Нарушитель правил

— А я ставила на вечер после матча, когда ты собиралась к нему домой, — отзывается Келли. — И если бы не Истон... — она награждает парня прищуренным взглядом.

— Предохранялись бы вы с Фостером, я бы к ним в дверь не постучал, — парирует Истон, увлеченно пересчитывая выигранные купюры. — Ситуация-то требовала крайних мер.

Хейс поднимает руку.

— Мой вариант – после барбекю у нас дома.

— А я думал, под конец сезона сподобитесь, — бурчит Фостер.

Надо же, с каким азартом они следили за нашей личной жизнью – зрелище до странности трогательное.

Келли достает из сумочки телефон.

— На какую же серию поехать? — она задумчиво постукивает пальцем по губе, пока Фостер мрачно косится на Деккера.

— И что ты проиграл? — интересуется Деккер у Фостера, после чего поворачивается ко мне. — У них с Келли на этот счет имелось отдельное пари.

Я поворачиваюсь к Келли, вспоминая, как она намекала на спор во время матча «Кольтс». Наконец-то мне озвучат условия.

— Мой драгоценный жених самонадеянно решил, будто первый шаг придется делать Пенелопе, а от Деккера решительных действий не дождешься, — объясняет Келли. — Так что теперь родителям выпал отличный шанс понянчиться с Эллис, пока я буду развлекаться на выездной серии матчей, — она указывает пальцем на нас с Лейтон: — И вы едете со мной. Так что ищите нянек.

— Ты только что лишила меня последней надежды, — со смехом отзывается Лейтон.

— И меня заодно, — подхватываю я. — Стоит помнить, что папа уезжает ровно тогда же, когда и все парни.

Деккер мягко проводит ладонью по моему плечу и придвигается чуть ближе.

Истон, наблюдая за этой сценой, заходится от смеха.

— А как же мама? — бросает Фостер Деккеру.

Деккер переводит взгляд с него на меня.

— Я бы хотел вас познакомить.

Я усмехаюсь.

— Да мы вообще-то знакомы. Она ведь научила печь твои любимые брауни, забыл?

— Все так, но в качестве моей девушки вы еще не виделись.

Я опускаю ладонь ему на колено.

— Справедливо.

— Она приезжает на следующей неделе на домашнюю игру, — сообщает Фостер.

Деккер наклоняется ближе.

— Я вовсе не предлагаю знакомиться только ради того, чтобы свалить на нее Хейзел, пока развлекаешься на выезде. Для подобного еще рановато, но...

— Я с огромным удовольствием, — шепчу я, целуя его в щеку.

— Боже, какая прелесть, — Лейтон утирает глаза. Хейс тут же вытягивает салфетку и протягивает ей. — Извините, я что-то чересчур сентиментальна.

— У тебя что, месячные скоро начинаются? — уточняет Келли.

Лейтон хранит молчание.

Истон с размаху швыряет на стол двадцатидолларовую купюру.

— Ребенок родится под Новый год!

— Да ни за что, на Рождество! — Келли лезет в кошелек и тоже швыряет наличные на стол.

— Остается только надеяться, что роды не начнутся в самый разгар плей-офф, — замечает Деккер.

Келли с Фостером обмениваются выразительными взглядами и улыбаются.

— Вообще-то никто не утверждал, что она беременна, — ворчит Хейс.

— Ладно, — Келли поднимает две стопки, одну с водой, другую с алкоголем. — Выбирай.

Лейтон выжидающе смотрит на Хейса, но тот неопределенно пожимает плечами. Мысленно отчеканив «эники-беники», она берет стопку с водой и махом осушает.

Вокруг поднимается радостный гвалт: все вскакивают с мест, спеша их поздравить.

— Судя по всему, придется заполнить жильцами каждую спальню в доме, — смеется Хейс, целуя Лейтон в висок.

Мы вовсю обнимаемся, осыпаем их поздравлениями и дружно опрокидываем по стопке в честь такого события.

Под конец вечера мы с Деккером поднимаемся к нему в квартиру, и пройти дальше прихожей не удается: он мгновенно овладевает мной, а я во весь голос выкрикиваю его имя. Лучшая ночь в жизни.