Страница 163 из 165
Как это возможно? Алан считал его не способным на чувства, но оно задрожало, как тончайший лист на ветру.
Медленно подставив лицо под тёплые лучи солнца, он ещё острее почувствовал внутренний траур, который пришлось осознанно нарушать.
Прозвучал неуверенный тихий женский голос. Он не обернулся.
— Зачем эта слежка, а потом и попытка похищения? Да, я и вправду похожа на Лейлу, но ведь я не она.
— Но тебе ведь удалось за короткое время занять особенное место в их семье, или я ошибаюсь? – прозвучавший вопрос заставил её задуматься.
Алан продолжил:
— Отец прекрасно понимал, что ты неспроста в их доме, и, скорее всего, на тебя возложат определённые обязательства и статус. И, как видишь, старый хищник проверил почву и понял, что пора действовать. Основная задача последних лет заключалась именно в том, чтобы пошатнуть состояние Ибрагима. И отец не успокоится, пока не сведёт с ним счёты. Главным оружием в этой битве оказалась ты.
Алан обернулся. Лицо его по-прежнему не передавало никаких эмоций, но нездоровый блеск ненависти в тёмных глазах непонятного цвета заставил Миру напрячься.
— Но у меня нет статуса! – резко воскликнула она. – Я была для них никем и такой же останусь! Почему именно я стала орудием мести?! Почему именно на мою голову это должно было свалиться?!
Он покачал головой, усмехнувшись глупой наивности.
— Как я знаю, долю Лейлы в компании успели отдать тебе. И сколько ты в их доме? Полтора-два месяца, – напомнил он. – Ты хоть понимаешь, о каких деньгах идёт речь? Об очень и очень больших деньгах, глупая девочка. Тебе этого может хватить на всю жизнь, если не на две.
— При всём уважении, – раздражённо бросила она, – Ибрагим Асадович хоть человек и при деньгах, и у него есть определённый статус, но он не настолько богат, чтобы ты..
— Он очень богат, – перебил Алан, наконец развернувшись к ней всем телом. – Настолько, что ты даже не представляешь. И в отличие от моего отца, который готов ослепить всё своё окружение величием своего сраного статуса, кичась деньгами и властью, Ибрагим Асадович использует другую тактику. Тихую и аккуратную. Они переписали на тебя не только долю Лейлы, но и Махиры.
— Что? – ошарашенно прошептала Мира и потерянно уставилась на него.
— Поздравляю, – он усмехнулся, – видимо, тебе ещё не успели сообщить. Ну раз так, эта прекрасная ноша легла на мои безобразные плечи.
— Что ты несёшь?! – она повысила тон.
— Ты дура или прикидываешься? – грубо рявкнул Алан в ответ. – Любая другая девушка на твоём месте сказала бы как минимум спасибо этим людям за такую щедрость.
— Да за какую щедрость?! Меня пытается убить один незнакомый человек, чтобы досадить другому. А теперь ещё начнётся охота на мою голову как со стороны Дженка, так и со стороны Сюзанны, стоит им узнать про долю Махиры. Чему радоваться?! Деньгам?! Я спокойно жила и на свою зарплату! Я не желала этих приключений! Я в это ввязалась только потому, что.. – Мира замолчала, тяжело дыша, смотря на него распахнутыми от несправедливости глазами.
Тот самый сон, где Мерьем просила дочь найти её, и стал важнейшим рычагом, запустившим всю эту историю. Приняв указ матери за знак, Мира согласилась на сделку с Ибрагимом Асадовичем. Потом был сон с браслетами, потом ещё и ещё знаки через сны.
Мира твёрдым, уверенным тоном произнесла:
— В тот вечер до вашего приезда Лейла была не одна. И это то, что я хотела сказать тебе при встрече в Летнем саду.
— Что за чушь? – огрызнулся Алан, подойдя к креслу и сев напротив неё. – Я помню, как Тимур позвонил ей, и они полчаса разговаривали. Мы знали, что она одна. А потом брат получил от неё СМС, что она плохо себя чувствует и просила приехать. Лейла страдала эпилепсией, – пояснил Алан. – Тимур испугался того, что она одна в доме и могло произойти несчастье. Вот он и сорвался. Естественно, я не позволил брату сесть пьяным за руль и отвёз его. И когда мы приехали, дом горел. Там никого не было.
— До вас там кто-то был, – упрямо повторила Мира. – И я знаю, это был не один человек. Их было двое: мужчина и женщина.
— Очередная чушь, – отмахнулся Алан. – Лейла была одна в тот вечер!
— Нет, – она отрицательно покачала головой, – я знаю, что нет. У меня есть доказательство.
Алан усмехнулся, ехидно посмотрев на неё.
— Ты хоть думай, что несёшь с таким умным видом!
— Я знаю, что говорю, – огрызнулась Мира. – У меня есть фотография, которая была сделана в день пожара. И эту фотографию кто-то попытался спрятать! Скорее всего, кто-то из членов семьи, так как я нашла её в комнате Лейлы. На фотографии женское тело лежит на полу и языки племени вокруг. Это тот самый вечер! Когда произошёл пожар!
— Допустим, – нехотя согласился Алан, но в его голосе прозвучало неприкрытое недоверие. – Почему двое?
— У меня есть информация, что какая-то женщина угрожала Лейле.
— Ты серьёзно?
Мира кивнула.
— Да, история невероятно мутная. И я уверена, что до вашего приезда у неё побывало два человека и пожар был подстроен! Лейлу убили!
— Если ты опираешься на свои глупые сны, то это полный..
— Они не глупые, я уверена в них больше, чем в тебе.
— О как..
— Они не глупые!
Алан вздохнул, проведя рукой по голове.
— Когда мы приехали, никого постороннего в доме не было, – сказал он. – Да и камеры.. Отец вычистил их все и не оставил ни единого нашего следа.
Мира и Алан вдруг переглянулись.
— Думаю, твой отец мог знать, кто приезжал до вас, если камеры и вправду прошли через его руки.
Алан откинулся на спинку кресла и пустым взглядом посмотрел в потолок. Удивительно, как всё повернулось. Затем он перевёл взгляд на бледное лицо Миры и понял, что она испытывала такие же непонятные ощущения, что и он сам. Странное металлическое послевкусие откровения начинало будоражить сознание.
Будто что-то задышало в затылок.
Что-то свирепое и опасное.
История, которая изначально казалась как стёклышко прозрачной, обрела иные краски.
Мутные.
— Я и так недолюбливал Лейлу, а потом и вовсе возненавидел её, видя состояние брата: она сломала настолько сильного человека. И все эти годы я винил её в смерти самого близкого мне человека, считая, что именно она виновница пожара. Но если это не так..
— Лейла такая же жертва, как и твой брат, – произнесла Мира, задумчиво посмотрев на него. – Бог знает, что она увидела и почувствовала перед собственной кончиной. Она ведь знала, что Тимур был в пути, и, возможно, молилась, чтобы он подоспел. Но этого не произошло.