Страница 16 из 75
Глава 6. Не прислоняться к печке!
Рыжий Хэл, которого я упустила из виду, тут же оказался рядом и с голодным видом уставился на мою булочку.
— Что это? — требовательно спросил он и облизнулся.
— Десерт, — с невинным видом обронила я приподняла тарелку с булочкой на уровень носа. — Хочешь?
Он потянулся своей огромной лапищей за лакомством, но я проворно убрала его за спину и со смешком велела:
— Свою булку себе сам добудь!
Хэл с быстротой молнии сгонял к противню и уже вернулся со свежим сконом, после чего смиренно приготовился ждать. Я вздохнула и театральным жестом достала чистую ложку.
— Десерт не требует спешки. Он должен быть красивым! — назидательным тоном проговорила я и, подняв ложку повыше, полила золотистой сгущёнкой сдобу.
Одновременно с рыжим детиной мы поднесли ко рту лакомство и откусили. Шелковистая сладость разлилась на языке, а воздушное тесто равномерно её разбавило. Идеально.
Рыжие брови моего дегустатора поползли вверх, и он запихнул в рот целую булочку. Потом повернулся, намереваясь схватить с противня ещё одну, но наткнулся на суровый взгляд седовласой Сибиллы. Она жестом несушки прикрыла драгоценную выпечку и выпятила внушительную грудь.
— Только одну! — моментально начал торговаться Хэл. — И я с тобой поделюсь!
— Ха! — издевательски воскликнула Сибилла. — Он на моей кухне ещё и поделится! А ну вон отсюда! Дрова давай натаскай! А то лапаешь тут грязными сапожищами чистый пол!
Когда Хэл понуро вышел, она подошла ко мне и заглянула через плечо.
— Что там у тебя? — хмуро проговорила она.
— Сгущённое молоко! — гордо доложила я и подмигнула. — Попробуй сама!
Я поднесла ей полную ложку лакомства и она, перехватив полной рукой, засунула её в рот. Глаза кухарки расширились и она покатала жидкость внутри рта. Потом прикрыла веки и замурчала от удовольствия.
— Как.. сладко, — удивлённо проговорила и спросила: — Где ты этому научилась?
— Мне кажется, я всегда это умела, — смущённо проговорила я. — И многое ещё могу, был бы сахар!
Сибилла покачала головой и осторожно спросила:
— Можно.. я подам это молоко господам на завтрак?
— Нужно! — обрадовалась я. — А то у них вечно такие кислые лица.
Вместе мы прыснули, оглянувшись — точно ли никто не увидел?
Господа обедали в общей зале: лорд Роб, леди Бри, Монро и Патрик — пожилой спутник Роба, который выглядел как бомж. Почему он считался знатью и обедал с хозяевами — отдельный вопрос. Надо будет как-нибудь разузнать, что здесь и к чему.
Вообще для замка в Форсе слишком малолюдно. Кто убирал огромные комнаты? Кто ухаживал за лошадьми? Добывал еду? Ухаживал за домашними животными, косил им траву, растил огород с овощами и травами? Мне всегда казалось, что в средневековом хозяйстве трудится куча народу. В любых фильмах показывалось, как целая толпа слуг снует по замку, что-то делает, обеспечивает сносный быт. Здесь же людей — по пальцам пересчитать!
Я даже выглянула в окно, чтобы посмотреть — а правда ли есть огород, домашняя скотина? Разглядывая унылый осенний пейзаж за окном, увидела что-то яркое, мелькнувшее между деревьев.
Вгляделась, подождала. Интуиция подсказывала, что надо рассмотреть получше. И вот между деревьями мелькнул белый кончик, окаймленный черной полоской. Рыжий мех. Умный глаз. Я чуть не подпрыгнула на месте!
Сорвалась с кухни, выбежала во двор. Холодный воздух взметнул юбки, забрался в вырез рубашки. Чёрт, вся тёплая одежда осталась в комнате наверху! Не сводя глаз с деревьев, между которыми я видела рыжую макушку, забежала в холодную пещеру и схватила маленький кусочек сыра, лежавший с краю. Интересно, лисы едят изделия из молока?
Прокралась к деревьям, совсем близко растущим у замка, и тихонько позвала:
— Рыжи-и-ик! Рыжик, ты где?
Неожиданно сбоку, в самую коленку, ткнулся влажный теплый нос. Я опустилась вниз и присела, осторожно касаясь лисьей головы. Та доверчиво ткнулась мне в ладонь и начала обнюхивать кусочек сыра.
Я разжала пальцы и подвинула лакомство ближе к морде. Та с достоинством изучила кусок и молниеносно съела, на мгновение показав только острый розовый язык.
Узкая морда и осторожные повадки придавали лисе ту самую хитрость, которую так сметливо приметили наши предки и передали нам в сказках. Мой же Рыжик смотрел на меня круглыми темными глазками и будто бы изучал. Казалось, что вот-вот он (всё же мне казалось, что это самец, а не самка) откроет пасть и заговорит человечьим голосом.
Потом Рыжик отбежал в лес и остановился. Оглянулся, будто зовя за собой.
— Погоди, я сейчас! Только оденусь! — и я удрала в сторону замка, но зашла не с черного хода на кухне, где меня могли остановить, а с парадного. Осторожно ступая по коридору, белкой взлетела на лестницу и, запыхавшись, ворвалась в комнату. Быстро натянула джинсы под платье для тепла, свой старый синий свитер, голову замотала платком. На плечи накинула шерстяной плед, подаренный Бертой. Теперь точно будет тепло!
Выбежала, огляделась — Рыжика уже нигде не было видно. Позвала вполголоса, поманила — не откликается. Ну что ж ты!
Воздух и лес манили. Я огляделась, вдохнула свежий воздух: ну что за красота! Последние несколько дней я провела в каменном мешке, а ведь вокруг такой замечательный лес!
Природу я любила, и в душном городе сильно по ней скучала. Проводя каждое лето в детском лагере, привыкла купаться в речке, бегать по лесу, дышать свежим воздухом. Знала, как растёт земляника и дикая ежевика, как выглядит чистотел и папоротник. Собирала шишки для поделок и листья растений для школьного гербария. Большую часть детства я была предоставлена самой себе, пока мама с папой работали и обеспечивали нам стабильную жизнь.
И сейчас, осознав, какое это сокровище — нетронутый лес вокруг замка — я вдруг обрадовалась и вприпрыжку поскакала вперед. Тут же и тропинка под ногами обнаружилась, и настроение поднялось. Дав себе обещание не уходить далеко от замка — благо его видно издалека, он же на холме — я углубилась в лес.
— Мамочка, если бы ты знала только, куда я попала! — мечтательно произнесла я. — Всё как ты мне в детстве говорила! Буду плохо себя вести — стану уборщицей. Ну, вот и стала!