Темная лошадка

Глава 3

Келли

Не сочтите меня драматичной, но лучше воткните мне тысячу иголок в оба глаза.

И я вовсе не ревную, потому что Фостер даром не сдался.

Он явно не из тех, с кем строят отношения. Судя по всему, что о нем слышала, парень вообще не по этой части. Если честно, даже слегка беспокоит его эмоциональное состояние: способен ли Фостер вообще испытывать что-то, кроме вечного недовольства? Исключительно ради нашего ребенка, конечно.

Так что это точно не ревность кипит в моих венах, пока наблюдаю, как Стеффи вьется вокруг него в VIP-ложе, которую мы с Истоном так удачно выбили. Пришлось пустить в ход связи и громкие имена. «Сапфир» – жутко популярный клуб в Чикаго, так что это настоящее чудо, что вообще достался столик, но Истон никогда не скупится, если ему что-то нужно.

И вот я сижу напротив этой парочки. Истон с Милли зажигают на танцполе, а Стеффи то и дело бросает туда тоскливые взгляды, пытаясь вытащить Фостера танцевать под каждый новый трек. Лейтон и Хейс испарились полчаса назад, и я уже сомневаюсь, что мы их увидим.

— Ну давай, Жнец, — тянет Стеффи, используя его прозвище, которое почему-то жутко действует на нервы, но я предпочитаю об этом не думать.

— Да, Жнец, потанцуй с девушкой, — ухмыляюсь я.

Он прищуривается, глядя на меня через стол.

— Я не танцую.

— Почему? — Стеффи запрокидывает голову. — Можешь просто постоять, а я потанцую вокруг тебя, если хочешь.

Деккер, сидящий рядом, делает глоток из стакана.

— Потому что это весело, а он и веселье – вещи несовместимые.

Понятия не имею, как Фостер умудрился расслышать слова Деккера в таком шуме, но он впивается в брата взглядом, способным испепелить миллион кровожадных вампиров.

И зачем я вообще ввязалась в эту дурацкую игру «кто кого заставит ревновать»?

Это по-детски.

Глупо.

Но я уже в игре.

— Хочешь потанцевать, Дек? — ставлю стакан с водой на стол. Никто и бровью не повел, когда я не стала заказывать алкоголь, сославшись на то, что завтра тяжелый день.

— Почему бы и нет, — он оставляет пиво, встает и протягивает мне руку.

— Уф... кажется, я выбрала не того брата, — Стеффи елозит по дивану, словно капризный малыш, которому сказали, что из-за стола он не выйдет, пока не доест овощи.

— Черт. Ладно, — Фостер со стуком опускает стакан, и жидкость расплескивается через край.

Между Фостером и Деккером чувствуется неслабое братское соперничество, хотя я понятия не имею, с чего бы.

Мы с Деккером выходим на танцпол, и, заметив нас, Истон и Милли танцующим шагом направляются в нашу сторону. Деккер обхватывает меня за талию, вклинивает бедро между ног и переплетает наши свободные пальцы. Он кружит меня в танце, двигая бедрами точно в такт музыке.

— Охренеть, серьезно? — со смехом утыкаюсь ему в плечо. — Да ты профи.

— Мать-одиночка, — отвечает он, продолжая откровенно вести в танце.

— Мама научила тебя так сексуально двигаться?

Он смеется.

— Боже, нет. Она показала только базу. А вот пара бывших просто обожали танцевать. Так что я научился владеть телом, двигаться и вести партнершу.

Он делает разворот, и вот я уже смотрю в другую сторону, полностью подчиняясь движениям.

— Что ж, видимо, учителя у тебя были отменные. Со мной еще никто так не танцевал.

— Так и знал, что ты удивишься.

— Удивлюсь – это еще мягко сказано. Я думала, мы будем просто топтаться на месте и щелкать пальцами.

Он качает головой.

— Я привык, что меня считают скучным.

Я отстраняюсь.

— Ты не скучный.

Он пожимает плечами.

— Я люблю порядок, люблю правила и стараюсь быть правильным парнем. В отличие от некоторых... — его взгляд скользит в сторону Фостера.

Стеффи буквально виснет на Фостере, пытаясь заставить его хоть немного подвигаться. С таким же успехом могла бы отговаривать пьяную девчонку в туалете звонить бывшему.

— И это нормально, знаешь ли. Он во вкусе многих, — произносит Деккер с таким видом, будто знает какую-то тайну.

Я напрягаюсь. Наши взгляды встречаются, и я отвожу глаза, но это его не останавливает.

— Он сложный. По-хорошему, стоило бы сказать тебе держаться подальше, ну или хотя бы предупредить, но... — он хмурится. — Он мой брат-близнец. Родная кровь. И хотя мы почти ни в чем не сходимся, я все равно хочу, чтобы он был счастлив.

Я фыркаю.

— Ты уж слишком правильный парень.

— На самом деле нет.

Он снова кружит меня, и поверх его плеча я вижу Фостера. Он наконец-то обнял Стеффи за талию, и они трутся друг о друга. Я секунду наблюдаю за ними, поймав себя на мысли: как бы хотелось, чтобы Деккер нравился мне так же. Но танцевать с ним – это все равно что танцевать с родным братом. А вот Фостер задевает во мне все нужные струны.

Почему до сих пор не изобрели вакцину для женщин, которых вечно тянет на плохишей?

Потом я вспоминаю о малыше, растущем внутри, и о том, что моим похождениям с парнями вроде Фостера придется положить конец. Как иначе я научу мальчика или девочку любить...

Я резко втягиваю воздух, уставившись на Деккера. Только сейчас до меня доходит: он же будет дядей моему сыну или дочери.

— В чем дело? — Деккер поворачивает нас так, чтобы видеть Фостера. И ни слова не говорит о том, что брат танцует куда хуже.

— Ничего. Просто показалось, что увидела бывшего.

Деккера мой ответ, похоже, устраивает. Думаю, я могла бы признаться во всем, и он бы понял. Наверняка помог бы придумать, как преподнести это Фостеру. Как смягчить удар. Но было бы чертовски нечестно по отношению к последнему. У них явно какие-то свои братские терки, и, если Деккер узнает обо всем раньше Фостера, это его взбесит. И поделом.

Поэтому держу язык за зубами и дотанцовываю песню с Деккером.

Начинается медляк. Он убирает ногу, притягивает меня ближе и утыкается носом куда-то в макушку. Интимно, но внутри ничего не екает. С тем же успехом я могла бы танцевать с Хейсом.

Я бросаю взгляд туда, где только что были Фостер и Стеффи, но их уже след простыл. Наверное, поймали такси и поехали к нему.

Ну и отлично. Нужно засунуть его в коробку. В коробку с надписью «донор спермы», и не более. А если он не захочет участвовать в нашей жизни – что ж, я с радостью воспитаю ребенка сама. Его помощь не нужна. Мне просто необходимо поставить его в известность, чтобы со спокойной душой двигаться дальше и рассказать тем, кто действительно меня поддержит.

Осталось только придумать план.