Страница 6 из 152
Из моего окна на пятом этаже гонконгского отеля, Гонконг показался мне в первое же утро по моем прибытии сюда куда более привлекательным и соответствующим своей славе. Ясное, теплое солнышко освещало обширную бухту, усеянную сотнями всевозможных судов, от небольших туфлеобразных лодок до колоссальнейших океанских пароходов. Оживленнее гавани я не видал за все свое двадцатипятилетнее странствование по всем материкам света. К северу, по ту сторону бухты, имеющей в ширину около двух морских миль, на китайском берегу Коулуна белел длинный ряд белых строений пакгаузов, казарм и проч., окруженных венком пышных садов, а из-за них вздымались голые, крутые, с ущельями и обрывами, высоты своеобразной красноватой окраски. У моих ног лежал город Гонконг, или, согласно его настоящему английскому наименованию, Виктория. Высокая крутая гора, в 600 метров высоты, у подножия которой он расположен, не дает ему простора раздвинуться в ширь. Поэтому вдоль морского берега, называемого здесь Прайей, тянутся лишь две-три длинные улицы, застроенные в два ряда многоэтажными домами из гранита; нижние этажи этих домов представляют массивные сводчатые галереи для пешеходов. От Прайи ведет в гору множество боковых улиц, теряющихся в зелени пышных садов с тропической растительностью. Здесь растут пальмы с красиво закрученными султанами, мощнолистные бананы, высокие араукарии, кактусы и агавы различных видов, и среди этой волшебной флоры возвышаются роскошные дворцы, виллы и церкви с высокими колокольнями. С самой вершины горы (пик Виктория) приветствует вас укрепленный на высокой мачте гордый британский флаг. В самом деле, мало гаваней на земле могут поспорить красотой и грандиозностью с Гонконгом, – разве Рио-де-Жанейро, Сан-Франциско да Неаполь. Расположением Гонконг несколько напоминает Геную, а самая гавань с гордо возвышающимся над ней пиком Виктории, напротив, Гибралтар; Коулун является Альхесирасом Гонконга. И действительно, Гонконг не Гибралтар ли Китая? Как и Джебель-аль-Тарик
[2]
[Огнепоклонники. – Пер.]
, пик Виктория, господствующий со своим предгорьем и маленькими предлежащими островками над водным путем к югу в Китайское царство, снабжен начиненной пушками крепостью. Кроме того, к услугам Гонконга собственный флот и сухопутный отряд из нескольких тысяч английских солдат, для которых выстроены три большие казармы. О том, какое значение придает Англия этому крайнему посту своей мировой империи на востоке, свидетельствует тот факт, что она истратила на укрепление Гонконга двадцать миллионов марок, да продолжает расходовать на военные надобности этой колонии, вмещающей всего несколько тысяч европейцев, по три миллиона марок ежегодно. Под защитой Гонконгских пушек и штыков пышно расцвела не только английская, но и вообще европейская – главным же образом, немецкая – торговля, и мы за это должны быть благодарны Англии. Не будь Гонконга, никогда бы немецкой торговле, приближающейся здесь по размерам своих оборотов к английской, не достигнуть такого развития. Английский флаг защищает и немецкого купца. Англичане таскали из китайского огня каштаны не только для себя, но и для других наций. Больше того, им обязаны благодарностью даже сами китайцы: около 300 000 сынов Срединного царства нашли здесь, на крохотном клочке английской территории, убежище, безопасность, защиту законов, средства к жизни и даже богатство. Большая часть их сделалась верноподданными королевы Виктории, и день рождения этой государыни празднуется в Гонконге китайцами столь же торжественно, как и англичанами.
Гонконгский отель и клуб в Гонконге
Китайцы составляют главнейшую по численности и интереснейшую часть населения этой английской колонии, в которой имеются многочисленные представители всех европейских наций, а также американцы, малайцы, японцы, арабы и проч. Представители азиатских народностей в Гонконге сохранили свои живописные национальные одеяния, так что, прогуливаясь по главной улице, имеешь перед глазами как бы живую этнографическую карту колонии. Только Педдар-стрит носит специфический английский отпечаток. Стоит же направиться из гонконгского отеля по проходу, ведущему на Куин-стрит, как тотчас очутишься среди самой разноплеменной толпы, какую только можно себе представить. Тут и парсы
[3]
[Тигровые ворота. – Пер.]
в своих своеобразных камилавках, и малайцы в похожих на узкие юбки сарангах, и арабы в белых бурнусах, и японцы в халатах, и индусы в огромных тюрбанах. Часть гонконгской полиции набрана из долговязых индусов, да европейские колонисты содержат для личной своей безопасности полк сикхов, которые хоть и облеклись в европейский мундир, но сохранили высокие ярко-красные конусообразные шапки. К этому надо еще прибавить английских солдат и шотландских гохлэндеров с голыми коленями, выглядывающими из-под клетчатых юбок, и матросов с военных кораблей разных наций. Слышатся самые разнообразные языки и наречия, наблюдаются самые разнообразные способы приветствий, но внешняя рамка – улицы, дома, городские учреждения – в высшей степени английская, что лишь усиливает странность общего впечатления.