Исцеление по-драконьи

Глава 4

Признаться, пока мы шли до комнаты, я успела уже представить себе крошечную каморку без окон, где можно разместить лишь кровать да тумбочку, как это часто бывает в хозяйских домах. Но моя спальня оказалась вполне приятной, хоть и небольшой, с небольшим окошком, выходящим на угол дома. Опрятно, не слишком светло, конечно, но и так сойдёт. Зато в этой комнате никто не будет завить меня упрёками и следить за каждым моим шагом.

– Вот, можете располагаться! – камердинер обвёл комнату взмахом руки. – Надеюсь, вам здесь будет удобно. К сожалению, предыдущая сестра жаловалась, что тесно. Но, к сожалению, предложить комнату лучше невозможно. Эта и так лучшая.

Возможно, медсестра рассчитывала на гостевую комнату на верхних этажах – тогда её раздражение понятно. Я же не питала иллюзий изначально, поэтому ответила:

– Да, всё чудесно! – свой чемодан поставила возле кровати. – Подскажите, утренний приём лекарств лорда уже был?

Кажется, проследить за этим было некому. Предыдущая медсестра вряд ли дошла до работы – сразу побежала в Бюро.

– Да, я сделал всё по списку. Но на этом всё. Дальше вам нужно будет справляться самой. Кажется, у лорда сегодня днём магический укрепляющий массаж.

– Массаж? – я вынула из сумочки список и вновь по нему пробежалась.

Точно же! Вот, написан почти в самом конце – три раза в неделю. А я, видно, не очень точно прочитала. Проклятый почерк!

Момент массажа слегка меня смущал – в этом я мало что смыслила, хотя и изучала на занятиях. Но лишь в теории. Вот тут, пожалуй, и обнаружился первый мой пробел в знаниях – вернее, даже в умениях.

– Да, доктор Лейтерс очень рекомендует его. Он говорит, что всё в организме связано, и массаж может помочь восстановить зрение, – заученно выдал мне Коул. Видимо, сам он мало понимал, как это работает, но запомнил, что это должно быть полезно.

– Х-хорошо, – покивала я рассеянно. – Значит, массаж… после обеда, полагаю?

Насколько я помнила сама, должно пройти несколько часов после приёма пищи.

– Да, всё верно, – кивнул камердинер. – Кстати, обед для прислуги в час дня на кухне. А пока устраивайтесь, надеюсь, вам будет удобно.

На этом Коул оставил меня одну. Я разложила свои вещи, повесила платья в шкаф и села за небольшой столик, чтобы ещё раз изучить список процедур. Стоило проявить невнимательность в первый раз, и уже что-то пропустила!

Итак, компрессы на область глаз перед сном, уколы – вот ещё тоже радость – куча пилюль и снадобий, некоторые из которых ни в коем случае нельзя было принимать одновременно. Ну и массаж, конечно, будь он неладен.

От мысли об этом у меня сразу загорелись щёки.

«Полный массаж тела, а особенно – верхней части, плечевого пояса и спины с использованием общеукрепляющих магических техник» – значилось в инструкции.

В целом я понимала, что это действительно полезно, особенно при сниженной физической активности ввиду слепоты. Но как я вообще смогу прикоснуться к незнакомому мужчине, да ещё и ощупать его всего? Пока что мне это сложно было представить. Промыть раны – запросто, перебинтовать и даже помыть… Но это казалось мне слишком интимным.

Особенно с лордом Грейвзом. Да и он сам, наверное, всё это еле терпит.

Что ж, разберёмся.

Пока я обдумывала дальнейший план действий, настало время обеда. Я спустилась в кухню – там уже стоял обычный гомон слуг, которые предвкушали начало. На столе была расставлена простая, но аппетитная на вид еда, мужчины подносили стулья. А когда внутрь зашла я, все сразу притихли. Женщины-кухарки и горничные пристально меня оглядели. Мужчины – с любопытством. И на помощь мне сразу пришёл камердинер:

– Знакомьтесь, это Глэдис Роуч, новая медицинская сестра, которая будет работать с лордом Грейвзом.

Ещё миг сохранялось молчание, а затем все начали представляться тоже, один за другим. Я судорожно пыталась запомнить имена.

Женщины даже подходили пожать мои руки, но скорее – взглянуть на меня поближе.

– Бедная девочка, – вздохнула кухарка, отойдя от меня после приветствия.

– Надеюсь, ваше терпение покрепче, чем у предыдущих, – слегка сварливо заявила строгая женщина с тугим пучком из волос на голове. Кажется, старшая горничная.

– Совсем у них совести нет! – поддакнул молодой мужчина в форме лакея. – Постоянно бросают лорда. Сменяются только так!

Я вздохнула и растянула губы в доброжелательной улыбке.

– Уверяю вас, я намерена задержаться здесь надолго. Сложный характер лорда меня не пугает. Вы ещё моих родственников не видели! – беспечно махнула рукой.

Все облегчённо рассмеялись и принялись рассаживаться за столом: строго с одной стороны женщины, с другой – мужчины. Я села рядом с молодой горничной, и она сразу склонилась ко мне и шепнула:

– Лорд Грейвз просто очень несчастен, но никто из медсестёр этого не понимает.

Я покосилась на неё, но девушка уже отвернулась и принялась за еду.

Обед прошёл спокойно. Я лишь слушала болтовню слуг, пытаясь для начала проникнуться той особой атмосферой – дома я ела лишь в компании отца и брата, и обычно трапеза проходила либо в молчании, либо в деловых разговорах между мужчинами. Ко мне могли обращаться лишь в приказном тоне или с очередным упрёком в том, что я что-то снова сделала не так.

Здесь же слуги просто общались, делились сплетнями и новостями, рассказывали о том, как дела в их семьях. От этого даже еда казалась вдвое вкуснее, хоть и так была очень неплоха.

Наконец обед закончился – и все взялись за уборку стола – кухаркам уже следовало заняться приготовлением ужина для лорда. Судя по всему, они очень о нём заботились, ведь больше было некому – жил он один. Даже интересно, куда подевалась вся его родня. Фамилия Грейвз казалась мне знакомой, может, с кем-то из этого рода мы когда-то встречались на светских раутах, но я не запомнила, ведь сама перестала посещать их очень скоро после дебюта.

– Вы сходите проверьте, съел ли что-нибудь лорд Грейвз, – вдруг попросила меня кухарка Жарна, когда я подала ей протёртую полотенцем тарелку.

– А что, у него проблемы с аппетитом?

Женщина вздохнула и покосилась на слуг, которые стояли позади и ещё не разошлись.

– Аппетит у него неплох. Но иногда настроение не очень – и тогда он просто как будто забывает поесть. А скорее просто делает это из вредности. С ним бывает тяжело. Особенно когда он перестаёт верить, что излечится.

– Хорошо, я схожу к нему, – кивнула я.