Страница 49 из 77
Глава 20
Глава 20
Запах яблок поднимает меня с постели десятого сентября. В саду ветви гнутся под плодами, картофельная ботва пожелтела — урожай ждать не будет.
— Лёша, поднимайся. Урожай собирать пора.
— Какой урожай?
— Яблоки созрели, груши. И картошку пора копать. Если не соберём — пропадёт всё.
Встаю, подхожу к окну. Действительно — яблони гнутся от плодов, грушевое дерево усыпано золотистыми грушами. В огороде картофельная ботва пожелтела — время копать.
— А дети помогать будут?
— Конечно. Им нравится на свежем воздухе возиться.
Последний месяц с лишним после того разговора мы с Ольгой как будто ходим по минному полю. Каждое слово взвешиваем, каждый жест осторожный. Виктор больше не заезжает, но чувствую: он звонит, они общаются.
Может, совместная работа в огороде поможет восстановить близость? Ведь когда-то с Мариной мы тоже на даче работали вместе, и это было хорошее время.
— Хорошо. Устроим семейный день урожая.
— Правда? — Ольга оживляется. — Ты не убежишь на подработку?
— Не убегу. Сегодня только для семьи.
Она подходит, целует в щёку.
— Спасибо. Давно мы всей семьёй ничего не делали вместе.
— Давно.
Завтракаем, будим детей. Они радуются — день на воздухе, работа в огороде, которая больше похожа на игру.
— А я буду яблоки собирать! — пищит Алёшка.
— И я! — подхватывает Петя.
— А я грушки, — говорит Маша. — Они жёлтенькие, красивые.
— Хорошо. Каждому своё дерево.
Одеваемся, берём корзины, вёдра, лопаты. Выходим в огород всей семьёй. Солнце греет, но не жарко. Воздух пахнет спелыми яблоками и прелыми листьями.
— Дядя Лёша, а мы весь урожай соберём? — спрашивает Петя.
— Постараемся.
— А что с ним потом делать будем?
— Часть съедим свежими, часть на зиму заготовим. Компоты, варенье.
— А можно я помогу варенье варить?
— Конечно можно.
Дети разбегаются по деревьям. Алёшка забирается на низкие ветки яблони, Петя подает ему корзину. Маша аккуратно собирает груши, каждую рассматривает.
— Мам, а эту можно съесть? Она такая красивая!
— Можно, доченька. Только помой.
Ольга работает рядом со мной — мы копаем картошку. Она в старых джинсах и клетчатой рубашке, волосы собраны в хвост. Выглядит молодо, красиво. Как та женщина, в которую я влюбился прошлой весной.
— Лёш, а помнишь, как мы первый раз встретились?
— На автобусной остановке. Ты с детьми стояла, дождь лил.
— А ты остановился, подвёз до дома.
— Подвёз. И влюбился с первого взгляда.
— Правда влюбился?
— Правда. Ты показалась мне… свободной. Лёгкой.
— А сейчас?
— А сейчас… — Не знаю, что сказать. — Сейчас ты мать моих детей.
— Приёмных детей.
— Они стали родными.
Ольга молчит, копает картошку. В корзине уже полно — крупная, чистая, хорошо уродилась в этом году.
— Лёш, а ты счастлив сейчас?
— Думаю, да. А ты?
— Не знаю. Иногда счастлива, иногда… грустно.
— Отчего грустно?
— От того, что время идёт, а жизнь стоит на месте.
— Не стоит. Мы дом построили, детей растим, урожай собираем.
— Это не жизнь, Лёш. Это существование.
— А что такое жизнь?
— Не знаю. Но когда она есть — чувствуешь. А когда нет — тоже чувствуешь.
Её слова отзываются тревогой в груди. Она чувствует отсутствие жизни. А я что чувствую? Усталость, рутину, обязательства. Но это и есть взрослая жизнь, разве нет?
— Мама! Папа! — кричит Маша. — Смотрите, сколько груш!
Подходим к грушевому дереву. Действительно — корзина полная, груши золотистые, сочные.
— Молодец, доченька. Хороший урожай.
— А можно я одну съем?
— Конечно.
Маша откусывает грушу, сок течёт по подбородку. Смеётся, вытирается рукавом.
— Вкусная! Сладкая-сладкая!
— Это потому что созрела на солнце, — объясняю. — Не в магазине покупная.
— А в магазине невкусные?
— Не такие вкусные. Свои всегда лучше.
Алёшка слезает с яблони, показывает своё яблоко.
— Дядя Лёш, а это моё яблоко?
— Твоё, тёзка.
— А можно я его маме подарю?
— Конечно можно.
Он бежит к Ольге, протягивает яблоко.
— Мам, это тебе! Самое красивое!
— Спасибо, сынок. — Ольга целует его в лоб. — Ты у меня самый добрый.
— А папа добрый?
— И папа добрый.
— А мы хорошая семья?
— Хорошая, малыш.
Работаем до обеда, собираем весь урожай. Корзины полные яблок и груш, мешки картошки. Дети устали, но довольные.
— Папа, а теперь что делать будем? — спрашивает Петя.
— Обедать. На свежем воздухе.
— На траве?
— На траве. Пикник устроим.
Ольга приносит из дома покрывало, бутерброды, термос с чаем. Располагаемся под яблоней в тени. Дети едят с аппетитом — воздух и работа разыгрывают голод.
— Как хорошо! — говорит Маша. — Правда, мам?
— Правда, доченька.
— А давайте каждую субботу так делать!
— Какую субботу урожай собирать? — смеётся Ольга.
— Ну… что-нибудь вместе. Чтобы папа не на работу убегал, а с нами был.
— А ты хочешь, чтобы папа чаще дома был? — спрашиваю.
— Конечно хочу! — хором отвечают дети.
— Тогда будет меньше денег.
— Ну и что? — пожимает плечами Петя. — Зато весело будет.
— А вам весело со мной?
— Очень весело! — кричит Алёшка. — Ты самый лучший папа!
Смотрю на Ольгу. Она улыбается, но в глазах грусть.
— А тебе весело? — спрашиваю её.
— Да. Сегодня весело.
— А вообще?
— А вообще… не всегда.
После обеда дети играют в саду, а мы с Ольгой относим урожай в сарай. Там прохладно, пахнет сеном и старым деревом. Раскладываем яблоки на полках, складываем картошку в ящики.
— На зиму хватит, — говорю.
— Хватит. Хороший урожай в этом году.
— Как и положено. Земля отдаёт то, что в неё вложил.
— А люди отдают?
— Какие люди?
— Любые. Мужья жёнам, жёны мужьям.
— Должны отдавать.
— А если не хотят?
— Тогда не семья, а сделка.
Ольга подходит ближе, смотрит в глаза.
— Лёш, а что у нас? Семья или сделка?
— Не знаю. А как ты думаешь?
— Думаю… что хочу семью. Настоящую.
— А что для этого нужно?
— Чтобы мы друг друга хотели. Не терпели, не привыкли. Хотели.
— А мы не хотим?
— Не знаю. Давно не проверяли.