Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 50 из 280

Из теней выступила массивная, зловеще-прекрасная фигура. Более чарующего эльфа Фаэлль никогда не видела, если не считать, что у этого существа вместо ног были копыта, одна рука оканчивалась крабьей клешней, а надо лбом изгибались козлиные рога. Фаэлль открыла рот, чтобы закричать, и вдохнула вдруг странно успокаивающий мускусный аромат. Внезапно ей невыносимо захотелось протянуть руку и коснуться обнаженной плоти этого рогатого эльфа. Он словно понял — и улыбнулся. Улыбнулся обворожительно.

— Приветствую, Кровь Аэнариона, — произнес пришелец невероятно волнующим голосом. — Радуйся. Ты станешь первой, познавшей мою месть. Первой, чью вопящую душу я преподнесу своему богу.

На следующее утро проснувшийся Тирион обнаружил на столе в своей комнате груду новой одежды. Под столом нашелся полный комплект обуви. В шкатулке из сандалового дерева лежали ожерелье, браслет и пара перстней с солнечным камнем. Он надел все, включая добротный зеленый плащ, обшитый золотой тесьмой, и пристально изучил свое отражение в зеркале, сделав вывод, что выглядит точь-в-точь как настоящий эльфийский князь — только вот ни капли не похож на себя.

Пока он вертелся перед зеркалом, вошел, не постучавшись, слуга.

— Корхиен Железное Копье просит князя выйти во двор, дабы преподать ему урок фехтования.

— Пожалуйста, скажи Корхиену, что я сейчас спущусь.

Тирион принялся поспешно переодеваться в то, в чем был на корабле. Ему не хотелось, чтобы красивые вещи пострадали во время тренировки. Слуга некоторое время непонимающе следил за ним, потом поднял сброшенные штаны и рубаху и сказал:

— Я полагал, князь Тирион сочтет эту одежду подходящей для занятий. А старый наряд князя мне велели унести и сжечь.

Тирион рассмеялся:

— Ладно, надену то, что принесли, но старое не сжигай. Пусть вещи постирают, заштопают и вернут. Они мне еще пригодятся.

— Как пожелает князь. — Слуга выглядел смущенным. Он и представить не мог, на что Тириону эти лохмотья. Ну и ладно. Тирион придумал кое-какое применение своим тряпкам, но ему не хотелось, чтобы родственнички прознали об этом раньше времени.