Страница 110 из 129
«Всё понятно!» – внезапно осознал он. Его просто заблокировали от участия в судьбе собственного внука. Риваль отомстил ему куда как более изощрённо, чем это можно было предположить. Да, разумеется, и он, Эктор, решился пойти на серьёзное нарушение инструкций – пусть и ценой своего права на досрочный переход в мир живущих. Но ведь это был его собственный выбор, – неразрывно связанный с жизнью Максима! А теперь… А что теперь?! А теперь его внука и племянника Донны Куратор отправит в переход. А Эктора всё равно дисквалифицируют – за злостную попытку нарушить принципы Службы. И ничего теперь уже не сделать!
«Ну ладно я, – продолжал свои сокрушённые раздумья Эктор, – но зачем Риваль вмешивает во всё это Донну?! В конце концов, это ведь тоже удар по мне! Не иначе, Куратор всё-таки узнал, что она мне помогала. И что же, это и есть справедливость?!!» – в итоге задал он себе очень риторический вопрос.
Сидевшие в вагоне люди смотрели на Эктора с ошеломлением и даже со страхом.
Через две станции поезд наконец остановился.
Опрометью выскочив в открывшиеся двери, Эктор перебежал платформу и влетел в вагон поезда, идущего в обратном направлении. Хотя при этом он и понимал, что всё это уже бесполезно, поскольку до начала событий возле банка оставались считанные секунды.
Да, Эктор прекрасно осознавал, что он, увы, не успевает. По внутренней связи он попытался выйти на Риваля или на Донну, но никто из них не отвечал. Тогда он попробовал поговорить с Маяковским, который минуты через три подключился к связи.
– Ну что там с ситуацией у банка? – начал с вопроса Эктор, даже не поздоровавшись.
– А что, ты сам, что ли, не знаешь?! – удивился Маяковский.
– Нет! Так что там произошло?
– Да тут вообще полный абзац! Ты извини, но я сильно занят. Позже, если сможешь, набери. – И Маяковский отрубил внутреннюю связь.
Другие сотрудники отдела также не выходили с Эктором на переговоры. «Наверное, меня действительно заблокировали. А на выходе из метро меня, видимо, задержат эсвэкашники», – с обречённостью подумал он.
Когда Эктор уже наконец подъезжал к нужной станции, по внутренней связи внезапно раздалось сообщение: «Отбой тревоги. Всем свободным сотрудникам – приступить к выполнению своих основных заданий и прочих поручений».
Оказавшись на поверхности, он бросился бежать, при этом расталкивая шедших перед ним живущих. Он направил все свои силы на то, чтобы как можно скорее попасть на место происшествия, – ещё до того, как его блокируют эсвэкашники.
Эктор чётко ощущал давящую тяжесть кобуры на плече – не просто как вес металла и кожи, а как бремя ответственности за происходящие события. Это немного мешало ему бежать, но зато очень хорошо помогало думать о предстоящей мести.
Приближаясь к площади, расположенной перед банком, он ещё издалека услышал протяжный вой сирен.
На площади между тем уже скопилось много народу, стояли экипажи полиции, «скорой» и зачем-то – ещё и пожарные.
Подбегая к месту происшествия, Эктор сразу же увидел множество знакомых сотрудников из самых разных Управлений. Некоторые из них были в видимом образе, а некоторые – в незримом, но имели на груди светящиеся значки Службы.
Полагая, что самое страшное уже произошло, он подбежал к ближайшей машине «скорой». Её задняя дверь была наполовину распахнута. Эктор мельком увидел, что на носилках лежал большой чёрный мешок – не иначе, с трупом.
Возле машины стояли двое мужчин, определённо – сотрудники Службы. Одного из них – того, что был пониже ростом, – Эктор несколько раз видел на общих совещаниях. Коротыш находился в образе полицейского, а второй сотрудник – в образе врача.
Эктор дёрнулся было в салон, но путь ему мгновенно перекрыли.
– Стоять на месте. Работает СВК, – сурово произнёс «полицейский», признав в незнакомце своего.
– 08/17, Управление корректировки! Мне очень нужно туда! Срочно нужно! – почти что закричал Эктор.
Услышав это, эсвэкашник посмотрел на своего коллегу в образе врача, – видимо, старшего в их двойке, – и коротко сказал:
– Ладно, давай. Только быстро.
«Видимо, они уже знают, что погиб именно мой внук», – мелькнуло у Эктора в голове.
Ворвавшись в карету «скорой», он замер, вперившись глазами в ту часть чёрного мешка, в которой, судя по очертаниям, находилась голова убитого. Эктора обуял тоскливый ужас. Он панически боялся расстегнуть замок-молнию и увидеть мёртвое лицо своего любимого внука Максима.
Подумать только! Он, сотрудник Управления корректировки, который ещё совсем недавно так самодовольно кичился своим положением в Службе, в эти минуты, когда в его помощи так нуждались его близкие, был совершенно и абсолютно бессилен… И всё это – из-за Риваля!
Однако же времени на то, чтобы стоять и подвергаться воздействию целой палитры чувств, не было ни мгновения. Так что Эктор всё же сумел набраться смелости, расстегнул молнию и... И чуть не лишился дара речи. Потому как его взору предстало тронутое печатью смерти лицо… Риваля!
Сначала Эктор не поверил своим глазам. Потом он зажмурился. После этого он застегнул молнию, а затем резким движением раскрыл её вновь. Нет, никакой ошибки, и уж тем более – никакой галлюцинации, не было. На носилках в чёрном мешке действительно лежало бездыханное тело Куратора.
Ещё раз впившись глазами в его ставшее словно бы восковым лицо, ничего не понимающий и совершенно оцепеневший Эктор, медленно застегнув молнию до упора, поспешно выбрался из кареты «скорой».
– Ещё трупы есть? – отдышавшись, спросил он у своих коллег из СВК.
– А тебе мало, что ли? – недовольно пробурчал «полицейский».
Услышав это, «врач» сообщил:
– Больше трупов нет.
– А что тут вообще произошло? – уже немного успокоившись, поинтересовался Эктор.
– Выясняют, – всё тем же недовольным голосом ответил эсвэкашник-коротыш.
В это самое мгновение, обернувшись, в толпе любопытствующих Эктор внезапно увидел… своего внука – живого и здорового! Он стоял и с неподдельным интересом наблюдал за тем, как работали сотрудники полиции. Глядя на спокойное лицо Максима, Эктору даже показалось, что его внук как будто бы даже совсем и не был активным участником этих ещё неостывших событий.