Время Зари

Глава 7

В нашем новом мире — всё новое. Новые города больше не застраиваются многоэтажными человейниками.

Нас совсем мало, примерно 15 миллионов на всю планету. И каждая семья получает столько земли, сколько может освоить, в пожизненное наследуемое владение.

Каждое хозяйство — максимально автономно. Каждый дом имеет собственную энергетическую установку. На каждом участке выращивается еда в дополнение к ограниченному ассортименту продуктов, распределяемому централизованно.

Для того, чтобы не перегружать лишней работой и без того занятых людей, разработаны природосообразные и нетрудоемкие агротехнологии, разные роботы и системы автополива и обогрева почвы.

Кроме того, после всепланетного обсуждения и голосования решено отказаться от строительства дорожной сети и заменить практически весь транспорт флаерами. Правда, до тех пор, пока их не произвели в достаточном количестве и не организовали доступное каждому обучение пилотированию, приходится терпеть изрядные неудобства.

Всю жизнь мы с Рэйном строили для других, и лишь теперь смогли, наконец, построить дом для себя. Он стоит на высоком и солнечном берегу реки, вдоль которой протянулся наш посёлок.

Мы потрудились на славу, наш дом уютный и комфортный. Его вполне можно назвать произведением искусства, потому что мы знаем толк в таких вещах. Вот только в нем никогда не раздастся ни детский смех, ни детский плач.

Мы работаем в саду, когда перед нашим домом опускается флаер. Кто бы это мог быть? — думаю я, выходя навстречу нежданному гостю.

По дорожке, проложенной от ворот к дому, шагает Герни тен Заро!

Сначала я не верю своим глазам. Потом ощущаю, как внутри ледяной змеёй начинает шевелиться давно забытая боль. Словно в каком-то оцепенении слежу, как он приближается к нам. И вдруг тяжело и как-то неуклюже опускается на колени. Я смотрю на него в полной растерянности, а он просит у нас прощения.

Как только арья-христиане преодолели самый трудный начальный период на новой планете и у Герни тен Заро появилось хоть какое-то свободное время, он стал искать тех, чью жизнь прямо или косвенно разрушил, чтобы лично покаяться в этом.

— Почти все прощают меня, но некоторым я причинил слишком много зла, и они не смогли. Я буду молиться за них до конца жизни, — произносит он.

Наконец, он говорит нам, что Светлому Айрину нужны люди, которые будут исследовать, осваивать и защищать космос.

— Вы обязательно должны закончить лицей!

— Поздно! — отвечаю я. — Мне уже тридцать два года. Я давно забыла все школьные предметы. Да и не хочу ничего. Мой удел — физический труд. Посмотри на мои руки! И со здоровьем у меня проблемы имеются.

— Анни, здесь, в нашем новом мире, больше не принимаются во внимание никакие формальные критерии. Справишься со вступительными заданиями, значит, будешь учиться и сможешь полететь в космос!

— Вряд ли у меня теперь это получится.

— Пойми, я хочу искупить свою вину перед тобой! Но я не могу устроить тебя в лицей в обход существующих требований к твоим знаниям. Такому не должно быть места на Светлом Айрине! Поэтому я прошу тебя собраться с силами и, наконец, реализовать свою мечту. Теперь это зависит только от тебя!

Кажется, у Герни всё-таки получилось меня вдохновить и я взялась было за учебу. Но, обнаружив, что забыла слишком много всего, и даже столь любимую прежде математику, я опускаю руки. Если бы не мой муж, который всячески увещевает меня не бросать занятия, порой чуть ли не силой подсовывая мне учебники, ничего бы у меня не вышло.

Год спустя мы уже учимся в лицее. Большинство наших сокурсников на десять с лишним лет младше нас. Но все они родились ещё на Старом Айрине. Вполне возможно, кого-то из них я даже спасла от защиты детства. Правда, и наши ровесники тоже встречаются.

Иногда на занятиях я ловлю себя на мысли, что сплю и вижу прекрасный сон. Вот сейчас зазвенит будильник на моем инте, и нам опять придётся выходить в серую слякоть, чтобы ехать убирать или ремонтировать чужой дом.

Вот наконец я совершаю первый самостоятельный полет на флаере. Как же долго я к этому шла!

Заканчиваю выполнять задания и приземляюсь. А когда выхожу, осматриваюсь и застываю от изумления. Потому что всё вокруг такое яркое: и небо, и трава, и даже камни. Мне хочется улыбаться каждому встречному и желать ему добра.

Такое чувство, словно я пробудилась от долгого и мрачного сна. Закончились, наконец, мои странствия по серой пустыне разочарования и безысходности. Я дошла до своей земли обетованной.

И тут я вспоминаю о Рэйне. Как он выдержал меня такую все эти годы? Я поняла, что живу рядом со святым.

* * *

Светлый Айрин, Тэми Норн

На этом записи обрываются. Но я знаю из других источников, что ещё до начала войны Анни и Рэйн успели несколько раз слетать на Старый Айрин в составе экипажа звездолета. В те времена между нашими планетами ещё поддерживались хоть какие-то отношения.

Что они чувствовали, вновь оказавшись в мире, где когда-то были лишь презираемыми изгоями?

Ещё годы спустя они погибли, отражая одно из частых тогда вторжений на Светлый Айрин.

— Рэйн и Анни, молите Бога о нас! — мысленно произношу я.

Я думаю о них и о других арья, покинувших свою прежнюю родину. Они давно ушли дальше, оставив нам в наследство прекрасный мир, выросший из их боли и слез. А мы восприняли их силу, их надежду, веру и любовь.

Изучая историю, я отваживаюсь покопаться даже в экономических вопросах, всегда чуждых мне. Отмена денег — это был сильный ход.

Сразу высвободилась куча ресурсов, уходивших на поддержание финансовой системы. Напрочь выбита почва из-под коррупции и большинства остальных преступлений. Правда, неудобства определённые тоже были. Первое время всё распределялось нормированно, с привязкой к личным картам, которые оформляли прямо с рождения.

Номеров, как на Старом Айрине, там, правда, не было. Всё-таки подвергнуться гонениям — это мощное противоядие ко всем формам тотального контроля.

Именно поэтому наши технологии не пошли по пути вживления людям чипов или иных имплантов. Даже когда встал вопрос об управлении летательными аппаратами с помощью мысли, обошлись обручем, который можно надеть на голову и снять.

Сейчас же у нас даже документов нет. До семи лет вообще никаких, а потом лишь аккаунт в инфосфере, к которому привязываются данные об образовании, профессиональные рейтинги и закрытый профиль с медицинской и прочей специфической информацией.