Упс! Я призвала демонического тритона

Глава 10

Сила воли

Грейс

Его разгоряченный взгляд смягчается при моем согласии, и, добровольно опускаясь в остатки воды в ванне, я расстегиваю лифчик, снимаю его и протягиваю ему.

Его глаза скользят по моей груди и соскам, а по коже пробегают мурашки. Я хочу, чтобы ему понравилось то, что он видит, несмотря на все наши различия. Его любопытный, голодный взор впитывает мой вид, и в этот момент я больше всего на свете хочу знать, о чем он думает.

Его внимание переключается на лифчик. Изучив чашечки в своих руках, он окунает их в воду, отпивая ту каплю, что каждая из них способна собрать. Он проделывает это несколько раз, прежде чем выжать лифчик точно так же, как до этого платье, окончательно его испортив.

«Я знаю его всего несколько часов, а он уже готов пить воду из моей ванны».

Покончив с лифчиком, он отшвыривает его в сторону и снова смотрит на меня, опуская взгляд на мое белье.

Мое тело сжимается в ответ, пальцы ног подгибаются, зубы стискиваются.

Конечно, ему нужны мои мокрые трусики.

Но он не ждет, пока я их сниму. Он забирает их сам.

Погрузив руки в воду, он тянется вниз и хватает их по бокам.

— Теперь это, — рычит он. Его пальцы цепляют и рвут ткань, сдирая трусики прямо с меня, вместо того чтобы стащить их вниз по ногам. Он тут же сминает их в кулаке и подносит ко рту; всё его тело вздрагивает, когда ткань касается губ и носа. Он крепко зажмуривается, пока пальцы сжимают клочок ткани, и снова откидывает голову назад.

Выдавливая из них воду, он заглатывает каждую последнюю каплю. Затаив дыхание от его интенсивности и подлинной первобытности, я возношу короткую молитву о том, чтобы не оказаться в Аду за всё это.

Скользнув пальцами между ног, я застенчиво касаюсь себя, готовясь, пока он натирает моим бельем всё лицо. Стоит мне сделать пару движений, как он отшвыривает ткань в угол; его лицо влажное и блестит.

Я замираю, когда его взгляд прослеживает за моей рукой туда, где пальцы ласкают клитор.

Он облизывает губы, и мои глаза расширяются.

— Это я тоже заберу, — рокочет он, хватая меня за колено и разводя ноги, перекидывая одну через край ванны и разворачивая меня к себе.

— Что? — ахаю я. Пока мои ладони скользят и мажут по поверхности в поисках хоть какой-то опоры, он с легкостью заканчивает мой разворот, вскидывает мои бедра вверх и устраивает их широко на краю, выставляя мои самые сокровенные, чувствительные места на его обозрение. Вскрикнув от шока, я пытаюсь удержаться над водой и одновременно сомкнуть ноги, но его щупальца поднимаются, чтобы держать меня раскрытой, пока сам он упирается руками в края ванны.

Он ныряет мне между ног.

— Сефер!

Его язык несколько раз слизывает всё снизу вверх. Я дергаюсь, ноги брыкаются, удовольствие и смущение одновременно вспыхивают во мне.

— Сефер, — снова вскрикиваю я, уже чуть менее возмущенно, когда он раздвигает мои половые губы пальцами и проводит своим кошачьим языком по складочкам.

— Восхитительно, — стонет он в меня, и, хотя мои плечи почти лежат на дне ванны, а волосы распустились и запутались в воде вокруг, я содрогаюсь от наслаждения.

— Скажи это еще раз.

Он замирает возле моего лона и толкает язык вперед, дразня кончиком, тычась в мой вход.

— Восхитительно, — повторяет он.

Я стону, млея от его комплимента, трепеща от восторга.

— Такая мокрая, гораздо мокрее, чем твой рот. Как это возможно? — бормочет он, всё быстрее водя языком вокруг входа, жадно и снова и снова целуя его губами. — Вот откуда я должен пить, вот откуда я должен пить всегда.

Мои бедра дергаются, левая нога брыкается — я дрожу от ощущений, вызванных его языком, и от резких приливов и отливов его темпа. Это хаос, но он и сам — хаос.

Обоими большими пальцами Сефер раздвигает мои губки, не оставляя для своего взора никаких тайн. Приподнимается и смотрит на меня сверху вниз, на всю меня, властно блуждая по мне горячим взглядом. С растущей в глазах темной похотью он проводит пальцами по моим скользким бокам к центру, пробуя его кончиками.

— Моя вагина, — шепчу я, задыхаясь, то поджимая стопы к нему, то отстраняя их. Не знаю, почему я говорю это так, будто отвечаю на невысказанный вопрос, просто говорю. — Это туда твой...

— Я знаю, как трахаться, — фыркает он, и его дыхание обдает меня жаром, заставляя дергаться и выгибать спину, борясь с путами его щупалец. Но его голос звучит глубоко и насмешливо, когда он добавляет: — Я только знакомлюсь.

— Сефер, пожалуйста, — я дергаю бедрами, лишь наполовину вслушиваясь в его слова, отвлеченная его исследующими касаниями, тем, как подушечки пальцев по-разному перекатывают и пощипывают мой клитор. — Мне нужно двигаться...

Это пытка. Я пытаюсь прижать свои бедра к нему, но он не дает мне пощады, полностью сосредоточившись на новой игрушке перед ним: моей киске.

Его рот приникает ко мне, а руки скользят назад, обхватывая ягодицы и сильно сжимая их, пока он одновременно вонзает язык глубоко внутрь. Мои ноги бьются, за веками взрываются фейерверки. Я кричу от этого внезапного вторжения, от грубого напора его языка, который воспламеняет меня удовольствием. Он раскрывает меня ладонями, пока его рот усиливает давление, а губы плотно смыкаются вокруг входа. Сжимаясь вокруг исследующего, пронзающего стержня его языка, я чувствую, как все четыре конца его щупалец скользят по моей коже.

Жестко трахая меня языком, Сефер облизывает внутренние стеночки, кряхтя и слегка посасывая губами. Пока он ввинчивается в меня, два его щупальца обвиваются выше вокруг моих ног и коленей, в то время как другие два скользят по груди, проскальзывая между ними. Концы первых двух достигают моих стоп и сжимаются вокруг них, а вторая пара начинает прощупывать и скользить по моему заду и клитору, и я содрогаюсь всем телом, подавленная мириадами ощущений.

Дрожа, я вцепляюсь в края ванны, пока мое нутро сжимается всё сильнее и быстрее. Пронзительные, электрические разряды гудят во мне, и меня начинает слегка бить в конвульсиях; ногти скребут по стенке ванны, а тело каменеет и вытягивается. Голова идет кругом от наслаждения — его язык, пальцы и щупальца ласкают каждую нервную точку одновременно.

Я трепещу, покоряясь этому. Хватка Сефера на мне только усиливается.

Он глубоко проникает внутрь и жадно проходит языком по неровной стеночке моего самого чувствительного места. Крик вырывается из моего горла в ту секунду, когда его язык с силой упирается в него.