Предначертанная. Часть 1

Глава 29 Я буду звать смерть

Сердце испуганно билось в груди, пока Мира неслась от чёрного BMW к подъезду. С нетерпением дождавшись лифта, переминаясь с ноги на ногу, с явной внутренней тревогой Мира открыла входную дверь, переступила порог и мгновенно закрыла её за собой на два замка, облегчённо выдохнув.

Она дома. У себя дома. В родных стенах.

Спешить теперь было некуда.

Она спокойно сняла куртку, переобулась и прошла в квартиру, в которой не появлялась несколько дней. А по ощущениям казалось, что несколько недель.

С каждой секундой внутри становилось спокойнее, тревога отступала и позволяла сердцу глубоко дышать, а разуму трезво мыслить.

Уверив себя, что под своей крышей она в полной безопасности и бояться нечего, девушка не спеша прошлась по комнатам и открыла окна на проветривание. Затем она написала СМС отцу: как всегда, размашистое сообщение, что она в порядке и сильно скучает. Если в первой части и пришлось приврать для его спокойствия, то во второй всё было предельно честно.

Тоска по отцу разъедала сердце.

Но какая-то её часть радовалась тому, что Фарид отсутствовал в городе и был под угрозой в меньшей степени.

Да, непонятно, от кого она чувствовала опасность, но мысль, что чужие руки не дотянутся до единственного родного ей человека, так как он в открытом море, воодушевляла.

Весь вечер Мира крутилась по дому и убиралась. Привычные занятия помогли унять мелкую дрожь в теле, которая возникла на фоне стресса, и привести мысли в порядок. Спокойная музыка немного отвлекла от тревожных мыслей, и под конец дня Мира начала ощущать лёгкую расслабленность.

Уборка заняла пару часов. Чисто стало не только в квартире, но и на душе. Блестели не только полы, но и мысли.

Во время домашней терапии Майя с Тами, узнав, что Мира вернулась к себе домой, позвонили ей по видеозвонку. Как и коллеги, не терявшие надежды вытащить её обратно на занятия с детьми. И даже соседка, с которой у них были натянутые отношения, вдруг позвонила и, сославшись на то, что свет в квартире давно не горел, поинтересовалась у Миры, куда она пропала и всё ли у неё хорошо.

— Несколько дней.. – подумала Мира, аккуратно складывая вещи обратно в шкаф.

Прошло всего несколько дней, но у неё было такое ощущение, что она выпала из собственной жизни на несколько лет. Словно её фигуру вырезали ножницами из листов событий привычной жизни, оставив на её месте пустоту.

Время, проведённое в доме Ратмира, напоминало сон, который она видела, независимо от того, хотела она этого или нет. И, вроде, уезжать было недалеко, их квартиры находились всего в получасе езды друг от друга, мысленно ей хотелось удлинить эту дорогу в разы.

Мира призналась себе, что если Ратмир и последние дни под его крышей напоминали сновидения, то ей следовало как можно скорее просыпаться. Сбросить с себя остатки сна. И отойти от чужого мира, который внезапно оказался не таким уж и противоречивым, как она считала раньше.

Неосознанно прокручивая в голове события минувших дней, начиная от попытки похищения у подъезда и заканчивая поездкой на кладбище, Мира замерла посреди комнаты. Она пыталась донести до упрямой части своего внутреннего собеседника, что, возможно, всё не так уж и плохо сложилось, как могло показаться. Всё образуется, уладится.

Но легче от этого не стало. Видимо, потому, что она сама себе не верила.

Тревога вновь подбиралась к сердцу, нарастающее волнение сдавливало грудь.

Закрыв шкаф, она вышла в прихожую и достала из сумки две фотографии: на одной, что была сделана на полароид, Лейла улыбалась серо-зелёными глазами, и на щеках играли задорные ямочки, на другой эти же глаза были закрыты навечно, и девушка лежала на полу в окружении беспощадных языков пламени.

Затем Мира достала красную нить, которую нашла сегодня на кладбище. Она аккуратно разложила три вещички на письменном столе, пристально всматриваясь в каждую из них. Фотография Лейлы, что она унесла с собой при встрече с Ибрагимом Асадовичем, фотография с вечера пожара, браслет.

Импульсивно Мира потянулась к лежащему рядом мобильному телефону и набрала номер Османа. Впервые с момента ссоры у ресторана. У неё возникло непреодолимое желание поговорить с ним и попросить помощи, несмотря на обиду, что таилась внутри неё с их прошлой встречи.

— Алло.. – пробурчал мужской голос в динамике телефона.

— Привет, Осман. – Мира слабо улыбнулась, и он это почувствовал.

— Чем обязан? – спросил Осман обиженным тоном. Давно они не разговаривали друг с другом, испытывая такое напряжение.

— Мне нужна помощь, – прямо обратилась Мира без хождений вокруг да около.

— М-м-м.. – промычал он, прочистив горло. – Ну я слушаю.

— А можно без одолжения? – хмуро произнесла она. – Смею напомнить, это ты в прошлый раз нахамил и обидел меня, а не наоборот.

Осман молчал, явно не желая продолжать разговор.

— Да Бог с тобой, сама разберусь, – прошептала Мира, решив положить трубку.

Осман резко твёрдым тоном произнёс:

— Говори, что у тебя случилось?

Осман терпеливо ждал, стараясь не идти на поводу у эмоций, осадок от которых остался внутри него после их с Мирой последней встречи в ресторане.

Слегка замявшись, стараясь как можно дальше отложить внутренние разногласия и обиду, девушка наконец ответила:

— Мне нужна помощь. Сможешь поднять личное дело одного человека?

— Интересно.. – удивился Осман. – О ком речь? Я знаю его?

— Её, – поправила Мира. – Нет, не знаешь. Сможешь помочь?

— Ну-у, – протянул он задумчиво, – раз обращаешься с просьбой, видимо, это и вправду важно. Помогу, конечно.

Мира облегчённо выдохнула, Осман с возросшим удивлением спросил:

— Тебе кто-то угрожал? Или что?

— Почти, – призналась она тихим голосом.

По тону Османа было понятно, что от неприятных чувств не осталось и следа.

— Напиши всё, что знаешь об этом человеке. Дальше я разберусь.

Мира прокрутила в голове всё, что было известно о Лейле. И, к сожалению, ей пришлось признаться себе, что толком никакой информацией она не владела.

Несмотря на то что она уже полтора месяца оставалась в доме Ибрагима Асадовича, о его покойной дочери Мира смогла узнать лишь то, что ей позволили обстоятельства.

— Имя, дату рождения и смерти я точно смогу сказать. Дом, где она жила, тоже. Но вот..

Осман резко перебил.

— Она умерла?

— Да. И мне хотелось бы увидеть заключение о смерти. Получится поднять это?

Осман задумался.