Страница 38 из 110
Это напоминает о той ночи – о нашем поцелуе. Мы тогда забились в угол на какой-то вечеринке, пока диджей-самоучка слепил всех стробоскопом. Келли уединилась в комнате с каким-то парнем, а Хейс присматривал за мной, скорее всего, по ее настоянию. Бейсболка была надета козырьком назад, рука опиралась о стену у меня над головой, а взгляд был прикован к губам. Мое тело было натянуто как тетива. Ни один поцелуй после того вечера не мог с ним сравниться.
Я отгоняю воспоминание. Ничего хорошего из этого не выйдет. Единственный раз я дала слабину.
Мы подходим к дому, дети прощаются с Истоном и Деккером на тротуаре, и парни ныряют в такси, который вызвали еще по дороге. У всех завтра ранний рейс.
— Провожу тебя до двери, — говорит Хейс.
— В этом нет нужды.
— Сделай мне одолжение, — он предлагает руку, и мы втроем поднимаемся по ступенькам.
— Пожелайте Хейсу спокойной ночи и скажите спасибо, — говорю детям, отпирая дверь.
Каждый обнимает его, и Линкольн желает удачи в завтрашней игре.
— Выбьешь для меня хоум-ран? — подпрыгивает Монро, видимо, накрытая сахарной эйфорией.
Хейс со смехом проводит рукой по затылку.
— Я постараюсь. Если удастся хорошо попасть по мячу, это будет ради тебя, — он подмигивает ей.
Монро округляет глаза и восторженно смотрит на меня. Затем они забегают в дом, а я прикрываю дверь.
Я была совершенно не готова остаться с Хейсом наедине на крыльце после такого чудесного вечера, и сердце пускается вскачь.
— Ради моего спокойствия, когда зайдешь домой, сразу поверни ключ в замке, — он кивает на дверь.
— Забавно, но все эти годы я прекрасно справлялась и без твоих указаний.
— Ну, это было до того, как я пообещал сестре, что присмотрю за тобой.
Напоминание о том, что он здесь только из-за Келли, действует как погружение в озеро Мичиган посреди января. Хейс здесь не ради меня, а ради сестры.
Чувство легкости, окрылявшее меня, улетучивается вместе с теплым ветром.
И почему я стою и пускаю слюни на этого мужчину? У меня есть проблемы поважнее. Слушание в суде, на котором решится, оставят ли детей. Его слова задели за живое, но это было именно тем отрезвлением, в котором нуждалась.
— Спасибо, — говорю, и голос звучит абсолютно по-деловому. — Сегодня был чертовски дерьмовый день, а этот вечер прошел... чудесно.
Хейс хмурится, открывает рот, но тут же закрывает его.
— Что-то случилось?
Я пожимаю плечами, не желая втягивать его в проблемы больше необходимого.
— Иди и надери задницу Техасу, ладно?
Хейс подается вперед, и мне так хочется рассказать все: о том, как предстоит бороться за детей, как страшно. Но ему нужно сосредоточиться на своем. Как сказал Деккер, Хейс – темная лошадка, но этот год все изменит. И этого не произойдет, если он будет играть в семейную жизнь.
— Лейтон?
Я качаю головой.
— Я в порядке. Просто все еще привыкаю. Огромное спасибо за отличный вечер, — я кладу руки ему на плечи и разворачиваю. — А теперь иди, тебе нужно выспаться и выдать завтра шикарную игру.
Хейс медлит, но все же спускается на пару ступенек.
— Можно твой номер телефона?
— Он у тебя есть, — отвечаю, хотя не уверена, сколько еще смогу продолжать эти игры.
То, как Хейс помогает, как общается с детьми и как смотрит на меня... это заставляет хотеть его и это уже гораздо больше, чем просто симпатия к старшему брату лучшей подруги.
Он округляет глаза.
— Значит, все тот же номер?
Я киваю.
— Тот же.
И ты ни разу им не воспользовался.
— Тебе пора, — указываю на ожидающее такси.
Хейс бросает на меня взгляд через плечо.
— Я позвоню, — затем сбегает по остальным ступенькам.
— Вперед, «Кольтс»! — выпаливаю я, по-идиотски вскидывая кулак.
Я не стала дожидаться, пока Хейс сядет в машину. Зайдя в дом, повернула ключ в замке, чтобы не поддаться искушению выбежать следом. Сердце колотится как сумасшедшее, но заставляю себя сделать несколько глубоких вдохов, напоминая, что сказка, которую когда-то нарисовала в голове, так и останется выдумкой наивной девчонки.
Сейчас нужно придерживаться «Короткого списка безопасных парней» и помнить: мне нужен тот, кто готов к серьезным отношениям. А Хейс Карлайл, к сожалению, к их числу не относится.