Страница 125 из 129
— Загостился, — Густав усмехнулся, криво, уголком рта, — пока цел. Хотите, чтобы он оставался целым — давайте без этих ваших эльфийских фокусов. Он, вы, все вокруг… знаете же, что у нас на борту? — я едва не дернула ухом, затем опомнилась и кивнула, — так и думал. А если знаете, должны понимать: если мой приятель повернет свой волшебный ключик, тут на милю вокруг даже букашек не останется.
Внутри «Черного вихря» было душно, жарко и неправильно.
Здесь не было привычного ритма поршней, размеренного стука машины. Вместо него где-то в корпусе росло тонкое быстрое завывание, будто металлический ветер пытался выбраться из клетки. Стены вибрировали — мелко, почти незаметно для человека, но мои кости слышали эту дрожь. Пилотская кабина напоминала рубку небольшого корабля — два высоких стульчика впереди, еще два, более низких, за ними. Одно — место штурмана, судя по столику с картами, а второе? И всюду, даже на потолке, понатыканы рычаги, маховички, циферблаты, шкалы, трубки, рукояти, переговорные рожки. Слишком много, слишком сложно.
Убитый лежал почти сразу возле входа, лицом вниз, кожа на спине крутки раскрылась двумя багрово-красными цветками. Тайлер сидел, поджав ноги, у левого борта. Связанный, с разбитой губой и злым взглядом, но живой. Рядом с ним с револьвером наготове стоял человек, которого я узнала не сразу. Скользнула взглядом сверху вниз, споткнувшись о черные туфли с перфорацией и длинными завязками. «Скальные сандалии», сказал тогда Аллан, и этот воющий звук вместо ритмичного стука паровой машины… ну конечно! Именно так завывал катер командора Кемминга! Какая же я безмозглая дура!
— Узнали Конвея? — догадался Густав. — Он, кстати, на вас в большой обиде. И за своего командора, и за эту гонку. Из-за вас ему пришлось заболеть и остаться в Клавдиуме. Кэл сказал, раз вы его видели хоть мельком, непременно вспомните. Я тогда не поверил, а зря, надо будет извиниться перед покойником.
— Вы знаете, что Кэл мертв?
— Знаю, — спокойно подтвердил Густав. — Как раз Конвей вашу компанию и заприметил и сразу двинулся ко мне.
— Если знаете, то зачем все это? Кэл мертв, теперь все кончено.
— Ничего не кончено, мисс Грин! — перебил меня Густав. — Настоящее представление только начинается! Радуйтесь, у вас лучшие места! Даже не в первом ряду, а прямо на сцене!