Страница 52 из 106
казнь. Что ж, я была очень близка к правде.
— Ты же понимаешь, Полина, что жениться на тебе мой сын не сможет, — начинает он, уже входя
в помещение.
Это какой-то отель, я по вывеске поняла.
«Может!» — хочется крикнуть ему прямо в лицо. — «И женится!»
Мы любим друг друга!
Главное в жизни — встретить свою вторую половинку! И мы это сделали.
Мы заходим в помещение, похожее на кабинет. Правда, тут слишком… Ммм… Скажем так, скромно
для главы мафиози. А значит, это отель на две-три звезды. Вопрос в другом — что мы тут
забыли?!
— Извините, но я считаю, что мы не имеем права говорить об этом без Даниила. Это его
решение и только его.
— Тут ты права. Мой сын, он… Как бы мягче выразиться… Он слишком упрям. Если он что-то
решил, то его ничего не остановит. Даже мой запрет.
— А вы запрещали?
— Нет. Зачем запрещать то, что он так жаждет получить. Я не хочу быть врагом сыну.
— Так почему я тут? Мне надо к нему.
— Вот тут ты не права. Дело в том, что, коль сын не может от тебя отказаться, значит, ты
откажешься от него.
— Не откажусь, — делаю шаг назад и впечатываюсь в спину амбала.
Я даже не заметила, что мы тут не одни.
Живот сводит спазмами страха, боли и несправедливости. Этот мир, их мир, он не примет меня.
Никогда. А я ведь не могу отказаться от Даниила. Я же люблю его.
— У тебя два варианта.
— Какие ещё варианты? — в полной истерике спрашиваю я.
До меня словно только сейчас доходит, что тут происходит. За спиной стоит мужчина с
пистолетом, а передо мной — глава мафиози.
Вдруг я чётко понимаю одну простую истину — отсюда живой я не выйду. Мне хочется кричать.
Хочется бежать.
Надо позвонить Дане. Он приедет. Он разберётся с отцом.
Я поднимаю глаза и смотрю на настенные часы. Секундная стрелка бегает быстро, приближая
меня к пропасти. До свадьбы полчаса. Он, наверное, уже звонит. Мою сумочку забрали и
оставили в машине. Ну конечно, чтобы я не сделала глупости.
Даня уже едет в ЗАГС. А я тут… Тут…
— Не хочешь спросить, какие?
Не хочу! Не хочу! Не хочу!
Я всегда представляла, что мафиози — они пострашнее обычных преступников. Шрамы, крики,
пугающие слова. Но нет. Отец Даниила очень красивый. И только его сын — ещё краше него.
Валерий Владимирович никогда не кричит. По крайней мере, я не слышала. Но он так смотрит…
Только от этого можно умереть.
— Ладно, я вижу, ты не сильно спешишь. У меня, как бы, время… Поэтому слушай и выбирай,
невестушка-а, — холодно, цинично, с издёвкой. — Первый вариант: я даю тебе триста тысяч
долларов. Ты забираешь свою убогую семейку и валишь за границу, где наконец-то лечишь брата.
Ты же об этом мечтала? Ради этого спину горбатила всю жизнь? Вот тебе шанс спасти его.
— А второй? — дрожащим голосом спрашиваю.
— Тут всё просто. Тебя отсюда вынесут вперёд ногами, — убивает словами меня он.
Вот так легко.
Или предай — или умри.