Страница 176 из 280
Глава 20
Теклис и верховный Хранитель знаний шагали по подземельям Башни Хоэта в молчании. Последние полчаса они обсуждали исследованные Морелианом надписи сланнов и, кажется, сказали все необходимое. Неполный перевод верховного Хранителя Теклис прихватил с собой.
Они шли мимо ящиков, полных диковинных артефактов ранних веков. Теклис любил это место, оно всегда успокаивало его. Находясь в Белой Башне, он всегда старался проводить тут несколько часов в день.
Маги миновали Посох Каладреона, который носил когда-то герольд Бел-Хатора. Жезл оплетали чары, создающие ореол мира и спокойствия. Прекрасная вещь, но применение ей в современном мире найти трудновато. Теклиса восхищали вложенная в посох замысловатая магия и филигранная резьба, изображающая крылатую богиню милосердия, украшавшая его.
Он взглянул на Оракула Маммакиса — высеченного из мрамора льва, который, говорят, оживает каждые десять веков и отвечает на любой заданный ему вопрос — правдиво, что не всегда по душе вопрошавшему. Надпись рядом со статуей сообщала, что вновь лев заговорит через двести двадцать лет.
Возле Боевой Короны Сафери Теклис задержался. Мало найдется на свете столь же красивых вещей, а эта еще и могущественна, ее чары многократно усиливают колдовство носителя. Корона — один из самых мощных артефактов, находящихся во владении Хранителей знаний Белой Башни. Тому кто наденет ее, суждены великие подвиги.
Руки чесались от желания взять корону и водрузить ее себе на голову. Что-то в артефакте почти заставило его это сделать. Редко Теклиса влекло к чему-нибудь так. Казалось, что эта вещь принадлежит ему, принадлежала всю его жизнь и будет принадлежать всегда.
Верховный Хранитель заметил, как изменилось лицо Теклиса:
— Что такое?
На миг чародей усомнился, следует ли ему признаваться в своем желании завладеть магическим предметом. Но только на миг.
— Меня притягивает Корона. Я чувствую, что она принадлежит мне.
— Это один из наиболее могущественных артефактов в наших хранилищах, — кивнул старик. — Ей должен пользоваться боевой маг во время войны. Корона помогает носителю сконцентрироваться и управлять ветрами магии, а также защищает его от худших побочных эффектов неверно рассчитанных заклятий. Но в нее вложены и другие силы. Говорят, она усиливает ощущения и заслоняет разум от искушений Хаоса.
Верховный Хранитель пристально посмотрел на Теклиса, даже смутив молодого чародея. Ему показалось, что старик подозревает, что он хочет украсть шлем.
— Иногда, — продолжил Морелиан, — у некоторых возникают чувства к определенным объектам, связанным с их судьбой. Возможно, именно это происходит с тобой и Короной.
— Она прекрасна, но я надеюсь, что мне никогда не придется ею пользоваться, — ответил Теклис. — Это вещь для воина, а не для ученого. И я не собираюсь в ближайшем будущем идти на войну.
— Никогда нельзя знать наверняка, куда повернет судьба, — сказал верховный Хранитель. — Даже величайшие маги не в силах это ни предсказать, ни контролировать.
В этом Теклис как раз сомневался, но ему не хотелось вступать в спор с главой ордена.
— Что ты планируешь сейчас делать? — спросил Морелиан.
— Все эти разговоры о расположении звезд, лун и врат Хаоса разожгли мое любопытство. Мне хотелось бы провести собственное исследование в библиотеке.
— Это тяжелая и серьезная тема. Теоретически для занятий ею тебе нужно разрешение верховного Хранителя.
— Но оно же у меня есть? — уточнил Теклис.
— Думаю, безопаснее сказать, что да.
— Благодарю тебя за работу над сланнским текстом.
— Это мне следует благодарить тебя, князь Теклис. Нечасто мне попадается столь интересный объект для изучения.
Теклис спустился в Большую библиотеку. Над арочным дверным проемом был вырезан символ луны, такой же, как и на Боевой Короне Сафери: знак древнего королевства. У входа дежурили мастера меча.
Здесь хранились несметные богатства: древние книги и свитки, скрижали с запретным знанием, палимпсесты и гравюры на металле. Не напрасно эта библиотека считалась величайшей существующей сокровищницей знаний.
Охрана, конечно, была символической, поскольку весьма маловероятно, что какой-нибудь вор сумеет проникнуть в Башню. Но, однако, не невозможно, подумал Теклис, иначе мастера меча стояли бы где-то в другом месте. А может, они здесь для того, чтобы докладывать о посетивших библиотеку магах. Не так уж и редко кто-то да ищет запретного знания…
Он кивнул стражникам и, прихрамывая, прошел мимо. Они отсалютовали ему, а клерк записал его имя в журнал. Тот, кто решил бы проверить этот огромный, переплетенный в кожу том, нашел бы в нем имена величайших магов Ултуана. Теклис из любопытства как-то пролистал книгу и был потрясен тем, что находится там, где ходили когда-то столь легендарные личности.
Он шагнул в главный зал библиотеки — гигантский, восьмиэтажный, с тянущимися до самого потолка книжными полками. На каждом ярусе имелся окольцовывающий его балкон. К каждому балкону вели лестницы. В центре помещения располагалось много столов, за которыми колдуны и ученые изучали древние фолианты.
В дальнем конце зала находился еще один выход в комнату, очень похожую на первую. Теклис миновал с дюжину подобных палат, прежде чем добрался до покоев с куда более низким потолком и несколькими выходами.
Здесь начиналась путаница. В главных помещениях библиотеки, через которые он только что прошел, нельзя было сбиться с пути. Там никто не терялся. Однако за пределами этой территории начиналось нечто совсем иное. Книжный Лабиринт ждал посетителей.
Отсюда во все стороны расходились коридоры и туннели, обнесенные стенами томов. Теклису не раз доводилось бродить здесь, и он пришел к заключению, что эта часть библиотеки в несколько раз больше пространства, которое занимала Башня, хотя такое и казалось немыслимым.
Эльф знал, что тут работает какая-то магия, но, как и вся магия, связанная с Башней, она была безгранично тонка и почти неощутима, даже если ее искать специально. Иногда, переходя из одной комнаты в другую, Теклис ловил короткий промельк силы, но никогда не мог разобрать, что, собственно, происходит, и это раздражало его, поскольку он очень гордился своим мастерством чародея.