Страница 6 из 91
Глава 4
Рейс Тиррон встретил пару теплой улыбкой:
— Поздравляю, – сказал он и отступил в сторону.
Орнелла хотела подойти к своему креслу и замерла – три высоких красавца, выбранных ею, стояли возле подлокотников и очень внимательно смотрели. Как только они поняли, что девушка заметила их, все трое низко поклонились.
— Прикоснись к голове каждого, – попросил дядюшка, – в этом случае дивы не станут претендовать на твоих мужчин, даже если ты пошлешь кого-то за напитками.
Ора тихонько вздохнула и поругала себя за то, что плохо знает обычаи планеты, на которой родилась ее мать. Она же бывала на Лерае и раньше! И даже видела, как матери представляли каких-то молодых людей, и некоторым она позволяла целовать руку, а одного или двоих так же гладила по голове. Потом девушка этих парней никогда не видела, значит, этот жест что-то традиционное, вроде поклона ниппонцев.
Орнелла повторила увиденное когда-то движение и заметила, что брюнет со стрижкой очень недовольно смотрит на ее Золотко, а тот отвечает безмятежным, явно бесящим взглядом.
Хорошо, что парни «ее» только на вечер – не придется разбираться с их симпатиями и антипатиями. А если взгляды перейдут в тычки – дядя наверняка цыкнет на своих сотрудников, чтобы не портили племяннице праздник.
Между тем день рождения набирал обороты – на стол принесли еще коктейли и закуски, под громкие тосты подруги начали дарить Орнелле подарки. Поскольку все они знали, что Ора ювелир, обожающий свою профессию, то и дарили что-то нужное и полезное – горсть светящихся кристаллов с Маруи, золотую канитель, жеоду с неизвестным содержимым, огромную бумажную книгу по истории ювелирного искусства – в общем, то, что может вдохновить молодого мастера на новые свершения.
Каждое поздравление сопровождалось новым глотком коктейля, так что через полчаса у Орнеллы прилично зашумело в голове. Горячие креветки в сливочном соусе и паштет из утки с апельсиновым конфи дело не поправили – девушка ощутила необходимость освежиться и встала.
— Вас сопроводить, дива? – тут же интимно шепнул на ухо блондин, помогая Оре подняться.
Остальные парни держались немного в стороне, хотя прилежно меняли бокалы и блюда. Орнелла махнула было рукой, но покачнулась, и ее тотчас подхватил стриженый брюнет:
— Позвольте, я вас провожу, – сказал он мягко, но за этой мягкостью ощущалась стальная воля.
Девушка фыркнула, но не стала возражать, к тому же к ней присоединились подруги, и каждую сопровождал ее «кавалер», назначенный дядей.
Ору проводили до самой дамской комнаты, и уже блондин сверлил брюнету спину взглядом. Тайши игнорировал Норбу с тем же ровно-раздражающим выражением лица. Орнелла даже хихикнула тихонечко и шепнула:
— Кажется, кто-то редко вглядывается в зеркало!
Тайши вздрогнул, но девушка уже забыла о своем наблюдении – дверь хлопнула, отрезая мужчин, и подруги затискали Ору, благодаря за приглашение в такое чудесное место.
— Это волшебно, Элла! – Лидана единственная называла Орнеллу так, выбрав для короткого прозвища вторую часть ее имени. – Мой миньон такой красавчик!
— Миньон? – Ора хлопнула ресницами, не понимая.
— Так здесь называют мальчиков, которые ходят рядом, подают сумочку или платок, – улыбнулась Лидана, изучая себя в зеркале.
Надо сказать, уборные в «Сладостях» были роскошными. Здесь было все, чтобы удобно привести себя в порядок – зеркала, раковины, фены, пробники хорошей уходовой и декоративной косметики. В специальной кабинке сидела миловидная старушка, у которой можно было попросить помощи с заевшей молнией или разошедшимся швом.
Ора пожала плечами и вынула из сумочки флакончик с универсальным антидотом. Проглотила таблетку, запила водой из кулера, потом, улыбнувшись подругам, зашла в кабинку со значком капающей воды.
Даже самые лучшие антидоты имели не самый приятный эффект – этанол ускоренно выводился через кожу, покрывая ее липкой пленкой с ужасным запахом. Поэтому дамы в сложных нарядах на вечеринках антидотами не пользовались или пили совсем чуть-чуть. Орнелла же хотела повеселиться и при этом не натворить совсем уж кошмарных глупостей, но коктейли в «Сладостях» оказались коварными, поэтому пришлось идти на крайние меры.
В небольшом «предбаннике» Ора разделась, натянула на голову специальный легкий шлем и шагнула в «мойку». Тотчас с разных сторон ударили упругие струи, смывая с кожи пот и быстро выступающую слизь. Ноги мягко массировали короткие бурные фонтанчики в полу, на плечи падали прохладные капли моющего средства с ароматом фиалки. Девушка подняла руки, следуя инструкции на стене кабинки, и мягкие струи прогулялись по ребрам, помассировали спину, спустились к бедрам.
Орнелла прерывисто вздохнула – это было приятно и чувственно, а у нее давно уже не было мужчины.. Как-то не сложилось.
Сначала семья перетягивала все внимание на себя, а братья строго следили, чтобы она не заглядывалась на неподходящих парней. Потом учеба. Женщины в ювелирном искусстве до сих пор вынуждены проламывать «стеклянный потолок», так что девушка тратила все силы на освоение новых ювелирных техник, игнорируя намеки других студентов и знакомых отца.
Быть ювелиром – довольно грязная и травмоопасная работа, а поход на свидание девочки из хорошей семьи предполагает как минимум безупречный маникюр, прическу, легкий макияж и элегантный наряд. На такие жертвы Орнелла шла не чаще раза в месяц, и то ради близких. Обычно она выходила куда-нибудь с отцом, братьями и мамой, так что «в порядок» ее приводили в хорошем салоне, и не нужно было самой оттирать с кожи полировочную пасту или выковыривать металлические занозы.
Правда, на выпускном балу она все же позволила себе расслабиться и закрутить романчик с одним из аспирантов лаборатории сверхтвердых металлов. Лето прошло чудесно, а осенью парень погрузился в учебу, а сама Орнелла – в работу. Их роман сам собой сошел на нет, когда девушка увидела, что Айнат снимает на комм ее заметки для очередного ювелирного конкурса.
Ора очень хотела устроить скандал с битьем посуды, но.. до конкурса оставалось две недели, а ей пришлось полностью менять концепцию изделия, оставаясь в рамках заявленных характеристик.