Страница 14 из 129
Якут зачитал показания, делая акценты интонацией, чтобы члены коллегии не проспали самое важное. Шевченко заметил подсудимого на трансляции с камер видеонаблюдения. Он уверен, что не ошибся. Он точно запомнил время, потому что отправил сообщение Подставкину. Вот это сообщение с указанием даты и времени.
К концу выступления Заноза Анатольевич совсем сник. Подсудимый сидел, подперев лоб ладонью. Семашко читала какие-то документы, не обращая внимания на происходящее, поскольку показания Шевченко ее клиентки не касались.
— Я так понимаю, сторона обвинения представила все свои доказательства? — подытожила Ханеш.
— Да, ваша честь. — Якут вернулся в кресло.
Новый факт он предъявит позже и произведет тем самым взрывной эффект. Семашко точно будет в ярости! Формально стадия обвинения завершена, но Якут знал, как ввернуть припасенный козырь.
— Сторона защиты, вы готовы представить доказательства?
— Извините, ваша честь! — вдруг ни с того ни с сего встала подсудимая. — Разрешите обратиться.
Якут напрягся. Что это значит?
— Мы вас слушаем.
— Уважаемый суд, я хочу дать показания.
Вот так новость! В планах на сегодня этого не было.
Ханеш черкнула ручкой в документах:
— Что ж, ваше желание приветствуется.
Как будто она могла ответить иначе! Судья не имеет права отказать подсудимому в даче показаний.
Якут готов был поклясться, что Заноза довольно улыбается, хоть маска и скрывала его физиономию. Неужели адвокаты снова сплотились? Что они задумали? Накопали новые доказательства? Вряд ли. Откуда этим доказательствам взяться?
Ханеш отвлеклась от документов и кивнула подсудимой.
— Можете приступать. Расскажите в свободной форме об известных вам обстоятельствах по рассматриваемому делу.
Якут побарабанил ручкой по столу. Правда была на его стороне, но вся эта ситуация… Стоп! Если вдуматься, происходящее ему даже на руку!
— Вечером третьего февраля две тысячи восемнадцатого года, — чуть дрогнувшим голосом начала подсудимая, — у меня был назначен плановый осмотр у онколога, Смирнова Игоря Викторовича…
Якут довольно улыбнулся. Альбина Власенко с гордо поднятой головой шагала прямо в пропасть. Новости, появившиеся благодаря анонимному доброжелателю, ударят еще сильнее после ее выступления.
Семашко перехватила его взгляд и нахмурилась — почувствовала неладное. Адвокатская интуиция работала, но с большим запозданием. Что ж, очень скоро она поймет, какую ошибку допустила, позволив своей подопечной дать показания. Все, что сегодня скажет Альбина Власенко, однозначно будет использовано против нее.
Глава 5
Мертвый номер
В среду Ника чувствовала себя уже гораздо лучше. По крайней мере, в физическом плане: горло не болело, насморк почти прошел, осталась лишь легкая слабость. Однако на душе было паршиво — вот уже третий день свидетельница не выходила на связь.
«Отвалилась, — как пессимистично заметил папа. — Маловероятно, что мы теперь ее найдем».
Они не успели выяснить ни адрес Елены, ни даже ее фамилию. Поиск по номеру телефона результатов не приносил. Если бы Ника пообщалась с ней по видеосвязи, можно было бы искать по фото в соцсетях. Но она не представляла, как выглядит Елена. Даже возраст ее не знала! Кабардинка хоть и крошечный поселок, но Елен там как пляжных зонтиков — попробуй найди нужную.
В голове не укладывалось, как такое произошло. В субботу Елена согласилась дать показания, а уже в воскресенье ее телефон оказался выключенным. Может, с ней что-то случилось?
Сидя в кровати с ноутбуком на коленях, Ника анализировала рекламную кампанию, которую запустила вчера. Это был жест отчаяния, но она хваталась за малейший шанс отыскать свидетельницу. Вдруг Елена тоже их ищет? Вдруг просто потеряла телефон и не знает, как с ними связаться? В этом случае ей нужно было помочь. Поэтому Ника разместила объявление на сайте, посвященном судебному процессу:
«Разыскивается свидетельница, видевшая подсудимого у торгового центра „Аквамарин“ в Кабардинке 03.02.2018. Елена, пожалуйста, свяжитесь с нами».
Следом она создала рекламную кампанию в поисковых системах, добавила в настройки все возможные запросы, по которым Елена могла их искать: «помощница адвоката вероника краснодар», «ДТП у аквамарина 2018», «свидетель кабардинка ДТП торговый центр», «адвокат вероника краснодар дело с парковкой кабардинка» и тому подобные.
Дальше пришел черед рекламы в соцсетях. Ника тонко настроила кампанию, и теперь объявление с призывом «Елена, отзовитесь!» показывалось всем жителям Кабардинки.
В итоге вот уже второй день реклама сжирала бюджет, не принося результата. По объявлениям кликали, переходили на сайт, но практически сразу его закрывали — в диджитал-маркетинге такое поведение потенциального клиента называлось «отказом». В норме количество отказов составляло двадцать-тридцать процентов от общего числа кликов, при более высоких цифрах стоило задуматься об эффективности кампании. Показатель шестьдесят процентов вопил о некомпетентности маркетолога.
В поисках Елены Ника достигла максимума — семьдесят два процента. На месте заказчика она бы давно саму себя уволила. Но дело было не в настройках кампании — все упиралось в скудность входных данных. Свидетельница знала о Нике так же мало, как и Ника о ней, поэтому приходилось цепляться за соломинку. К сожалению, идея не сработала. Алгоритм поисковых систем уже предупредил, что показы рекламы сокращены из-за низкой эффективности.
Ника злилась на себя за то, что не попросила скан паспорта Елены. Не записала ее фамилию, адрес. В кои-то веки отложила дела до понедельника, решив насладиться семейным вечером и помолвкой. Результат прилетел незамедлительно: контакт со свидетельницей утерян. Ее словно наказывали за попытку жить своей жизнью, словно требовали усвоить правило «Или-или». Нельзя делать сотню дел одновременно. Нельзя участвовать в судебном процессе, развивать агентство и готовиться к свадьбе! Если хватаешься за все сразу, то проигрываешь по всем фронтам. И что же теперь делать? От чего отказаться?
На экран выскочило сообщение от папы:
«Переслал тебе ответ оператора связи. Как и предполагал — по нулям».
Ника открыла почту.
«Личность абонентов защищает закон о персональных данных, и мы не вправе раскрывать эту информацию».
— Что за свинство!
Лежащая рядом Бафка дернула ухом, призывая хозяйку к порядку.