Страница 125 из 459
— А вот и наш гусар-шалунишка!
Скобелева бросило в жар: он терпеть не мог развязной фамильярности. А поскольку застал Верещагина за столом вместе с Жирардэ, то тут же и решил, что именно этому «состоящему при генерал-губернаторе» он и обязан приездом в Ташкент самого Жирардэ. Сухо ответив на рукопожатие, сказал неприязненно:
— Теперь я, кажется, понял, в чем состоят обязанности состоящего при губернаторской особе.
Сейчас уже Верещагина бросило в жар, но он сдержался. И даже заставил себя улыбнуться почти с прежним добродушием:
— Не горячись, Скобелев. И крестись, коли что кажется.
— Мы уже перешли на «ты»?
— С этого мгновения, — сказал Василий Васильевич. — Питаю необъяснимую слабость к натурам дерзко откровенным.
— Мишель, — по-французски начал было месье Жирардэ, и в тоне его прозвучала мягкая укоризна. — Мы так мило беседовали о Париже…
— Простите, господа, вынужден вас покинуть. — Верещагин поклонился, пошел было к выходу, но остановился: — А ведь мы непременно станем друзьями, гусар. У меня — предчувствие.
И вышел.
— Садитесь, друзья мои, — расстроенно вздохнул Жирардэ. — Никогда не следует горячиться, Мишель. Никогда. Я заказал обед по рекомендации любезного господина Верещагина. Вам необходимо извиниться перед ним, Мишель. Необходимо. И не откладывайте сего благородного поступка в долгий русский ящик.
Скобелев недовольно фыркнул, но промолчал.