Страница 65 из 70
Глава 9
— Она заявила, что её дочь — достойная девушка, какую бы ложь Элиза ни пыталась ей навязать, — голос рассказчицы дрогнул. — И насчёт вашего диагноза Элиза заблуждается. Виктория Олеговна попыталась урезонить её, сказав, что женщины не солдаты и не умеют обращаться с оружием. Вежливо попросила убрать пистолет в сумку, добавив, что Бог её простит. С безумцами нужно вести себя именно так — спокойно и без резких движений.
— И что было дальше? — Татьяна Булатовна и Олечка, поглощённые рассказом, подались вперёд, затаив дыхание.
— Элиза, видимо, осознав, что упустила шанс совершить убийство, пришла в неистовство, — продолжила рассказчица, с трудом сдерживая эмоции. — Её лицо исказилось от ярости. Потеряв всякий контроль, она со всей силы ударила Алёну ногой в живот, прямо каблуком. Продолжала бить, крича, что эта «шлюха» посмела «вешать своего ребёнка» на чужого мужчину.
— Мы с Викторией Олеговной с трудом смогли оттащить её, — голос рассказчицы задрожал ещё сильнее. — Заперли в комнате. Алёна, несмотря на свой сильный характер, не смогла выдержать побоев — боль скрутила её, открылось кровотечение, и она потеряла сознание. Эта безумная Элиза успела нанести удар и мне в бок. Я сняла побои, теперь у меня огромный синяк. Аркаша ей голову открутит, если она посмеет приблизиться ко мне!
— Времени на раздумья не оставалось, — завершила рассказчица. — Спасение Алёны было важнее всего. А то, что Виктория Олеговна — Романова, из царской крови, помогло нам в той ситуации, придало уверенности и решимости.
Она дала мне распоряжение сдать Элизу полиции и уехала со (на)скорой и (с) дочерью. Аллах, Аллах! До сих пор дрожь по всему телу. Элиза буйная, в дверь ломилась, кричала, проклинала Аленушку, как бесы в неё вселились. Я боюсь им звонить, Платон Ильич. Состояние Алёны наверняка критическое. Может быть... Я не хочу об этом думать. Если она потеряет ребёнка. Она ему очень обрадовалась, а из-за побоев...
— Я к ней. Меня сегодня не будет, — бросил Платон, стремительно направляясь к выходу.
Не теряя ни секунды, он помчался в роддом. Гнев и ярость клокотали внутри — он был готов растерзать Елизавету на месте. Взбежав по трём ступенькам в больничное здание, он встал в очередь.
Из-за обеденного перерыва медсестра задержалась с приёмом. Она сразу задала прямой вопрос — приехала ли его роженица с побоями, после чего направила к врачу.
Гинеколог Пётр Артемьевич принял его без промедления.
— С кем имею честь? — спросил врач, внимательно глядя на посетителя.
— Воронцов Платон Ильич, отец ребёнка, — представился Платон, стараясь сохранять спокойствие.
— Платон Ильич, — начал врач после короткого разговора с матерью пострадавшей, — Касаткина ложится на сохранение. Это необходимо для безопасности беременности.
— Согласен, — коротко ответил Платон.
— В регистратуре возьмите счёт на оплату второго месяца. Важно, чтобы вы поняли: инвалидность ребёнка из-за побоев матери маловероятна. Врождённая инвалидность обычно связана с наследственно-генетическими факторами в семье: алкоголизм, наркотические зависимости, тяжёлые перенесённые инфекции.
— У нас этого нет, — твёрдо произнёс Платон.
— Это замечательно. Мы выяснили, что с развитием всё в порядке. Наша главная задача сейчас — сохранение беременности. У вашей супруги наблюдается повышенный тонус матки и три гематомы. Наибольший риск самопроизвольного выкидыша существует с шестнадцатой по двадцать вторую неделю. Затем может возникнуть угроза преждевременных родов.
Врач строго посмотрел на Платона:
— Если вы хотите сохранить ребёнка, исключите любые стрессовые ситуации, подъём тяжестей, резкие движения, наклоны и повороты. Никаких перелётов. Только покой и тишина.
— Понял, — кивнул Платон.
— Ваша жена находится на третьем этаже в отдельной палате триста двадцать пять.
— Спасибо, доктор.
— Два месяца будут непростыми, — предупредил врач. — Запомните, Платон: главное — настрой. Как корабль назовёшь, так он и поплывёт. Алёна Михайловна справится, но не простит никому, если её лишат дочери.
Платон молча кивнул и направился к выходу.
— Ты — Утка, — произнесла она, увидев его, входящего в палату.
Алёна Михайловна полулежала на кровати, неторопливо поедая жёлтый банан. В палате никого, кроме неё, не было.
— Какая утка, душа моя? — Платон с удивлением наблюдал, как она спокойно поглощает спелый фрукт.
— Кто в ночи на бой спешит, побеждая зло? Твёрдый клюв, отважный вид, чёрное крыло. Эй, прочь с дороги, враг, трепещи, злодей — он идёт! Только свистни — он появится! Чёрный Плащ! Ну-ка, от винта! Чёрный Плащ… Грозный Чёрный Плащ! — пропела она. — Их там архимного уточек у Егора, Платош. Дональд Дак, Скрудж Макдак, Крякенштейн… Гусей и прочей живности. Всех наизусть не заучишь с ходу. Но главный протагонист, как ты, — настойчивый борец с преступностью, мастер находить передряги и выпутываться из них — селезень Кряк Лапчатый.
— Где? — ахнул Платон.
— В вымышленном городе Сен-Канар. Мне столько гормона прогестерона вкатили со спазмолитиками и витаминов, что я не буду думать о собственной лохованности. Мой сынок очень рад бабушке Вике и дедушке Мише. Накатавшись с тобой на аттракционах, он теперь перебирает иноземную коллекцию диснеевских уточек от братика. Передавал тебе привет. Как знала — ты придёшь. Вовремя мать выставила.
— Братик… Мне доктор сказал о дочери.
— Ага. Комбо-набор. С тебя подарок Егору от девочки. Мама тебе даст комикс «Чёрный плащ» и сборник DVD.
— Надо же, — Платон присел на стул у стола.
— Да. На УЗИ дети повернулись правильно. Мальчик и девочка.
— Почему?
— Что почему?
— Почему двойняшки? У меня в роду ни у кого их нет.
— У меня тоже. Но в моём возрасте многоплодная беременность — частое явление. Или?
— Без «или», — Платон улыбнулся. — Я спросил, потому что не знал об этом факторе. Я очень рад, — Алёна улыбнулась в ответ.
— Мне нужно согласовать с тобой имена.
— Согласовать?
— Мне хочется, чтобы их имена нравились и тебе, и мне.
— Ну, давай. У тебя есть предложения?
— Девочку я хочу назвать Ангелиной. Сперва думала об Анджелике, но думаю, Ангел лучше. Ангелина Платоновна. Как тебе?
— Мне нравится. Одобряю. А мальчика?
— С мальчиком вышла загвоздка. Я посоветовалась с Егором. Он мне предложил, но тут без твоего согласия не выйдет, — Алёна хитро улыбнулась.