Страница 12 из 106
Глава 7. Полина
И даже самое тёмное сердце может выбрать одну-единственную —
и привязать к себе так, что уже не отпустит.
Никогда.
Мы приезжаем в клуб с опозданием. Потому что остановить безумную Анжелику просто
невозможно. Она весь вечер носилась по комнате как ураган, разбрасывая вещи, примеряя,
заставляя меня раздеваться, одеваться, вертеться, снова переодеваться и снова вертеться.
Клянусь, я чувствую себя куклой из витрины, а не человеком в этот момент.
Давыдова обожает красивую одежду, пусть и покупает она её на распродажах или секонд-хендах.
А в связи с недавней сменой работы ей это ещё и нужно. Анжелике предложили петь в одном из
баров. У неё супер голос. Она самоучка, которая мечтает стать певицей. Думаю, большая часть
таких же девушек, приехавших покорять столицу, мечтают о том же. К сожалению, поступить в
Киевский национальный институт культуры и искусств на бюджет у неё не вышло. Вот она и
оказалась тут, вместе со мной.
— Да ты можешь расслабиться? — почти рычит она. — Это всего лишь платье.
— Давыдова, я в нём выгляжу как девушка лёгкого поведения, — бурчу я. — Давай лучше что-то
попроще, а то, клянусь, я не выйду из комнаты.
— Зануда ты, Ракутина. Тебя в тюрьму надо посадить за то, что прячешь такую фигуру за этими
балахонами.
— Давыдова...
— Всё, всё, молчу. Давай тогда надевай те чёрные лосины и майку на бретельках. Волосы твои
мы сейчас выровняем.
— А это ещё зачем?
— Ой, боже, дай мне силы, — ноет она и усаживает меня на стул. Молча берёт разогретую
плойку и проводит по моим кучерявым локонам. Наверное, впервые в жизни я вижу их такими
ровными. — Ты когда-то их выравнивала? — словно прочитав мои мысли, спрашивает подруга.
— Нет, — спокойно отвечаю.
— Нет? — переспрашивает, словно у неё проблемы со слухом. — Совсем никогда?
— Ты меня реально сегодня выбесишь. Реферат мой вот ждёт, когда я психану и никуда не
пойду. Знаешь ли, видеть этих самодовольных мажоров мне не хочется. В универе хватает этого
пафоса.
— Так, выдыхай, ромашка. Мы не идём на них смотреть. Мы едем танцевать и участвовать в
конкурсах.
— Каких ещё конкурсах? Я не буду нигде участвовать, предупреждаю сразу. У меня с детства
страх сцены. Это ты у нас звезда, не боишься её. А я... Нет, нет.
— Окей. Не будешь, так не будешь. Значит, едем только танцевать.
И вот мы стоим перед входом в клуб, и я ловлю себя на странном ощущении: будто внутри
лёгкая дрожь. Не совсем страх. Не совсем волнение. Что-то между.
Приятные мурашки пробегают по моей коже. Анжелика права. Иногда нужно давать и себе
отдыхать. Не только думать о деньгах, где их найти и как заработать. Надо иногда дать и себе
выдохнуть и напомнить, что мне всего девятнадцать лет.
— Ракушка, ну ты посмотри! — восторженно тычет Анжелика пальцем на вывеску над входом. —
Вот где настоящая жизнь!
Я лишь закатываю глаза, но внутри становится тепло от её энергии. Вот за что я её люблю —
она светится как гирлянда, даже когда всё кругом темно. Она такая яркая и жизнерадостная,
что я периодически успеваю зарядиться от неё энергией.
Когда мы входим в клуб, меня будто окунают в другую вселенную.
Грохот басов вибрирует в груди. Свет моргает разными цветами, заметая лица. Воздух пахнет
чем-то сладким, алкоголем и дымом от кальянов. Толпа движется волнами, и всё это — шум,
музыка, галдёж — смешивается в одно.
Это не деревенская дискотека в местном клубе, на которую я ходила с одноклассниками. Это
что-то… другое. Больше. Ярче. Пафоснее и богаче. Слишком громкое, но… красивое.
Анжелика хватает меня за руку и сразу тащит к столу, где уже сидит наша группа. Все в
разной степени алкогольного опьянения. Я не пью совсем. Не люблю пьяных и неадекватных.
Хватило в своей жизни насмотреться. Чего только отец стоил.
Олег машет рукой, едва удерживая стакан.
— О-о-о-о, Поли-и-на! Давай к нам! — еле тянет он. Кажется, этот уже готов к отправке
домой.
— Пошли-пошли! — Анжела снова хватает меня за руку, даже не давая распрощаться со своей
робостью. — Танцпол нас ждёт!
И я сдаюсь, приобнимаю её и следую слепо за подругой.
Потому что… ну а почему бы и нет? Я же только ради этого сюда и приехала. Расслабиться и
немного отдохнуть.
Музыка подхватывает меня, и я чувствую, как ноги сами начинают двигаться. Тело вспоминает,
что такое просто жить — не думать о деньгах, страхах, работе, странных поцелуях, от которых
плохо спится.
Просто двигаться.
Я улыбаюсь так широко и искренне, как в детстве, когда бегала по полю босиком. Или же
прыгала с кладки прямиком в речку. Ноль пафоса, максимум настроения и позитива.
Анжелика уже подпрыгивает рядом, раскидывая руки и смеясь. Она любит танцевать ещё больше
меня, и мы быстро попадаем в общий поток людей.
— Полин! — кричит она над музыкой, приближаясь ко мне. — Вот скажи, разве было бы лучше
сидеть в общаге и писать свой реферат?!
Я качаю головой, смеясь.
— Окей, ты была права, — кричу ей в ответ.
Я двигаю бёдрами в такт музыки. Я отпускаю свою скованность и зажатость и позволяю телу
полностью расслабиться. Свет прожекторов слепит, и я прикрываю глаза. Тело словно ожило и
слилось с музыкой. Мы одно целое. Я касаюсь руками своих ног, живота, плеч и поднимаю их
вверх. Плавно приседаю и снова поднимаюсь. Как же это круто. Как же хорошо.
Внутри приятное тепло. И даже несмотря на громкие голоса, плавающие огни и толпу, где-то
глубоко внутри я чувствую себя… свободной. Меня не раздражает толпа вокруг. Мне не мешает
запах дыма и алкоголя. Такое чувство, что всё это исчезло и позволило остаться только мне и
музыке.
На теле выступают мурашки, одна за другой, а в районе солнечного сплетения разливается
тепло. Такое приятное. Я кайфую. От себя. От музыки. От сегодняшнего вечера.
Я кружусь, снова открываю и закрываю глаза — и не сразу замечаю, что в толпе появляются
знакомые силуэты. Высокие. Тёмные. Хищные. Те, от чьих взглядов у меня всегда по спине бежит
током.
Компания Ахматова поднимается в VIP-зону и занимает самый почётный стол. Короли вечера на
месте — да поклонимся им. Я отворачиваюсь от них и продолжаю расслабленно танцевать. Вот