Страница 85 из 193
Тамара не поняла, как доехала до дома на такси. Всё было как в тумане. Всю дорогу она смотрела в окно, по которому начал хлестать дождь, отражавший её внутреннее состояние. И надо сказать, ему это хорошо удавалось.
Тамара столкнулась с реальностью – с такой, которая почти раздавила её, оставив от неё липкий след из стыда и сожалений.
Море стыда.
Океан сожалений.
И нежелание принять случившееся.
Вот что чувствует человек, у которого сердце горит по одному человеку, а тело решает отдаться другому.
Прошлый вечер не был просто ошибкой. Он был землетрясением, после которого рухнули все её хрупкие барьеры, и теперь сквозь трещины в душе сочилось нечто необъяснимое. И отвратительное. И это касалось в первую очередь её саму.
Почему я это сделала?
Почему не остановила себя?
Неужели я настолько сильно забылась, что готова была растворить свою боль в объятиях первого встречного?
Но самый страшный вопрос, от которого сводило желудок и грохотало сердце, заключался в другом:
«Почему именно Давлат?»
Стоило Тамаре открыть дверь квартиры, как к ней подбежал белый пушистый комочек с голубыми глазами.
— Милка, о, моя Милка.. – Тамара нагнулась и взяла котёнка на руки, прижав к себе. Послышалось тихое и радостное мяуканье.
— Я тоже скучала, – проговорила Тамара печальным голосом, а затем, чмокнув котёнка в носик, закрыла за собой дверь и прошла в квартиру.
Вскоре, сняв с себя одежду, не желая смотреть на то, в чём она вышла из квартиры Давлата, Тамара закрылась в ванной и включила горячую воду. Помещение наполнилось звуком струящейся воды и лёгкого пара.
Всё, что ей хотелось, – чтобы тело, сердце и мысли оказались под горячей водой. Так она и поступила. Она стояла под душем, не двигаясь, уставившись в одну точку на белой кафельной стене. Мысли, как сплошной поток хаоса, не хотели собираться в нечто цельное. Ощутив слабость в ногах, Тамара села в ванну и обхватила руками согнутые колени. Чувствуя, как горячие струи разливались по телу, она ненадолго закрыла глаза.
В памяти всплыл отрывок вчерашнего вечера: образ Микаэля, надевающего кольцо на руку безупречной, эффектной девушки по имени Диляра. Её глаза излучали счастье, а губы улыбались от переполнявшего волнения.
— Чёрт.. – выдохнула Тамара в пустоту, под звук льющейся воды из лейки душа.
Но это видение сразу же сменилось другим. Она почувствовала прохладу ночного воздуха на коже, вспомнила, как Давлат крепко прижимал её к себе и нёс к машине. В голове прозвучал их глупый и игривый смех, когда они валялись на полу, вместе, забыв обо всём на свете.
В памяти вспыхнул его пронзительный взгляд. Его чёрные глаза, смотрящие прямо в глубины её души.
— Чёрт! – вскрикнула Тамара, не поднимая головы от колен. – Что я натворила?! Как теперь мне быть?!
Горячая вода продолжала бить по её обнажённому телу, кожа становилась розоватой от жара.
Но внутри девушки было холодно: ледяной, пронизывающий страх не отступал.
Мысли о Микаэле предательски переплетались с Давлатом снова и снова, проникая в её разум, разбивая любые попытки найти хоть каплю покоя.
Её телефон, оставленный в прихожей, зазвонил, напоминая, что жизнь за дверью ванной продолжалась.
«Хватит! Успокойся! Возьми себя в руки!» – подумала Тамара, вставая и выключая воду. Кожа была похожа на раскалённое железо.
Укутавшись в белое махровое полотенце, она на мгновение замедлила шаг у зеркала, затянутого паром, в котором показалось её размытое отражение. Покрасневшими пальцам она провела по стеклу, стирая конденсат. Перед ней предстала незнакомая женщина.
Мокрые тёмные кудрявые волосы прилипли к порозовевшим щекам. Глаза, казавшиеся теперь большими, с расширенными зрачками, принадлежали другой Тамаре, не той, что существовала вчера, до того, как..
Капли воды скатились по её шее.
Тамаре стало противно от самой себя, и она увела взгляд в сторону двери, за которой Милка жалобно мяукнула.
— Я иду, комочек.
Её голос прозвучал хрипло, но уже без дрожи.
Дверь ванной открылась.
Милка сидела прямо перед ней, подняв мордочку, её голубые глаза смотрели с безмолвной любовью.
— Прости, – Тамара опустилась на колени, протягивая к котёнку руки.
Милка прыгнула к ней на ладони – такая тёплая, пушистая и родная.
— Всё будет хорошо, – прошептала Тамара, прижимая Милку к груди.
Но кому она говорила это – ей или себе?
Телефон в прихожей снова зазвонил, но разговаривать с кем-либо Тамаре хотелось меньше всего на свете.
На работу ни сегодня, ни завтра она решила не ехать.