Страница 38 из 320
Единственное, что меня действительно смущало — кобура скрытого ношения не предусмотрена. Может показаться, что и таскать оружие нет причин, но в меня за эту неделю стреляли слишком часто, чтобы оставлять пистолет дома. Тем более что если уж просто посреди Москвы я попал в переделку, на что пойдут люди, когда я окажусь в Кремле?
Поэтому я подвесил кобуру, продев в неё ремень. Китель сидит не настолько плотно, чтобы пистолет торчал. Так что внешне всё выглядит приемлемо. В случае же необходимости можно вытащить оружие в два движения.
В дверь осторожно постучали.
— Входите, — отозвался я.
Створка приоткрылась, и ко мне вошла молодая служанка. Держа свёрток с парикмахерскими принадлежностями, она улыбнулась мне и поставила свою ношу на стол. Сама Ольга причёску носила довольно традиционную, однако эксперименты любила.
— Анастасия Александровна приказала привести вас в порядок, Иван Владимирович, — сообщила она.
Кивнув, я скинул форму на манекен и позволил себя побрить. Пока ещё щетина была очень светлой, почти белой и чертовски мягкой. С нетерпением жду, когда же она огрубеет и перестанет выглядеть, как проклятый юношеский пушок. Всё гены папаши, до последнего носившего слишком мягкую бороду.
В обычные дни я сам за собой ухаживал, но сегодня распоряжение главы рода было понятно. Всё-таки первый день на службе бывает в жизни только раз. Потому и делать всё предстояло Ольге, чтобы Иван Владимирович Корсаков, явившись в корпус целителей, выглядел идеально.
— Здесь чуть-чуть поправим, — орудуя за моей спиной, проговорила парикмахерша.
Долго процесс не продлился. Освежив причёску и избавив меня от пуха на лице, Ольга осталась довольна результатом. Я, честно признаться, как любой мужчина, не слишком-то видел разницу с тем, что у меня было на голове до этого, но благосклонно кивнул. Жаловаться не на что, меня ведь всё устраивает.
Так что из комнаты я вышел уже одетым в форму целительского корпуса. Матушка сидела в кресле гостиной, дожидаясь моего появления. Заметив меня спускающимся с лестницы, она улыбнулась.
— Доброе утро, сынок.
— Утро доброе, матушка. Как спалось?
Вся суета с поисками виновника серьёзно утомила главу рода Корсаковых. И к сожалению, тут ничего нельзя было поделать. Единственной ниточкой был снайпер, но он, как и положено профессионалу, скрылся, не оставив следов. Так что теперь несколько благородных фамилий косили взглядом в сторону всех остальных, поджидая момента, когда будет нанесён очередной удар.
Подобная обстановка никому спокойствия и здоровья не добавляет. Вот и Анастасия Александровна, несмотря на наш дар, выглядела не самым лучшим образом.
Подойдя к главе рода, я поцеловал ей руку.
— Готов? — вместо ответа спросила она.
— Готов, — подтвердил я. — И мне уже пора выдвигаться, чтобы не опоздать.
Проводив меня до двери, матушка ещё долго стояла на пороге, глядя вслед машине, увозящей меня на службу. Как будто я на войну собираюсь.
Хотя придворная жизнь наверняка окажется даже хуже и опаснее.