Ненавистник для мамочки

31 Делия

Делия

Я никогда бы не сказала Энцо, но бургеры и картошка вафельками оказались почти такими же хорошими, как его компания. Девочки были им очарованы. За весь ужин они то и дело выпрашивали у него одну безумную строительную историю за другой.

Звезд в их глазах стало только больше, когда они узнали, что у него диплом инженера-строителя из Массачусетского технологического института. Месяц назад я устроила ему глубокую проверку биографии, но как-то забыла эту деталь. Значит, помимо мужественного, красивого, невозмутимого директора с широкими плечами и большим членом, он еще и математический гений? Нечестно.

Давно мы с девочками так не веселились. Теперь у меня редко находилось время просто побродить по городу, и, несмотря на лютый холод, это стало приятной передышкой от привычной рутины.

Но, увы, теплое, пушистое чувство в груди не собиралось задерживаться надолго.

Потому что был четверг.

В ту же минуту, как я открыла дверь, на меня налетели три мои подруги с бутылками вина в руках.

— Девочки, ванна, вино и время для чтения. Беккет присмотрит, — сказала Лив близняшкам, пока те сбрасывали зимние вещи в прихожей.

— А ты, — сказала Дилан, дернув меня так сильно, что я едва не споткнулась о собственные ноги, — идешь с нами.

Энцо стоял в дверях, нахмурившись и переводя взгляд с одной моей подруги на другую. Потом он стер это выражение с лица и подмигнул мне.

— Полагаю, увидимся завтра.

У меня внутри все упало, когда он отступил к двери. Но почему? Если бы он остался, он все равно ни за что не спал бы в моей постели. Но от мысли, что почти каждую ночь он находится всего в одной комнате от меня, мне почему-то становилось спокойнее.

Может, ему приятнее вернуться домой, в свой пентхаус, чем спать на кривой раскладушке в гостиной без дверей. И как я могла его за это винить? Это место не совсем Тадж-Махал.

— От тебя пахнет трансжирами, — сказала Шейла, принюхиваясь. — Достать соковыжималку?

Я покачала головой.

— Только вино, пожалуйста.

Она пожала плечами и пошла обратно на кухню. Лив следила за каждым моим движением, пока мы все шли за Шей. Черт. Значит, Дилан уже им все рассказала.

Мы спустились в кабинет Шей, наше обычное зимнее место для книжного клуба. После того как прошлой весной Беккет переделал крышу в качестве грандиозного жеста для Лив, мы перенесли еженедельные встречи туда. Но даже с камином, раскочегаренным вовсю, в феврале там было слишком холодно, чтобы долго сидеть.

До прошлой весны я выбирала книги о вдохновляющих женщинах прошлого или пособия по саморазвитию, которые должны были нас окрылять. Но после того как Лив проснулась в Вегасе и обнаружила, что по пьяни вышла замуж за Беккета, а потом Беккет, соответственно, переехал к ней, Дилан вбила себе в голову, что нам стоит выбирать чтение полегче. Я яростно возражала, но меня переиграли голосованием, и с тех пор мы читали неприличные любовные романы. Я все еще злилась, что они объединились против меня, но втайне мне даже нравились счастливые финалы. Не то чтобы они были хоть сколько-нибудь правдоподобны. Но ведь в этом и смысл художественной литературы, разве нет? У персонажей может быть то, чего не существует в настоящем мире.

В последнее время мои подруги метались между сюжетом «от ненависти до любви» и атмосферой «начальник и подчиненная». Очевидно, они пытались мне что-то сказать.

— Выкладывай, — сказала Лив, закрывая за собой дверь.

— Ты встречаешься с Энцо, — мечтательно сказала Дилан, теребя кулон из розового кварца, который никогда не снимала. — Я знала. То, как он на тебя смотрит… Будто пума смотрит на окровавленный стейк.

— Фу.

— Прости. Уиллоу сейчас очень тянет на красное мясо. Не знаю, что с этим делать.

— Возможно, у нее дефицит цинка. Я куплю добавки, — предложила Шейла, опускаясь на диван.

— Не, мы в порядке. — Дилан отмахнулась от нее, и ее золотистые глаза горели любопытством. — Ты его поцеловала.

— Да, — сказала я, прячась за бокалом вина. — Я его поцеловала.

— Грязная лгунья, — сказала Лив, поджав под себя ноги на другом краю дивана. — Ты его не просто поцеловала. По твоему лицу вижу.

Я нахмурилась. Натянуто улыбаться было утомительно.

— Ладно. Мы переспали.

Все три мои подруги ахнули в унисон.

— Ты переспала с Энцо? — Глаза Лив стали круглыми, как блюдца.

У меня внутри все ухнуло.

— Да.

— О черт. Готова поспорить, это было потрясающе. — Дилан подняла огромный слаш, за которым, без сомнения, сбегал Кортни. — У него очень дикая мужская энергетика.

— А как же твой обет безбрачия? — хихикнула Шейла.

— Осознанно не искать секса с мужчинами — не безбрачие. Это самосохранение. — Ценность, которую я бережно хранила у самого сердца. До вчерашнего дня. Когда меня унесло темными глазами, бородой и широкими плечами. Днем, который отныне будет известен как день, когда я потеряла всякое самообладание.

— Думаешь, можешь сидеть, потягивать вино и увильнуть от подробностей, но ты ошибаешься. Рассказывай. — Лив скрестила руки на груди и одарила меня своим материнским взглядом, который оказался пугающе действенным.

Я поморщилась.

— Ладно. Вчера, когда вы все были на хоккейном матче, я вернулась домой и нашла Энцо. Его бригада закончила мою ванную, и он хотел сам мне ее показать. Это маленькое открытие вышло напряженным, а потом меня понесло.

Дилан запрыгала на диванной подушке, прихлебывая слаш, и взвизгнула.

— И… у нас есть кое-что с ванными. Три недели назад мы целовались в ванной.

Я смотрела, как у них одна за другой расширялись глаза и отвисали челюсти. Эти женщины знали меня больше пятнадцати лет, а я, как правило, не устраивала жарких, страстных поцелуев.

— Значит, это у вас уже какое-то время тянется? — спросила Лив, качая головой в неверии.

— Это не «это». — Я заломила руки на коленях. — Мы просто проводили какое-то время вместе. Разговаривали, ругались, иногда смеялись. Ничего не происходит. Просто был один из тех моментов, когда нас обоих накрыло влечением. — Когда я произнесла это вслух, все прозвучало очень разумно. Будто я аккуратно сложила свое влечение в коробку для хранения и наклеила на нее милую этикетку.

А на самом деле мои чувства переливались через край, как вода в моей ванной той ночью, когда сломался вентиль душа и началась вся эта катастрофа.

— Но вот в чем дело, — сказала Шейла, наклоняясь вперед и бросая на меня понимающий взгляд. — Ты так не делаешь.