легко различить островерхое здание невесомой часовни, сотканной из гибкого хрусталя. Внезапно для меня Вера стала валиться во сне направо в сторону от меня, под колеса. Окрикнуть не смею, выпускать вожжи из рук особенно страшно, ну как лошади на кого налетят. Да и трогать жену без дозволения... Разве так можно? А что, если соскользнет? Валится ведь все сильнее. Разбудить? Нет, лучше не стоит. Осторожно пропустил руку у нее за спиной, притянул к себе. Как кукла качнулась в мою сторону и улеглась головой на плечо. Дышать от ужаса получается через раз. Проснется вот так, и ничем я не отговорюсь. И отпустить нельзя, снова ведь может склониться к колесам. В левой руке крепко сжимаю вожжи всего четверика, правая обвита вокруг неимоверно тонкой девичьей талии. Я весь во власти запаха ее кожи, ее духов, тонкие белесые волосы щекочут лицо. Деваться теперь уже некуда. Расправил на ней одеяло, приобнял сильнее и вновь разобрал в две руки вожжи. Вера не проснулась, наоборот, ткнулась мне в грудь носом сильнее. Впереди уже отчётливо видны западные ворота, подсвеченные огнями. Стражницы проверяют экипажи, которые сегодняшней ночью покидают наш город. Похоже, так и ищут беглянку. Интересно все-таки было бы узнать, что она совершила? Может, спросить?