Страница 135 из 161
2. Шиваджи и возвышение маратхов
Шиваджи, основатель Маратхской державы, которая сыграла крупнейшую роль в расчленении империи Моголов, был вторым сыном Шахджи Бхонсле, маратхского военачальника на службе султанов Ахмаднагара и Биджапура. Последний, подобно Малику Амбару, стремился сдержать продвижение Моголов в Декане, но это ему не удалось. Отец защищал государство, пришедшее в упадок. Сын, прирожденный вождь, сплотил маратхов и вселил в них новый дух; поэтому содеянное им просуществовало долго.
Страна маратхов и ее народ.
Страна маратхов окружена высокими горными хребтами: хребет Сахьядри, относящийся к Западным Гхатам, тянется с севера на юг, а хребты Сатпура и Виндхья — с востока на запад. Горные цепи меньших размеров от этих главных хребтов расходятся в стороны. Страна делится на три физико-географических района: Конкан — узкая полоса земли между Сахьядри и морем; Мавал — гористая полоса к востоку от Гхатов шириной в 20 миль; Деш — широкая холмистая черноземная долина, расположенная далее на восток. Вершины холмов — естественные крепости, хорошо обеспеченные водой.
Юность Шиваджи.
Шиваджи родился в горной крепости Шивнер, близ Джуннара, либо 6 апреля 1627 года, либо, как утверждают некоторые, 19 февраля 1630 года. Его мать Джиджа Бай отличалась глубокой религиозностью, доходившей до аскетизма, и это оказало большое влияние на сына. Шахджи в 1636 году поступил на службу к султану Биджапура и был послан в район Тунгабхадры в Майсуре, а позднее на Мадрасское побережье для завоевания новых земель. Он взял с собой любимую жену — Туку Бай, а Джиджа Бай и Шиваджи были оставлены в Пуне. Имеются достаточно веские основания полагать, что Шиваджи вырос неграмотным, хотя он хорошо знал содержание двух великих индусских эпосов.
Шиваджи и Биджапур.
В 1646 году отец Шиваджи был заключен в тюрьму — по одной версии, за неповиновение биджапурскому султану, по другой — из-за действий сына, который с отрядом маратхов захватил крепость Кондану, принадлежащую биджапурскому ставленнику. В любом случае этот эпизод связан с вхождением Шиваджи в большую политику, так как ради освобождения отца он установил связь с могольским принцем Мурадом, и не важно, что Мурад ничем не помог, — на свободе Шахджи оказался благодаря посредничеству двух влиятельных биджапурских вельмож.
В течение нескольких следующих лет Шиваджи копил силы. К 1656 году он владел уже двумя крепостями — Пуранд-харом и Джавли, причем захват Джавли был осуществлен в результате ряда убийств, которые совершили подосланные Шиваджи люди.
Когда в 1657 году Аурангзеб — в то время могольский наместник в Декане — начал свой поход против Биджапура, он сделал попытку привлечь Шиваджи на свою сторону. Но Шиваджи, хотя и выступал против власти Биджапура, вероятно, уже решил идти своим путем и совершил маневр в пользу биджапурского султана, неожиданно напав на могольские владения в Декане. Аурангзеб пришел в ярость, когда услышал об этом, и послал против Шиваджи войско, но оно, хотя и доставило новому вождю маратхов немало неприятностей, нанести решительного поражения ему не смогло, так как начался сезон дождей. А затем пришла весть о болезни Шах-Джахана, и Аурангзеб покинул Декан, удовлетворившись полученным от Шиваджи формальным выражением покорности.
В 1657–1659 годах, пока сыновья Шах-Джахана боролись между собой за трон падишаха, Шиваджи захватил Северный Конкан и, в свою очередь, отказался покориться Биджапуру, султан которого, как только хватка Моголов ослабла, потребовал от него безусловного подчинения. Против Шиваджи был послан Афзалхан, один из ведущих военачальников Биджапура, получивший приказ, прикинувшись другом Шиваджи, захватить его в плен или убить. Но Шиваджи оказался хитрее и сам убил его при встрече 10 ноября 1659 года и разгромил лагерь биджапурских войск, впавших в панику после гибели своего предводителя. После этого маратхи проникли в Южный Конкан.
Шиваджи и Моголы.
Усиление маратхов обеспокоило и Аурангзеба, недавно ставшего падишахом. По его указанию Шаиста-хан, могольский наместник в Декане, в начале 1660 года выступил против Шиваджи, занял Пуну и захватил крепость Чакан, а также округ Кальян в Северном Конкане. Гибкий политик Шиваджи тут же договорился о перемирии с Биджапуром и развязал себе руки для борьбы с Моголами. Однажды ночью в апреле 1663 года он со своими людьми пробрался в самый центр лагеря Шаиста-хана, в его спальню, окруженную телохранителями, ранил самого наместника, убил одного его сына, ранил двух других и сумел уйти. Это ночное нападение сильно подняло престиж Шиваджи.
Падишах после этого перевел Шаиста-хана в Бенгалию и послал против Шиваджи своих наиболее способных военачальников — индуса Джая Сингха и мусульманина Делир-хана. Они осадили крепость Пурандхар и принялись разорять деревни маратхов. Натиск был столь мощным, что падение Пурандхара казалось лишь вопросом времени, и Шиваджи вынужден был уступить. В результате переговоров с Джаем Сингхом в 1665 году был заключен договор, известный под названием Пурандхарского. Шиваджи дал обещание служить могольскому трону, отправив сына с отрядом в 5 тысяч всадников в войско падишаха и уступив 23 крепости и земли, которые приносили ему ежегодно 4 миллиона хунов. При этом в его распоряжении остались 12 крепостей, включая Раджгарх, и территория, поступления с которой давали миллион хунов.
Доверия, однако, к Шиваджи не было никакого. Джай Сингх опасался, что он объединится против Моголов с деканскими султанами, и стал уговаривать Шиваджи отправиться к падишахскому двору, пообещав ему торжественную встречу и богатые дары. Шиваджи поверил ему и, оставив свою мать в качестве правительницы, в мае 1666 года прибыл в Агру. Но здесь выяснилось, что никто не собирается оказывать ему почестей, обещанных Джаем Сингхом. Шиваджи открыто обвинил падишаха в нарушении данного им слова и был заключен под стражу. Сохранились письма, написанные Рамом Сингхом, сыном Джая Сингха, своему отцу; они свидетельствуют о том, что план Моголов заключался в том, чтобы отправить Шиваджи подальше от страны маратхов на северо-западную границу. Но Шиваджи оказался хитрее: он сумел выбраться из заточения и бежал из Агры. В ноябре 1666 года он уже был в Декане. Много позже Аурангзеб написал в своем завещании: «Один миг беспечности становится причиной многих лет позора. Бегство негодяя Шивы произошло из-за моей беззаботности, и я должен был упорно бороться [против маратхов] до конца моей жизни».