Страница 45 из 48
Глава 23
/Миранда/
Сайлас демонстрировал чудеса выдержки. После невероятно приятных поцелуев в ванной он действительно помыл меня, как можно быстрее переодел в чистую одежду, бережно обработал мою рану, а потом на руках отнёс в кровать к Эдриану. А пока я тихо недоумевала, лёг рядом со мной и крепко обнял со спины.
Его сдержанность радовала, дарила ощущение защищённости, но магия ритуала действовала. Меня одолевали невыносимая тяга, кипучее желание и стремление обладать им.
— Похоже, после закрепления истинной связи я на своей шкуре испытываю то, что ты всегда ко мне чувствовал, — поделилась я с Сайласом, разворачиваясь в кольце его рук. — Неужели ты всегда так... кхм... желал меня?
— С самой первой встречи. — Его рука нежно прошлась по моей голове, спине. И на губы сама собой наползла улыбка. — Истинная пара после закрепления связи действительно становится продолжением друг друга. Для драконов эти ощущения естественны. Но я не знал, как на тебя повлияет ритуал.
— Возбуждающе повлиял, — пробурчала я, утыкаясь носом в его грудь.
И, похоже, ритуал позволил мне наконец отбросить страхи и поддаться чувствам. Конечно, я испытывала неуверенность в будущем, но в объятиях Сайласа было так хорошо, что все сомнения испарялись. Теперь ему предстоит обнимать меня очень много и долго, чтобы окончательно развеять мои сомнения, но этот процесс приятен нам обоим.
— Не думал, что это ты будешь ко мне приставать, — прохрипел он мне в макушку.
— Я не пристаю. Просто жалуюсь, — отозвалась я притворно обиженно.
Само собой, я понимала, что мы нужны сыну и не можем уединиться надолго, но была не в состоянии подавить зудящее на краю сознания желание. Может, это лишь временный эффект ритуала? С другой стороны, разве плохо столь сильно желать выбранного мною мужчину? Наши ссоры позади, претензии высказаны, и мы пришли к тому, что давно отпустили обиды прошлого и больше не желаем страдать. А жизнь друг без друга и есть страдание — медленная пытка, в которой каждый пытается выжить. Я сумела найти новый смысл в Эдриане, люблю его всей душой, но всё остальное — исследования, карьера — стало лишь фоном моей тоски по Сайласу. Можно и дальше бояться, перебирать события прошлого, пробуждая в душе боль, а можно отпустить и позволить себе быть счастливыми. Мы выбрали второе. А ритуал сгладил момент принятия.
— Я боюсь отпугнуть тебя поспешностью, — признался Сайлас. — Боюсь ошибиться и вновь потерять тебя.
— Я тоже боюсь новых ошибок, — прошептала я, прикрывая глаза. — Но страхи уйдут.
— Я сделаю всё возможное и невозможное, чтобы они ушли. Обещаю.
— Сдержи слово, Сай.
Его руки судорожно стиснули меня в объятиях. Горячий вздох опалил макушку. Прозвучавшее обещание принесло мир в душу. Я заснула в руках Сайласа. Тревоги и сомнения больше не мешали мне отдохнуть.
***
На следующий день появился новый повод для волнения. Приехали родители Сайласа. Я не хотела с ними общаться, ещё меньше желала знакомить с ними сына, но лишь из опасения перед новыми неприятностями, а не из ненависти или желания уколоть. Как я и говорила, столкновения с родителями Сайласа, их неприятие и участие в нашей жизни стали неважны на фоне потери любимого. Теперь мне было плевать на их отношение ко мне, как и на отношение любого, кто не примет наш союз. Поэтому, когда Сайлас осторожно сообщил мне об их желании поговорить, я согласилась. Разве что отправила Эдриана гулять с Агатой.
— Миранда, спасибо. Я боялась, вы откажетесь от встречи, — мать Сайласа, Эпона, сразу поднялась с софы и уважительно склонила передо мной голову.
Я опешила как от её поведения, так и от внешности. Обычно драконы долго сохраняют цветущий внешний вид, выглядят красавцами и в семьдесят, а она постарела будто на три десятка лет. Осунулась, смоляные волосы поредели, в них появилось много седины. В уголках губ и на лбу прорезались скорбные морщинки.
— Мы безмерно благодарны вам за эту встречу, — отец Сайласа, Иргиль, тоже склонил передо мной голову.
Всегда сдержанный, немногословный, он словно стал ещё угрюмее, потерял в весе. От импозантного мужчины, который одним лишь взглядом холодных синих глаз выражал ко мне презрение, не осталось и следа.
— Сайлас сказал, это важно, — прочистив горло, ответила я.
Я готовилась к возможным угрозам, просто неприятию, а не к проявлению уважения и благодарности просто за согласие на встречу.
— Да, мы не хотели смущать вас общением с нами, — деликатно заговорила Эпона. Иргиль подал ей руку и помог вновь сесть на софу. Мы с Сайласом разместились в креслах напротив. — Но услышали о произошедшем ночью.
— Элиаса арестовали, — сообщил мне Сайлас. — Он под следствием.
— Кстати, мы вчера так и не обсудили: зачем он пошёл на это? Зачем пытался убить племянника? — спросила я.
— У меня не было наследников, я умирал, и он претендовал на роль главы рода. Появление Эдриана пошатнуло бы его положение, — ответил Сайлас, скривившись от омерзения. — Мы не были близки. Я не мог и предположить, на что он готов пойти ради власти. Думал лишь, что он попытается создать препоны для вхождения Эдриана в род.
— Доказательств против него достаточно, — включился в разговор Иргиль, посуровев лицом. — Но мы с Эпоной считаем правильным перестраховаться, ускорить ваше вхождение в род и передать дела Сайласу.
— Наше вхождение? — переспросила я.
— Передать дела? — одновременно со мной уточнил Сайлас.
— Да, мы просим вас, Миранда, вместе с Эдрианом стать частью рода Салазар, — подтвердила Эпона. — Без условий, без обязанностей, но со всеми причитающимися привилегиями.
— А чтобы предотвратить возможную борьбу за место главы рода, я передам все дела тебе, Сайлас, — сообщил Иргиль. — Ты давно готов.
— Это разумно, — прочистив горло от волнения, отозвался Сайлас. — Но вы слишком давите на Миранду. Она пока лишь дала мне шанс на отношения, не более.
— Мы всё равно обсуждали вхождение в род, — мягко возразила я. — Если это обезопасит сына и меня, то не вижу проблем.
Раз Эпона и Иргиль поменяли мнение обо мне и готовы принять Эдриана, не имеет смысла из вредности и из-за давних обид противиться и устраивать сцены. Это лишь бумажные формальности, несколько подписей на бумаге, а не обязательство принять новых родственников, проводить с ними время и изображать расположение. Конечно, мне по-прежнему неприятно с ними общаться, я боюсь возможного удара, но ещё больше я боюсь новых покушений.