Её замена

34. Сделать больно

Зайчик

Осознанием произошедшего накрывает уже дома, когда я лежу на кровати после душа, укутанная теплым пледом. За окном непогода. Дождь барабанит по стеклам, словно сама природа за меня переживает.

На душе гадко. Я не знаю, как избавиться от чувств, которые сковывают грудную клетку, но и слез больше нет. Кажется, по пути домой и в ванной я оставила весь запас соленой влаги, которая скопилась в моем организме. Хорошо, потому что мое лицо превратилось в поле боя. В зеркало смотреть не хочу. Страшно.

Лежу, слушая звуки природы и свое дыхание.

Ничего не могу поделать. Перед глазами картинки ночи и утра. Настолько разные, что плоть кровоточит. Готова поспорить, что за ребрами просто месиво. Фарш.

Больно. Так больно, что я поджимаю губы и зажмуриваюсь.

Не у всех бывает по любви, а у меня было. Пусть чувство невзаимное, но все же… Плюс, да?

И то, что я не актриса, не плохо ведь?

Я не умею притворяться и лгать. Соглашалась, чтобы помочь матери. Действовала из благих намерений. Я уговариваю себя? Оправдываю глупость?

Вздыхаю. Тяжело. Рвано. Облизываю пересохшие губы и резко распахиваю глаза.

Я не хочу себя жалеть. Не могу позволить себе такую роскошь. Поднимаюсь и иду в кухню, чтобы сделать себе крепкий кофе. Откидываю прочь навязчивые кадры близости с Кириллом.

Зайка получила. Волчара ее-таки надкусил.

Горько усмехаюсь.

Сожрать я себя не дам. Договор расторгнут одной жаркой ночью. Растоптан. Придется платить неустойку, но я готова. Сейчас нет, но завтра буду живой и обороняться.

От мыслей спасает уборка и мультфильмы фоном. Вылизываю квартиру так, словно завтра нагрянет проверка по чистоте. Падаю на кровать и засыпаю прямо в одежде.

Утро наступает внезапно. Я без эмоций собираюсь в университет, но сначала заезжаю в больницу к маме. Она спит. И я стою несколько минут в ее палате. Операция успешная. Реабилитация тоже будет такой.

Еще один жирный плюс в копилку произошедшего. Получается улыбнуться и сохранить воинственный настрой, но лишь до того момента, как я оказываюсь на парковке около универа.

Компания Волкова стоит около его машины в полном составе. Замираю в нескольких метрах от них. Сердце барабанит громко. Кажется, что все вокруг слышат.

Вдох-выдох.

Шагаю мимо, чувствуя, как горит спина от его взгляда. Нет. Сейчас я не смогу разговаривать, хотя нужно. Он мне помог, а на остальное я сама согласилась. Обвинять Кирилла в грехах тупо. Да, он знал, как мне важно заняться ЭТИМ по любви и в отношениях, но и я была в курсе, на что подписываюсь. В любви он не признавался и ничего не обещал, кроме фиктивного счастья. Бинго!

Как же больно понимать, что в сказку я поверила сама…

Уже в дверях меня догоняет Саша. Идет рядом молча, даже не здороваясь и не отвешивая сладких комплиментов.

— Что тебе нужно? — устало спрашиваю, потому что Котов тащится за мной по коридору, привлекая к нам внимание.

— Ничего.

Останавливаюсь и вопросительно смотрю на него. Строить из себя позитивную не собираюсь. Хватит. Его обычно веселые глазки до ужаса серьезные в данный момент.

— Поругались?

Вздыхаю. Обсуждать отношения с другом парня, с которым переспала – пробить дно. Через равно. Не отвечаю.

— Обидел?

— Саш, извини, но это не твое дело.

Скашивает взгляд к выходу, где остальные члены стаи Волкова с ним во главе. На него не смотрю, зато ощущаю энергетику. Злится. На меня или на себя? Или на обоих? Ежусь, вспоминая, каким он был в то утро. Готовым убивать. Это, правда, страшно.

— Хочешь, сделаю ему больно? Кости переломаю?

Вижу, как кроет Котова. Удивленно наблюдаю за тем, как он сжимает и разжимает кулаки, глядя на Кирилла. Серьезно?

— Он – твой друг.

— Друзья так не делают.

Может, у них что-то личное… Как и с той девушкой…

Поджимаю дрожащие губы. Не хватало еще при всех расплакаться!

— Мы сами разберемся, Саш, а насчет сделать больно, — все же решаюсь взглянуть на Волчару, который дергается в мою сторону. Отрицательно почти незаметно качаю головой, — он и сам прекрасно с этим справляется.