Проблемный игрок

Она поднимает руку – ту самую, что всего пару минут назад скользила между ног, – а я перехватываю запястье и подношу ее пальцы к губам. Медленно слизываю влагу, обволакивая пальцы языком и наблюдая, как с каждой секундой Хедли все сильнее теряет голову.

— Ист...

От того, с какой интонацией она выдыхает мое имя, внутри болезненно сжимается нечто такое, что я не в силах описать.

Поэтому и не пытаюсь.

Свободной рукой Хедли обхватывает член, лаская и размазывая выступившую смазку по головке. Клянусь: если немедленно все не прекратить, оргазм нагрянет еще до того, как мы начнем.

— Надолго меня не хватит, — глухо роняю я.

Рассмеявшись, Хедли наклоняется и берет член в рот ровно на мгновение, но этого хватает, чтобы я со стоном откинул голову.

— Затравка на потом, — шепчет она.

Хедли откидывается на спину, податливая и открытая, всем своим видом показывая, что готова отдаться. Я нависаю сверху, накрывая ее тело своим и упираясь членом в самое лоно.

— Ты даже представить себе не можешь, как сильно я скучал, — срывается с губ, и голос звучит куда грубее, чем хотелось бы. Почему-то рядом с ней держать истинные чувства в узде никогда не выходит.

Медленным, глубоким толчком я вхожу в нее – и лоно тут же тесно меня обхватывает.

Но почти сразу я выскальзываю обратно, пока окончательно не сорвало крышу, и меняюсь с Хедли местами, привалившись спиной к изголовью кровати.

— Садись.

Она послушно перекидывает ногу через мои бедра, а когда опускается, вновь принимая член, перед глазами, клянусь, вспыхивают целые галактики.

— Твою мать, — шумно выдыхаю я.

Мы никуда не торопимся.

Зрелищность того, как плавно и уверенно она двигается, словно досконально изучив способы сломить мою волю, я готов растягивать бесконечно. При каждом движении Хедли упирается ладонями мне в грудь, и любой перекат бедер все туже затягивает невидимый узел где-то внутри.

— Для выездных матчей придется подыскать замену, — выдавливаю я, лишь бы хоть немного сбить градус напряжения.

Хедли удивленно приподнимает бровь.

— Выпрашиваешь нюдсы?

— Можно и секстинг. Я не привередливый.

Она прижимает палец к моим губам.

— Отложим разговор. Сейчас я здесь, с тобой.

Возразить нечего, поэтому я замолкаю и тяну Хедли на себя.

Обхватываю губами твердый сосок, с силой втягивая в рот. Она судорожно вздыхает; тело на мгновение каменеет, а затем снова плавится в моих руках.

— Обожаю, когда ты так делаешь.

Эту фишку я просек еще во время нашего второго раза. Любые ласки груди и сосков сводят Хедли с ума.

Ладони блуждают по ее телу: скользят вверх вдоль позвоночника, спускаются к ягодицам. Я с силой сжимаю их, задавая нужный ритм, заставляя двигаться глубже... медленнее... жестче.

Она достигает кульминации первой.

Я чувствую, как спазмом сводит мышцы, тесно обхватывая меня, а отлаженный ритм на долю секунды сбивается.

— Боже, Истон... черт... — ногти до боли впиваются мне в плечи, тело сводит тугой судорогой от оргазма, и лоно сжимается вокруг члена так сильно, что едва не вытягивает из меня оргазм.

Пока контроль не потерян окончательно, я рывком опрокидываю Хедли на спину. Закидываю ножку себе на плечо и с силой вбиваюсь внутрь, отчаянно мчась навстречу собственной разрядке.

— Ты чертовски красивая, когда кончаешь, — накрываемый мощным оргазмом, я впиваюсь в ее губы, жадно поглощая все слетающие с них звуки, пока сам окончательно рассыпаюсь на части.

Несколько мгновений спустя мы тяжело и загнанно дышим; пальцы Хедли скользят в моих волосах, но уже гораздо нежнее.

— Я скучала, — тихо произносит она.

— По моему члену ты скучала, — дразню я в ответ, привычно переводя все в шутку.

Хедли качает головой, и выражение лица неуловимо меняется.

— Нет... Я скучала именно по тебе, — на губах играет легкая улыбка. — А твой член – лишь приятный бонус.

Внутри разливается нежданное тепло, застигая врасплох.

Я едва не произношу те же слова в ответ, но вовремя притягиваю ее для поцелуя – пока признание не успело сорваться с языка.