Страница 28 из 36
Новое движение его руки — кончиками пальцев по щеке, зарываясь в волосы, ещё глубже, сжимая на затылке, оттягивая назад.
Взгляд глаза в глаза. Моё заполошно стучащее сердце.
Моя дрожь и тягучий, мучительный спазм между ног от нарастающего, захлёстывающего с головой, безумного в своей интенсивности желания.
Генерал наклонился к моим губам. Мучительно медленно, будто давал мне последнюю возможность остановить его.
Но я не могла этого сделать. Не хотела. Я бы умерла сама, тут же, сразу, если бы его движение к моим губам прервалось.
Его дыхание смешалось с моим. Я почувствовала тепло его губ в волоске от своих.
Я замерла в этом бесконечном мгновении ожидания.
А потом он накрыл мои губы своими. Мягко. Пробуя. Легко-легко.
Плавно раскрыл мои губы твёрдыми губами, коснулся между ними языком дразняще-медлительным движением.
Я прерывисто вздохнула, приоткрыла губы, подалась навстречу… и замерла от того, что рука в моих волосах сжалась жёстче, не пуская меня к нему.
Генерал был полностью неподвижен. Не трогал меня руками. Только удерживал за волосы, и легко-легко касался губами и языком между губ.
Я глухо застонала, мои руки будто сами собой поднялись и впились пальцами в его жёсткие плечи.
Поцелуй углубился. Только теперь он дал мне почувствовать себя сильнее. По-прежнему стоял неподвижно, не трогая второй рукой, только в моих волосах пальцы слегка разжались, поглаживая кожу.
Его умелый опытный язык с полным знанием дела подчинял меня в глубине моего рта, вызывая по всему моему телу вспышки обжигающих искр.
Я застонала, тихо, беспомощно, в его губы. И только тогда я почувствовала властную ладонь на своей пояснице.
Генерал вжал меня в своё мощное тело, весь жёсткий рельеф которого я ощутила, несмотря на одежду. И… его каменное желание, со всей очевидной неотвратимостью упиравшееся мне в живот.
Я ахнула, и он разорвал поцелуй. Всмотрелся в глаза.
Его рука сдвинулась с поясницы ниже, сжала ягодицу, вжимая в него сильнее, заставляя меня прочувствовать то, как сильно и твёрдо он меня хочет.
Пальцы в моих волосах расправили волнистые пряди по плечам. Новое ласкающее движение, отводящее локон от моего лица.
Его жадно раздувающиеся ноздри и глубокий вдох через нос. Мои пылающие щёки от понимания: я такая мокрая внизу, и он чувствует этот запах. Знает, как сильно и влажно я его жажду внутри.
Новое плавное движение его рук к моим плечам. Я крепче схватилась за его плечи, чтобы не упасть, когда он отпустил меня, чтобы прикоснуться к верху платья.
Я вздрогнула от резкого треска и рывка, разрывающего моё платье.
Ещё рывок, и ещё, и ещё, оглушительный треск ткани, превращающий платье в лоскуты.
Я стояла, не шевелясь, чувствуя, как эта резкость и сила, после плавной медлительности возбуждает меня до небес.
И вот я совершенно обнажённая перед ним, полностью одетым. Ни клочка ткани на мне. Полностью закрытый, застёгнутый — он.
Мой прерывистый вздох от ощущения горячих широких ладонях на моих ягодицах.
Он погладил меня медленно, а затем я взлетела от его резкого сильного движения — генерал с лёгкостью приподнял меня и усадил на стол.
Властные руки на моих коленях раскрыли мои ноги широко. Совершенно бесстыдная поза, полная невозможность двинуться, дикая жажда близости и его абсолютная, непререкаемая власть надо мной.
Звон его ремня, жёсткие фиксирующие пальцы на моём подбородке, непреклонное давление ладони на пояснице.
Я не в силах ни двинуться, ни сказать ничего, только нестерпимо желанное давление между половыми губами, его стальная хватка и пронизывающий, испепеляющий взгляд.
Глаза в глаза. Губы преступно далеко и бесконечно близко друг от друга.
Я дёрнулась, вскрикнула от резкой обжигающей боли внизу — он вторгся в мою глубину сильным резким движением, удерживая давящей ладонью поясницу и стальными пальцами моё лицо.
Зажмурилась, слёзы пролились, я всхлипнула и тут же почувствовала его губы на своих губах, и новое обжигающе желанное движение.
Новый толчок. Ещё. И ещё. Властный, подчиняющий поцелуй. Моя податливость и тихий стон.
Стремительно растворяющаяся боль. Восхитительное, незнакомое блаженство, растекающееся по венам.
Задрожала, подалась ему навстречу, открылась, позволяя брать меня так, как он хочет, забирать у меня всё, лишь бы всё ещё с ним, лишь бы быть — его.
Горячие жёсткие губы терзали мои, обжигая страстью, и я поддавалась, подставлялась, теряя остатки разума.
Да и был ли он когда-нибудь у меня — разум, если я отказывалась, бежала от него. Не зная обжигающего счастья быть, наконец, с ним. Воссоединиться. Стать, наконец, единым целым.
Жёсткий, быстрый ритм. Мои нарастающие, переполненные блаженством стоны.
Когда-то, века назад, когда он проник в меня, мне было больно? О, это была ничтожная плата за тот океан наслаждения, которое я обретала сейчас с ним.
Каждый новый толчок, жёсткий, глубокий, пронизывал меня насквозь, стирая остатки мыслей, стирая само моё имя.
Я была только ощущением. Только этим моментом. Только им.
Его стальная хватка на моей пояснице и его пальцы, сжимающие мой подбородок, не давали мне ни на миллиметр отстраниться.
Я была полностью в его власти, на этом столе, раскрытая перед ним, и это чувство беспомощности, подчинения — оно не пугало. Оно пьянило.
Его чёрные глаза не отрывались от моего лица. Он смотрел, как я таю, как мои губы приоткрываются в беззвучных стонах, как я смотрю на него широко распахнутыми глазами, вбирая только его.
Я не могла отвести взгляд. Тонула в этой черноте, и мне не нужно было воздуха. Мне нужен был только он.
Его темп увеличился. Толчки стали глубже, сильнее. Я чувствовала, как он заполняет меня целиком, до самых глубин, как его мощное, полностью одетое тело нависает надо мной, такое твёрдое и доминирующее, в то время как я — обнажённая, податливая, полностью открытая ему.
Этот контраст — моей полной обнажённости и его контроля и закрытости — обжигал, возбуждал до безумия.
Мне нужно было, чтобы он брал меня ещё сильнее, ещё глубже, чтобы стёр малейшие проблески мыслей, мельчайшие остатки воспоминаний о времени, когда мы были порознь, в пыль.
Напряжение внутри меня росло, скручивалось, и я чувствовала, как с каждым его мощным вторжением внутри меня нарастает что-то могучее, неистовое.