Ненавистник для мамочки

Кухня была такой же роскошной, как и в день, когда ее закончили. Главной звездой этой комнаты оставался огромный остров из черного кварца: со встроенными холодильными ящиками для детских перекусов, винным шкафом и стульями вдоль одной стороны.

— Хотя, раз твои пальцы ничего не закрывают, ты и сама это видишь.

— Я бы не хотела пропустить такой отличный вид на твою задницу, — поддразнила я.

Его щеки тут же порозовели.

Этот большой мужественный мужчина все еще смущался из-за того раза, когда я застала их с Делией за тем, как они наслаждались своим огромным островом во всех лучших смыслах.

Наверное, мне стоило догадаться постучать: близнецы ночевали у нас, чтобы сыграть с Кортни в долгую и обстоятельную партию «Риска». Но Фиби забыла ретейнер, так что, пока они раскладывали игру, я сбегала за ним. И получила полное представление о заднице Энцо.

— Это случилось один раз. Два года назад. Кстати, Кортни пригрозил переломать меня пополам за то, что я светил задницей. А ты все равно постоянно это вспоминаешь, — пробормотал он.

Челюсть у него была сжата, а ярко-желтая аура мутнела темными разводами. Сегодня он был явно напряжен. Хорошо, что Кортни отправил меня сюда, чтобы его успокоить. Я все еще оставалась главной успокаивающей силой в семье, хотя Роуэн тоже уже неплохо справлялся.

— Это смешная история. — Я хихикнула. — И Кортни строит из себя собственника, но на самом деле ему нравится знать: когда я говорю, что у него лучшая задница, я видела достаточно, чтобы быть уверенной в результатах своего исследования.

Он издал звук, похожий на кашель, фырканье и смех одновременно, и я восприняла паузу в разговоре как знак. Вытащила из сумки ткань и принялась раскладывать кристаллы на стойке перед ним.

Я надеялась, что из них выйдет забавная центральная композиция для огромного острова. И, на мой взгляд, они отлично подошли бы к причудливым подвесным светильникам под потолком.

— Что это? — спросил он, пока я доставала один кристалл за другим.

— Зависит от того, кто спрашивает. — Я переложила агат и цитрин и подняла взгляд.

Он приподнял бровь.

На всякий случай я положила по краям еще два аквамарина.

— Делии мы скажем, что они повышают выносливость и тестостерон. Усиливают сексуальную энергию и все такое.

— Чт… а, м-м. — Он сглотнул. — Бе-е.

Энцо моргнул и провел рукой по темным волосам.

Хм. Кажется, мое объяснение навело его на мысль, будто Делия недовольна их сексуальной жизнью. Бедняга. Сегодня он и так был сплошным комком нервов.

— Не думаю, что это был английский. — Я покачала головой. — Не волнуйся. Делия более чем довольна всеми оргазмами, которые ты ей даришь. Она рассказала нам про ваши развлечения на крыше той ночью. — Я многозначительно пошевелила бровями. — Риск быть пойманными заводит. Она сказала, что ты…

— Нет. — Он покачал головой и потер шею сзади, пока его щеки краснели.

Он так зажимался, когда речь заходила о его сексуальной жизни.

— Мы не будем это обсуждать.

— Ладно. — Закатив глаза, я забралась на один из многочисленных барных стульев у острова и подогнула под себя одну ногу. — В любом случае Корт скажет Беккету, что Лив попросила меня принести их для него.

Наконец Энцо расслабился и хмыкнул.

— Пытаетесь довести Беккета до сердечного приступа в День благодарения?

— Его очередь стать жертвой розыгрыша. — Я перекинула длинные волосы через плечо.

— Три года прошло, а эти двое все еще не угомонились? Даже дети уже от этого устали.

Дети перестали участвовать в розыгрышах два с половиной года назад. Все они были готовы жить дальше, тогда как мой дом и дом Лив все еще иногда превращались в поля боя. Фальшивые змеи, двери, обмотанные пленкой, пакетики горчицы на сиденьях унитазов, пропавшие машины и подоткнутые коротко простыни — все благодаря нашим нелепым мужьям.

— Зато Лив этот розыгрыш оценит. Мы обе знаем, что Беккет всю ночь будет доказывать: никакая дополнительная выносливость ему не нужна. Везучая сучка. — Я наклонилась вперед и оперлась предплечьями о черную кварцевую поверхность. — Ну что, показывай товар.

Мужчина не шелохнулся, хотя глаза у него едва заметно расширились.

— Да ладно. Я знаю, что кольцо у тебя с собой.

— Тс-с. — Он подвинулся ближе, глядя на меня круглыми глазами.

Я не понимала, почему он на меня шикает. Когда я написала Делии и спросила, могу ли зайти и начать готовить тыквенные мартини, она ответила, что идет в душ. У нас было еще как минимум десять минут.

Теперь, когда правило шестиминутного душа больше не действовало, эта женщина не торопилась ни черта.

— Кольцо, — повторила я.

Со вздохом он вытащил его из кармана темных джинсов.

Бриллиант сверкнул в свете подвесных ламп. Кольцо было роскошным. Этот мужчина точно знал свою будущую жену.

— Она его полюбит, — заверила я.

— Я не уверен насчет плана предложения. — Он резко выдохнул. — А вдруг ей не понравится? Вдруг она скажет нет?

Именно поэтому я и пришла. Чтобы его успокоить.

— Вот поэтому у меня есть план. — Я кивнула. — Винни принесет краски, и я попрошу ее нарисовать сердечки на окнах в столовой.

— Сердечки? — Он моргнул.

— Да. Для атмосферы. Ну знаешь, любовь витает в воздухе и все такое. — Я раскинула руки и крутанулась на стуле. — И раз Винни два года подряд получала Бостонскую премию молодых художников, поручим это ей. К тому же ей понравится.

К большому огорчению Беккета, Винни перешла от браслетиков дружбы к прекрасным пейзажам. Ее работы привлекали внимание еще до того, как она закончила среднюю школу. Я не могла дождаться, чтобы увидеть, как дальше раскроется ее талант.

— Я не уверен…

— А потом, — перебила я его.

Конечно, он не уверен. Поэтому я здесь.

— У меня есть вот это. — Я вытащила огромный пакет светящихся в темноте звезд. — Попрошу близнецов заняться потолком.

Он опустил взгляд на пакет пластиковых звезд разных размеров.

— Потолком?

— Да, пусть покроют его созвездиями. Ты же не можешь делать предложение где-то, кроме как под звездами. И кто лучше воссоздаст правильное зимнее небо, чем твои будущие ученые НАСА? Так что все три девочки будут создавать атмосферу.

Было невероятно видеть, как дети находят себя и при этом остаются близкими. Хотя мы больше не жили под одной крышей, дети часто переходили из дома в дом. Иногда ужинали у меня, а потом шли к Энцо и Делии на вечер игр. Быть соседями по-настоящему оказалось лучшим из двух миров.