Страница 90 из 106
В памяти тут же всплыли старые записи. Ничего нового в том, что глава Изумруда спит и видит, как прибрать к рукам финансовые потоки Империи.
Без Рейгана на посту министра им было бы проще продвинуть своего человека. Только я не ожидала, что они решат убить Рея.
Филицию взяли с поличным, а документы, которые она украла, забирал её связной — личный помощник главы клана. Тот пока не признается, твердит, что действовал по своей инициативе. Но Кейган уверен, что замешан сам глава, и сейчас идет разработка.
Я не понимала, почему они использовали Филицию. Но и на этот вопрос Кейган выяснил ответ.
Филиция сама всё рассказала, сломавшись на допросе. Она безумно хотела занять мое место. Она полюбила Рейгана, увидев его на своем первом балу. Но он ни на кого не смотрел. И тогда к ней подошла женщина по имени Моргана и сказала, что поможет завоевать министра экономики. Филиция согласилась безоговорочно.
Кто такая Моргана, она не знала. Только описала её как невероятно красивую, высокую женщину с темными волосами до колен и пронзительными зелеными глазами. Она всегда была в черном. Она же дала ей некое зелье, которое вызывает тягу к другим женщинам и отторжение к истинности.
Все это наслоилось на точившее изнутри желание Рейгана освободиться от истинности и понять, что он чувствует ко мне без связи и получилось то, что получилось.
Филиция ждала, что Рейган падет к её ногам, но он так и не перешел черту, ограничившись лишь необъяснимой симпатией.
И когда вместо того, чтобы тащить помощницу в постель, министр одержимо закопался в запретные ритуалы по разрыву истинной связи, девчонка наконец осознала — зелье действует, но совсем не так, как было задумано.
И тогда Моргана дала другое зелье.
Филиция подливала новую отраву, оно было направлено не на убийство. Это был состав для полного подавления воли и внушения. Филиция верила, что Рейган просто станет послушным и полюбит её.
Это была шокирующая информация. Глава Изумруда и эта Моргана пытались превратить министра в послушную марионетку.
Карта с Филицией не сыграла, более того Рей, получив желанную свободу, сразу же замкнулся на мне, уже отделяя связь зверя и собственное желание мужчины по отношению ко мне.
И тут глава клана решил действовать кардинальным способом.
Документы же, которые украла девчонка, содержали в себе подробнейшие сведения о скрытых финансовых потоках в других кланах.
Клан Изумруда мало того, что хотел устранить неугодного министра и посадить на его место своего человека, так еще и планировал заполучить мощный компромат на других наделенных властью лордов Империи.
Кейган сейчас делает всё возможное и невозможное, чтобы найти эту Моргану. Но, скорее всего, она уже сбежала, потому что Филицию взяли слишком быстро. Здесь Тайная канцелярия откровенно поторопилась, спугнув более крупную дичь.
Но Рейган был уверен, что это лишь вопрос времени. Когда помощник главы Клана Изумруда наконец сломается и заговорит, у Канцелярии появятся все законные основания, чтобы взять и самого главу клана.
За окном незаметно сгустились сумерки, уступая место глубокой, бархатной ночи. Напряжение этого бесконечного дня, помноженное на использование дара, наконец-то дало о себе знать.
Я почувствовала, как тяжелая, тягучая усталость наваливается на плечи, притупляя мысли и заставляя веки слипаться.
Но было и еще кое-что. Нечто куда более глубокое и интимное, чем просто физическое изнеможение.
Зелье Аннабель, которое долгие недели блокировало природу истинности, окончательно и безвозвратно выветрилось из крови Рейгана.
Заслонки рухнули. Истинная связь, пульсирующая и живая, распахнулась между нами настежь, сметая последние преграды. Если раньше мы блокировали ее сознательно, желая сохраниться личные границы каждого, то сейчас поняли насколько ошибались.
Если бы я чувствовала Рея, как подобает истинной, то заметила бы сразу же, что с ним что-то не так.
А не тогда, когда уже было поздно и он месяцами искал разрыв связи.
Истинная связь — это не только привязка, а еще и мощный механизм по защите пары.
Когда один будет в беде, другой сможет это сразу понять.
И вот только сейчас, понимая все это, мы оказались абсолютно открыты друг перед другом, обнаженные душой, без возможности спрятать даже самую крошечную мысль.
Меня с головой накрыло его эмоциями.
Я физически ощутила его вину — тяжелую, темную, разъедающую изнутри. Рейган злился.
Злился на то, что позволил втянуть себя в интригу, что им, могущественным драконом и министром, попытались управлять.
Но больше всего он винил себя за то, что поддался своему тайному, эгоистичному желанию: сделать выбор самому, без указки магии и предначертаний.
Он хотел доказать, что его чувства ко мне — это его собственная воля, а не зов крови.
И это стремление сыграло с ним злую шутку, пробив брешь в его защите в самый неподходящий момент.
— Перестань, — тихо прошептала я, мягко касаясь его напряженного плеча.
Через открытую связь я транслировала ему абсолютное, безоговорочное принятие и тепло.
Я ведь всё понимала. Я знала своего гордого, властного Фростмара.
Уж лучше пусть всё произошло так, через эту страшную проверку огнем и ядом, чем если бы он всю оставшуюся жизнь мучился сомнениями, гадая: любит ли он меня по-настоящему или это лишь магия истинности держит его на поводке.
Теперь он знал правду. И я её знала.
А главное, он знал всё обо мне и о том, что я по-настоящему чувствовала. Мы поняли, что условности лишь душили нас и работали против нас.
Что такая модель семьи, какая была у нас раньше, всё равно привела бы к неминуемому краху. Более того, у нас бы не осталось времени, и мы бы так и не успели показать Теону, какой на самом деле должна быть семья.
А теперь у нас есть шанс доказать сыну на собственном примере, что именно имеет значение. Что важно лишь то, что происходит внутри нас, а не то, что подумает о нас общество.
Только Рейган продолжал упорно винить себя, его челюсти были крепко сжаты, а в золотых глазах плескалась глухая ярость на собственную беспечность.
Вдруг он резко выдохнул, словно принимая какое-то решение. Отложил в сторону перо и исписанные моими видениями листы, отодвинул секретер и решительно шагнул ко мне.
Не говоря ни слова, он подхватил меня на руки. Легко, словно я ничего не весила. Я тихо ахнула, рефлекторно обвивая руками его шею.