Страница 119 из 161
Шах-Джахан прибыл в Декан в феврале 1636 года, решив лично руководить военными действиями против двух султанатов. Три могольские армии общей численностью в 50 тысяч человек должны были атаковать Биджапур и Голконду, кроме того еще одна восьмитысячная армия должна была захватить Джуннар, Пуну, Чакан и Конкан, подвластные Шахджи. Султан Голконды Абдулла Кутб-шах был слишком робким человеком, чтобы думать об упорном сопротивлении. Он сразу признал могольского падишаха своим сюзереном и пообещал ежегодно платить дань в размере 800 тысяч рупий. Султан Биджапура Адил-шах оказал сопротивление и сдался только после того, как могольские армии вторглись в его владения, безжалостно уничтожая все на своем пути. По условиям заключенного договора он обязался уплатить два миллиона рупий в качестве возмещения за убытки, но не должен был платить ежегодной дани. При этом он получил часть территории Ахмаднагара, включая округ Пуну и Северный Конкан, налоговые поступления от которых составляли 8 миллионов рупий. Шахджи тоже попытался бороться, но был пленен моголами. Ему разрешили сохранить за собой небольшой джагир в округе Пуна, которым он владел как вассал Биджапура.
Аурангзеб как наместник (1636–1644, 1652–1657).
В июле 1636 года Шах-Джахан возвратился в Северную Индию, оставив в Декане наместником своего третьего сына Ауранг-зеба, резиденцией которого стал Аурангабад, названный так в его честь. Первое правление Аурангзеба в качестве наместника закончилось в 1644 году — он впал в немилость и был смещен. В 1645 году, когда доверие к нему восстановилось, Шах-Джахан послал его в Гуджарат, а оттуда в Балх и Бадахшан. В Декане в это время правили, часто сменяя друг друга, самые разные люди. В 1652 году Аурангзеб снова был назначен сюда и обнаружил, что местное хозяйство расстроено, налоговые поступления сократились и площадь обрабатываемых земель уменьшилась. Поскольку могольские владения граничили с Биджапуром и Голкондой, правители которых не вызывали доверия, в Декане приходилось держать значительные военные силы, и молодой наместник вынужден был часто просить у отца денег на их содержание. Это приводило к частому недопониманию между ними и взаимному недовольству. Но затем Аурангзеб нанял к себе на службу в качестве дивана хоросанца Муршид Кули-хана, исключительно способного чиновника, который привел налоги в Декане в соответствие с местными условиями. Установленное Кули-ханом налогообложение не было слишком тяжелым, но собираемость налогов тем не менее повысилась, поскольку жители вернулись в покинутые деревни и там возобновилась нормальная жизнь.
Благодаря притоку денег Аурангзеб смог строить планы по захвату Биджапура и Голконды, тем более что оба султаната славились своими богатствами. Начал он в 1656 году с Голконды, земли которой отличались плодородием, а в ее столице Хайдарабаде торговали лучшими в мире алмазами.
Для войны Аурангзеб имел достаточно поводов. Ежегодная дань Голконды исчислялась в хунах, золотых монетах Южной Индии, обменный курс которых поднялся с 4 до 5 рупий. Но Кутб-шах хотел платить по старому курсу. К тому же он без разрешения сюзерена, могольского шаха, завоевал значительные территории в Карнатаке (в стране к югу от реки Кришна), а когда Аурангзеб выразил ему в связи с этим неудовольствие, отвечал довольно невразумительно. И наконец начало войны ускорило дело Мир Джумлы.
Мухаммед Саид, известный как Мир Джумла (официальный титул в государстве Голконда), сын торговца маслом из Исфагани, наживший состояние на торговле алмазами, поступил на службу к Кутб-шаху и стал при нем главным вазиром. Благодаря этому он еще больше разбогател и стал, вероятно, самым богатым человеком в Южной Индии, владея двадцатью маундами (более двухсот килограммов) первоклассных алмазов. Имея прекрасную артиллерию с европейскими пушкарями, располагая фактически независимой властью над принадлежавшей Голконде частью Карнатака, где у него были собственные обширные владения, он пользовался большим влиянием в султанате, нежели сам султан. Кутб-шаху это не нравилось, и все шло к разрыву между ними. Нарыв прорвало, когда султан приказал заключить в тюрьму сына Мир Джумлы — Мухаммеда Амина, который отличался вызывающим поведением при дворе.
К этому времени Мир Джумла уже вел переговоры о переходе на службу к Моголам. Узнав о заточении Мухаммеда Амина, Шах-Джахан велел освободить его. Решившийся уже на войну с Голкондой Аурангзеб ловко использовал этот момент, не дав Кутб-шаху возможности подчиниться приказанию Шах-Джахана, и тут же объявил ему войну из-за «неподчинения» приказу сюзерена. В феврале 1656 года он вторгся в Голконду. Таким образом, эта война была затеяна не столько Шах-Джаханом, сколько Аурангзебом, и ее неправильно было бы рассматривать как следствие политики Шах-Джахана. Она была главным образом проявлением агрессивных устремлений наместника, а не падишаха и указывала на то, какую политику будет проводить наместник Декана, если ему самому удастся стать падишахом.
Поход в Голконду был проведен быстро и энергично. Мухаммед Султан, старший сын Аурангзеба, вступил в Хайдарабад. Кутб-шах засел в крепости Голконде, которая дала название всей стране. Осадой руководил сам Аурангзеб, однако крепость держалась. Аурангзеб отказывался заключать мир и писал отцу одно письмо за другим, в которых предлагал присоединить Голконду к империи, лишив ее даже формальных признаков независимости. Но агенту Кутб-шаха в Дели удалось склонить на свою сторону Дару Шукоха, старшего сына Шах-Джахана, от которого шах и узнал об уловках Аурангзеба. Шах был разгневан и издал решительный приказ о снятии осады. Мир был заключен 30 марта 1656 года. Султан Голконды уплатил контрибуцию и недоимки по уплате дани, достигавшие 10 миллионов рупий, а также уступил Моголам один округ. Мир Джумла прибыл в лагерь Аурангзеба, а оттуда отправился в Дели, где был назначен первым министром.