Страница 16 из 115
Точно. Я пришла не для того, чтобы обсуждать его утомленный вид. Явилась за тем, что нужно мне, но не уверена, что уже готова, поэтому тяну время.
— Сначала расскажи про ребенка.
Мне нужно время, чтобы придумать, как правильно преподнести свою идею. Стоило бы обдумать это до прихода сюда, но у меня есть дурная привычка действовать на эмоциях.
— Неделю назад его оставили у Руби внизу с запиской, в которой говорилось, что я его папа.
Я прыскаю со смеху, но, заметив, что Истону не до веселья, прикрываю рот рукой.
— Прости... просто... такое бывает?
— Как видишь, — его взгляд скользит по квартире и разбросанным детским вещам. — Оглянись, Хедли. Прошли те времена, когда я трахался, прижимая девчонок к стенам. Теперь это моя жизнь.
— Если была записка, почему ты решил, что мать – я?
— В ней не было имени. Мать малыша явно не хотела, чтобы ее искали, — он протягивает мне бумажку. Ее читали столько раз, что она истерлась до дыр, как первая любовная записка школьницы. — Результаты теста на отцовство должны прийти через день-два.
Я читаю письмо, и да, зацепок насчет матери тут кот наплакал.
— Черт, Истон, мне жаль.
Похоже, мы оба в глубокой заднице. С той лишь разницей, что у меня горят сроки.
— Надо было все-таки трахнуть тебя на фестивале, раз уж презервативы, как выясняется, все равно не дают стопроцентной гарантии.
— Ну, технически, такую гарантию дает только воздержание.
Он снова бросает на меня взгляд «хватит нести херню». Нужно сбавить обороты с подколками, если не хочу оказаться выставленной за дверь.
Я поднимаю руки.
— Ладно, больше никаких взаимных подколов.
— Включила хорошую девочку. Видимо, тебе нужно что-то серьезное.
Хватит прятаться за шуточками, Хедли. Соберись с духом и спроси.
Я делаю глоток пива, продолжая тянуть время.
— Кто сказал, что мне что-то нужно?
— Ну, учитывая, что мой член все еще в шортах, я почти уверен, что ты не за тем, за чем обычно приходишь. Так что выкладывай.
— А ты хочешь достать его из шорт?
— У меня башка пухнет от проблем. Как ни прискорбно, не уверен, что член вообще встанет.
— Но попытаться было бы весело.
— Хедли.
Отвлечь его сексом не прокатит.
— Извини.
— Ты все время извиняешься, но так и не сказала, зачем явилась при полном параде.
А он прав: обычно в этой квартире одежда на мне надолго не задерживается.
— Ладно... моя бабушка умерла.
— Мэй?
Я склоняю голову. Откуда он знает мою бабушку?
— Ты как-то позвала меня встретиться в ее книжном...
— «Шкатулке историй», — я киваю, голос срывается. — Да. Она умерла.
— Мне очень жаль. Я могу чем-то помочь?
— Нет... ну... вообще-то... да. Поэтому я и пришла.
Хватит тянуть резину. Хватит шуточек и сексуальных намеков. Момент настал.
— Забавно, что тебе подкинули ребенка, потому что то, что произошло со мной, звучит не менее безумно, — произношу я.
— Да? И что же?
— Бабушка оставила мне книжный...
— Это же здорово. Значит, ты остаешься в Чикаго?
— Да, — ну, надеюсь. Хотя теперь это целиком и полностью зависит от Истона. — В том-то и дело... в завещании есть условия.
— Какие? — усмехается он. — Тебе нужно выйти замуж?
— Эм... ну да.
У него медленно отвисает челюсть.
— Видимо, она считает, что это поможет пустить корни. Я должна прожить тут в браке ровно год, прежде чем книжный официально перейдет в собственность.
Истон снова смеется, но быстро становится серьезным, заметив, что мне не до веселья. Нет, это не первоапрельская шутка.
— Это звучит как бред из девятнадцатого века.
— Знаю. И таймер не запустится, пока я не скажу «согласна»...
Он сползает с кресла и тащится к холодильнику. Достает пиво, скручивает крышку и залпом выпивает половину.
— Тебе вообще-то о ребенке заботиться.
— Одно пиво не поставит его жизнь под угрозу, — он ставит бутылку на столешницу и подходит ко мне.
— Значит, ты этого не сделаешь?
Истон морщится.
— Хедли... ты же знаешь, я не могу.
— Почему? — слезы обжигают глаза, но я заставляю себя не плакать.
— Я могу найти тебе кого-нибудь. Как насчет кого-то из ДИКов?
Мои плечи поникают.
— Истон, я не ищу настоящего брака.
— Я понимаю, но из меня никудышный муж.
— Тебе и не придется быть настоящим мужем. Это сделка из серии «услуга за услугу». Просто бумажная волокита безо всяких чувств, — поднимаю руки и поворачиваюсь к нему всем телом, чтобы лучше видеть его лицо. — Ты сможешь делать все, что захочешь. Главное – не попадись.
— Я не изменщик, Хедли.
От того, как он сурово сдвигает брови, словно чем-то оскорбила, я на секунду теряюсь.
— Это не будет считаться изменой. Наш брак – это просто подписи на клочке бумаги.
Истон запускает руку в волосы.
— Не могу. Брак для меня не пустой звук.
Ну еще бы. Сколько раз я слушала рассказы про его огромную семью на Аляске, про родителей, тетушек, дядюшек и их любовные истории, будто сошедшие со страниц романов?
Но я не могу сдаться. Должна как-то его убедить.
— Да ладно. Я сделаю для тебя что угодно. Назови цену, и все твое. Буду у тебя на побегушках. Истон, если не получу книжный, я потеряю ее. Всю ее и то наследие, что оставила бабушка.
Скажи «да». Просто скажи «да».
Наши взгляды встречаются, и я вижу в его глазах понимание, доброту.
Если он откажет, я останусь ни с чем.
Его губы медленно растягиваются в улыбке, и мне хочется броситься ему на шею: кажется, он готов согласиться на эту безумную авантюру. Но внезапно выражение его лица меняется, и улыбка становится расчетливой. У него такой вид, будто он уже придумал, что с меня стрясти, и в этой сделке он явно останется в плюсе.
Возможно, позволить Истону свести меня с кем-то из ДИКов было бы куда разумнее, потому что сейчас у меня появилось стойкое предчувствие: я вот-вот окажусь в проигрыше.