Корсаков. Тетралогия

– Лицензия Зыбина позволяла производить бытовую химию на промышленном складе. Почему никто не проверил производство? – она дождалась, пока тот начнёт открывать рот, и припечатала: – Вы тоже освобождаетесь от должности. Ваш заместитель по Москве отправляется под следствие. До назначения нового руководства все лицензии на производство опасных веществ в пределах жилой застройки проверить внепланово.

Министр здравоохранения опустил глаза в бумаги, и Екатерина Юрьевна тут же нашла его взглядом.

– Министр, контроль за исполнением на вас, – объявила она. – Через неделю я хочу видеть первый отчёт. Если вы принесёте мне перечень созданных комиссий вместо проверенных адресов, следующим освободится ваше кресло.

– Понял.

Екатерина Юрьевна повернулась к министру финансов.

– Система финансового контроля отметила необычные закупки Зыбина. Начальника подразделения, закрывшего уведомление, отстранить, – распорядилась государыня. – Все закупки веществ двойного назначения и промышленных реагентов должны автоматически сопоставляться с лицензией, производственными площадями и фактическим адресом доставки. Проект нового порядка представить через три дня.

– Будет исполнено, – с явным облегчением поклонился он.

– Три дня, а не три месяца, – надавив голосом, повторила её императорское величество.

Прошли годы, и все уже привыкли воспринимать её как бывшую героиню минувшей войны. Но сегодня каждый присутствующий чувствовал – годы не сделали Железную Екатерину мягче. Время не сделало её добрее и терпимее, как могло показаться с первого взгляда.

Екатерина Юрьевна посмотрела на начальника московской полиции.

– Встаньте.

Он поднялся.

– Вы получили пять жалоб. В квартиру кто‑нибудь вошёл? Баллоны с химикатами в жилом доме, ночные хлопки и дым не являются признаками преступления для полиции? Что ж, можете передать всем причастным: ваш инспектор решил не утруждаться, я решила, что он задержан, как и дежурный, задержавший сигнал от пожарной команды. Его начальник – освобождён от должности. Вместе с вами. Материалы о задержке сигнала передать прокуратуре. Министр внутренних дел лично проведёт переаттестацию руководителей всех московских отделений полиции.

Названный министр тут же поднялся.

– Будет исполнено, ваше императорское величество.

– И вы получите выговор с занесением в личное дело, – глядя на него, объявила государыня. – Второй подобный провал закончится вашей отставкой.

– Понял, ваше императорское величество.

Государыня закрыла первую папку.

– Шеф жандармерии, – объявила она. – Теперь ваша очередь.

Тот поднялся, готовый слушать всё, что она скажет.

– Начальник юго‑восточного отделения квалифицировал случившееся как системный провал управления, – продолжила Екатерина Юрьевна. – Вы согласны?

– Согласен с его высокоблагородием, – не стал спорить его высокопревосходительство.

Государыня продолжила без паузы:

– Ваш предшественник стоял передо мной после нападения у гимназии, дела Кривошеева, покушений на Корсакова и проникновения иностранной боевой группы. Я сняла его с должности и отправила в отставку с позором, – напомнила присутствующим её императорское величество. – После него службу приняли вы. Вы сменили нескольких начальников, написали новые инструкции и доложили мне, что выводы сделаны.

– Усилен контроль территориальных управлений, изменён порядок сопровождения благородных лиц, расширена внутренняя безопасность, – отчитался шеф жандармерии.

– То есть снова занялись благородными.

– Это основная задача жандармерии.

Екатерина Юрьевна открыла следующую папку.

– Что ж, давайте посмотрим, как жандармерия справляется со своими задачами, – предложила она. – Нападение у гимназии. Государственная служба обнаружила связь с Шепелевыми после того, как её установила частная безопасность Ростовых. Повторное покушение на Смирнова. После первой атаки убийца подготовил вторую, а семья вновь была вынуждена защищаться своими силами. Дальше – Кривошеев. Жандарм получил приказ задержать подозреваемого после дуэли. Подозреваемый погиб под ментальным воздействием, потому что сотрудник вашей службы счёл приказ достаточным основанием не думать. «Северные кедры». Шесть лет воровали на армейских медицинских закупках. Жандармерия увидела преступление, когда начали убивать свидетелей. Следующая папка, – она показала на документ, – Корсакова сопровождали ваши люди. Наёмники всё равно чудесным образом устроили засаду. Гвардия Лопухиных прибыла раньше государственной службы. «Хэйше Лянь» ввела людей и оружие в империю и подготовила нападение. Одно управление знало об иностранных связях, второе – об оружии, третье – про угрозу благородному роду. Нападение целиком не увидел никто.

– Часть этих решений принималась до моего назначения, – напомнил шеф жандармерии.

– Но что изменилось с вашего назначения на деле, а не на бумаге? – задала вопрос её императорское величество.

Его высокопревосходительство не нашёл ответа.

– Жандармерия использовала преступления благородных как предмет торга, – объявила государыня. – Вот в чём этой службе точно нет равных. Ваша служба умеет следить за браками, наследниками, любовницами и родовыми секретами. Она хранит доказательства преступлений до тех пор, пока ими не станет выгодно торговать. Но она не видит террористов, финансовые схемы, преступные союзы и химические лаборатории!

Шеф жандармерии молчал.