Страница 52 из 280
Он приблизился к князю Илтарису с мечом наготове. Они обменялись двумя ударами — и меч оказался выбит из руки мальчика. Тирион быстро прокрутил в памяти случившееся. Илтарис использовал тот же прием, который применил Корхиен, когда они сошлись в первый раз, но провел финт гораздо стремительнее. Скорость его рефлексов была просто сверхъестественной. Тирион заподозрил, что впервые в жизни столкнулся с кем-то, кто был быстрее него.
— Хороший трюк. Только, пари держу, тебе его не повторить.
Илтарис приподнял бровь:
— Что ставишь?
Тирион смутился еще сильнее. У него ничего не было, даже одежда, которую он носил, ему не принадлежала.
— Это была фигура речи, — буркнул он наконец.
— Помимо прочего, князь Илтарис очень богат, — заметил Корхиен. — Или богата его семья, что, впрочем, одно и то же.
— Ох уж эти твои плебейские корни, Корхиен. Кто-нибудь мог бы подумать, что ты завидуешь.
— Единственное, чему я завидую, князь, так это твоему мастерскому владению клинком.
— Что ж, всегда приятно, когда тебе завидуют хоть в чем-то. Но я, кажется, обсуждал с твоим юным другом условия пари?
— Мне нечего предложить. — Тирион всегда считал, что честность лучше всего. — Я же сказал, это просто фигура речи.
— Я осужу ему золотой, — предложил Корхиен.
— Уверен, друг мой? Знаю, для тебя это большие деньги.
— Я не хочу, — вскинулся Тирион.
— Ты можешь не обладать богатством Аэнариона, но его гордость у тебя определенно есть, — сказал Илтарис. — Я могу предложить условия, которые, полагаю, будут приемлемы.
— Ну?
— Если я выиграю, ты окажешь мне одну услугу, когда я об этом попрошу. Если выиграешь ты, я сделаю то же самое.
— Это честно, — кивнул Тирион.
— Я бы не спешил соглашаться, привратничек, — предостерег Корхиен. — Ты же не знаешь, о какой услуге он попросит.
— Ничего бесчестного или оскорбительного для твоей древней гордости, — уверил Илтарис. — Обещаю.
— Отлично, — сказал Тирион.
Они снова встали в боевую стойку. На этот раз Тирион повел атаку менее рискованно, наблюдая за Илтарисом и выжидая, когда противник применит тот самый обезоруживающий прием. Так что, когда момент настал, он был готов и ответил стремительно, уверенно и почти успешно. Он не остался без меча и почти разоружил Илтариса.
Лишь кошачья быстрота рефлексов спасла эльфа. Отпрянув, он ударил Тириона по колену, да так, что у парня отнялась нога, а потом бросил юнца на землю мощным толчком в грудь.
Тирион уныло поднялся, совсем не чувствуя онемевшей ноги.
— Полагаю, пари я проиграл.
Илтарис покачал головой:
— Нет. Не проиграл. Я не смог снова разоружить тебя тем же приемом. Ты был прав. — Он вскинул деревянный клинок в замысловатом салюте, после чего вернул меч на стойку. — Поздравляю, Корхиен. Твой ученик именно таков, как ты утверждал, и даже более.
Тирион оглянулся на Белого Льва. Похоже, воин и Илтарис уже обсуждали его в частной беседе, и появление этого ученого эльфа на занятиях — не простая случайность.
— Как мило с твоей стороны…
— Нет, Корхиен, с моей стороны это не мило, а честно. А теперь я должен поблагодарить тебя за интересное утреннее развлечение и распрощаться.
С этими словами князь Илтарис поклонился и удалился, лениво, будто прогуливаясь.
Теперь остальные ученики глядели на Тириона почти что с благоговейным ужасом. Похоже, юные воины из дворца Изумрудного Моря хорошо знали и уважали князя Илтариса.
— Кто он? — спросил Тирион Атариса, после того как эльф со свитками исчез из вида.
— Князь Илтарис — едва ли не самый смертоносный меч Ултуана. И не пересчитаешь, сколько эльфов он убил на дуэлях. Говорят даже, что он — наемный убийца своего Дома.
— Наемный убийца?
— Бывает, на дуэлях дерутся не только из-за вопросов чести. Иногда нужно устранить политические препятствия, а иногда дуэли — часть дипломатических маневров.
Тирион долго смотрел на молодого эльфа, потом улыбнулся:
— Я начинаю понимать, почему вы все так серьезно относитесь к этим занятиям.
— Да, тут, как говорит Корхиен, дело жизни и смерти. Зачастую дуэли влекут серьезные последствия для нашего Дома и наших семей. Но тебе, пожалуй, беспокоиться не о чем.
— Ну, если за мной придет князь Илтарис или кто-нибудь равный ему…
— Таких в Ултуане крайне мало, а его Дом — союзник нашего.
— Альянсы частенько распадаются, — заметил Тирион.
— Вижу, ты быстро схватываешь — и не только то, что касается владения оружием, — заметил Атарис. — Сдружившись, мы могли бы стать полезны друг другу.
Тирион пожал протянутую ему руку:
— Друг полезен всегда, — сказал он.
Проснувшись, Теклис обнаружил сидящую у его кровати Малену. Тетушка выглядела немного обеспокоенной.
— Что случилось? — спросил Теклис. Он помнил, как Тирион ушел на свой урок, как сам он наклонился над столом, чтобы взять что-то, потом у него закружилась голова…
Сердце Теклиса упало. Похоже, болезнь вернулась.
— Тебе сделалось дурно, — удрученно сказала леди Малена. — Думаю, ты просто перевозбудился. Ты, видно, еще не оправился как следует. А я, похоже, не столь уж хороший алхимик.
— Что ты, хороший! Я в жизни не чувствовал себя лучше, чем в последние дни.
— И тем не менее ты должен быть осторожен и не перенапрягаться. Ты еще далеко не здоров.
— В моем положении этого трудно не понимать, — сказал лежащий Теклис. Малена улыбнулась. В дверь постучали, странным двойным стуком, какого Теклис никогда не слышал. Но Малене он был, похоже, знаком. Она поморщилась:
— Войдите.
В комнату ступил высокий стройный эльф, темноволосый, с пронзительными серыми глазами, очень бледный — по сравнению с жителями Лотерна. Он отличался изысканными манерами и элегантным щегольским нарядом. Опередив эльфа, в комнату впорхнул пряный запах духов.
— О, очаровательная леди Малена. Мне сказали, что я найду вас тут. А это, значит, ваш новый ученик? Будем надеяться, что он столь же хорош в магии, как его брат — в фехтовании.
— Князь Илтарис, — бесстрастно произнесла Малена. — Как всегда, рада тебя видеть.
Радости в ее голосе не слышалось, только обычная сдержанность.
— Я князь Илтарис. — Эльф официально поклонился и улыбнулся — обворожительно, открыто и дружелюбно. — Поскольку леди Малена не сочла необходимым представить нас, возможно, ты сам любезно назовешь свое имя.