Страница 25 из 75
Идиот. Мне правда не стоит быть таким отчаянным.
— Пряма здеся, — Хаклберри показывает в угол, когда мы доходим до гостиной.
— Здесь? — уточняю я, оглядывая пустое пространство.
Он тянет меня за ворот рубашки, подводя ближе к стене, и стучит по облупившейся штукатурке.
— Если крикнуть в вентиляцию, все услышат.
Парнишка меня еще ни разу не подводил, так что я наклоняюсь к углу и кричу:
— Собрание команды. Всем в гостиную. Немедленно.
В ту же секунду дом наполняется звуком, будто по нему несется стадо слонов.
Братья смотрят на меня с тревогой.
— И сколько людей здесь живет? — спрашивает Брукс.
— Так… — Хаклберри начинает загибать пальцы. — Мамочка, я, Вин…
— Мишка, — поддразниваю я.
Лив фыркает, а глаза Гэвина весело сверкают.
— Малышка Адди, тетя Шей, Кай, близнецы.
Тут он забывает показать два пальца, но, по-моему, он уже и так сбился.
— Тетя Делия, тетя Дилан. — При этом имени его лицо озаряет сладкая улыбка. — И Лиам. Значит… Подождите, у меня пальцы кончились.
Я хмыкаю.
— Одиннадцать. Со мной будет двенадцать.
Бесшумно в дверном проеме появляются Сияющие Близнецы в одинаковых синих платьях. Клянусь, они делают это нарочно, чтобы меня вывести.
Брукс прослеживает мой взгляд, потом резко дергается и издает пронзительный вопль:
— Какого черта!
— Это будет стоить тебе денег, — бормочу я себе под нос.
Одна из них — не знаю какая, они одеты совершенно одинаково — поворачивается к Медузе и протягивает ладонь.
— Мам, нам нужен твой телефон.
— Зачем? — спрашивает она.
— Судя по этому, — она указывает на Брукса, который отступил на пару шагов, но не отрывает глаз от девочек, — у них не хватит наличных, чтобы оплатить все штрафы. Я дам ему QR-коды до начала.
Взяв телефон, она делает шаг к Бруксу.
— Вам удобнее Venmo или Zelle?
— Она серьезно? — спрашивает Гэвин, наклоняясь ко мне, но не сводя взгляда с жутких детей.
— К сожалению, — отвечаю я.
— И о каких суммах речь? По доллару за каждое ругательство?
Я громко смеюсь.
— Тысяча за раз. В первый ужин они вытянули из меня десять за час. С тех пор я научился говорить «утка», потому что в четверг вечером, когда я сидел с детьми, они сняли с меня пятнадцать. (*Беккет заменил ругательство fuck (блять) на созвучное duck (утка))
— Пятнадцать тысяч долларов? — глаза Брукса лезут на лоб.
— Мы уже превратили это в сорок пять тысяч. Главное — правильные инвестиции, — объясняет одна из близнецов.
Гэвин все еще смотрит на меня, и теперь в его лице читается искренняя тревога.
— Все в порядке, — успокаиваю я его. — Я с ними справлюсь.
Медуза хохочет своим фирменным смехом, полным ненависти к мужчинам.
— Нет, ты абсолютно не сможешь. Но наблюдать за твоими попытками будет весело.
— Как бы это ни было занимательно, — говорит Лив, когда Лиам и Кай, последние из детей, наконец заходят в гостиную, — у нас есть, что обсудить.
Все они тесно устраиваются на диванах и стульях, расставленных в гостиной. По идее, это должно бы меня нервировать. Толпа, шум. Диваны не сочетаются со стульями. Посреди комнаты стоит ящик с игрушками. Крышки нет, и яркие пластмассовые штуки высыпаются на пол вокруг. На журнальном столике разбросаны журналы, книги и какие-то случайные детали от настольных игр, а камин заставлен свечами разного размера, что, без сомнений, пожароопасно.
Но я не нервничаю. Совсем.
И все потому, что сижу рядом с Лив.
Да что со мной не так?
Когда я предупредил братьев, что детям нельзя знать о нашем браке, Гэвин пробурчал себе под нос «потому что он ненастоящий», а Брукс кивнул и добавил:
— Как скажешь, мужик.
Потому что Брукс именно такой — хороший парень. В отличие от той занозы, которую он притащил с собой.
Проходит всего несколько секунд, и Лив расцветает в той самой деловой женщине, которой я всегда восхищался.
— Несколько месяцев назад мы все переехали в этот дом, потому что нам нужна была помощь, верно?
Она благодарно улыбается Дилан, и когда рыжая улыбается в ответ, она мне нравится еще больше. Мне нравится, что у Лив есть люди. Хотя без Медузы я бы прекрасно обошелся — она все еще сверлит меня взглядом со своего места на диване.
— Так вот, — продолжает Лив, — мистер Лэнгфилд…
— Босс! — выкрикивает Хаклберри с пола.
Она смеется и закатывает глаза в мою сторону.
— Да, Финн. Как выяснилось, Босс, — говорит она нарочито нараспев и ужасно мило, — тоже нуждается в помощи.
— Он? — спрашивает Кай с коленей матери, внимательно разглядывая меня большими темными глазами.
Она шикaет на него, но я киваю.
— Я.
— Ему негде жить несколько месяцев, так что он будет жить с нами, — говорит Лив, натягивая широкую, фальшивую улыбку и оглядывая всех.
— Я разрешаю, — бормочет одна из Сияющих Близнецов, высоко вскинув подбородок и оценивающе глядя на меня. — Он полезен для нашего банковского счета.
— Вот так вы это и продаете? — язвит Лиам, опираясь на стену. В отличие от остальных, он стоит примерно в полутора метрах, скрестив руки, будто предпочел бы быть где угодно, только не здесь.
С другого дивана Дилан бросает на него взгляд через плечо.
— Мы ничего не продаем. Беккету нужно было место, и вселенная дала ему такую возможность. Кто мы такие, чтобы спорить со вселенной?
К моему удивлению, он бурчит:
— Мы не такие.
Гэвин ухмыляется, а Брукс все еще следит за Сияющими Близнецами так, словно стоит ему отвернуться, и они наложат на него какое-нибудь ведьминское проклятие.
Лив рядом со мной толкает меня локтем и широко раскрывает глаза в немой мольбе о помощи.
Я закатываю рукава до локтей и подаюсь вперед на подушке.
— Послушайте, — говорю я, нарочно встречаясь взглядом с каждым ребенком в комнате. Кроме Лиама — он откинул голову на стену и закрыл глаза. — Я буду отличным соседом. Вы почти не будете меня замечать, потому что я постоянно езжу с командой. За исключением вечеров четвергов, когда, как выяснилось, я отвечаю за вас.
— Потому что так хочет вселенная, — радостно пропевает Дилан.
— Нет, потому что нам так нужно, — ворчит Медуза.
— Именно, — говорит Лив. — Мы все от этого выиграем. Раз Беккет переезжает к нам, он поможет с ремонтом. Просто считайте его еще одним… э-э…
Она запинается, подбирая слово, и я понимаю почему. Она не хочет говорить «родитель».