Страница 4 из 51
Человек был самым прекрасным произведением искусства. Икры и бедра выгравированы из известной глины. Пухленькая попка, сделанная, чтобы поместиться и сжаться в ее руках. Как может кто-то настолько ужасный быть таким великолепным?
Циррус стояла, уставившись на него, ее разум представлял его ягодицы в ее руке, ее пальцы делали захватывающие движения, когда мужчины кряхтя, подняли ногу, повернулись, затем опустили ногу вниз, лицом к ней. Было довольно странно видеть тридцать комплектов вялых членов и свисающих яиц в унисон.
Пораженная, Циррус не знала, что делать. Все взгляды устремились на нее, ее глаза поднялись с уровня паха. Если бы она могла выбрать момент, чтобы умереть, это был бы он.
Кровь хлынула к ее лицу, разогревая до глубины души. Циррус отступила назад, желая исчезнуть, исполнив свое желание, споткнулась о скамеечку для ног и упав перед кофейным столиком.
Циррус лежала на спине, глядя на милых птичек в окне потолка. Откровенно говоря, которое придется отмывать из шланга из-за птичьего помета.
Она лежала неподвижно, ожидая, что мужчины бросятся помогать ей подняться. После минуты тишины, кроме ее колотящегося сердца в ушах, Циррус перекатилась на руки и колени и поползла к дивану. Оттуда она медленно поднялась, чтобы посмотреть поверх подушек спинки.
Увидев, как руки скользят в воздухе от одной стороны к другой в унисон, Циррус наклонилась и села на пол. Ей нужно привести себя в порядок и заняться уборкой, пока Хасс не решил, что она бесполезна, а Бэй Этч пришлось нанять еще одну уборщицу.
Схватив тряпку и баллончик, она бегала от одного предмета мебели к другому, распыляя и вытирая пыль, стирая темные пятна на кожаных сиденьях — Циррус не знала, что вызвало эти коричневые пятна, и не была уверена, что хотела знать, а затем перешла к области бара.
По крайней мере, не было ничего отталкивающего, кроме коллекции стаканов из чашки Петри в раковине. Заткнув слив, Циррус вылила в раковину полную бутылку чего-то пахнущего отбеливателем. После того как они помокнут, она рискнет прикоснуться к ним.
Выбрасывая мусор и некогда съедобную пищу, Циррус пронеслась через зону еды и напитков, не опасаясь, что ее вырвет. Когда она завязывала мешок для мусора, мужчины оторвались от своих упражнений. В спешке она почти забыла о них.
Несколько мужчин заняли места, все еще голые, как в день, когда они родились, а другие направились к ней и бару. Циррус подняла взгляд и увидела, что лидер смотрит на нее с другой стороны комнаты.
Ох, черт. Был ли он зол, что она все еще здесь? Циррус бросила свои чистящие средства в контейнер для переноски и понеслась к двери.
Циррус услышала, как кто-то зовет «мэм», но выскользнула за дверь, не захлопнув ее и побежала к кладовой. Избегание Хасса улучшит ее шансы на успех.
Если бы ей не нужно было быть здесь так сильно, она бы ушла прямо сейчас.