Страница 9 из 73
Глава 5
Глава 5
Я стояла перед открытой дверцей шкафа, на которой висело зеркало, и критически рассматривала себя. Вся в чёрном, как и полагается чёрной ведьме: платье чуть ниже колен с кружевными манжетами (манжеты тоже чёрного цвета), высокие ботинки на толстой подошве и массивным каблуком и плащ с капюшоном, в котором я была вчера и буду в остальные дни. Чёрный плащ — это одна из важных составляющих гардероба чёрной ведьмы. Оникс же всё утро крутился рядом и ворчал, благо вчера он не стал на меня обижаться, но, вероятно, на его настроение повлияли вкусняшки, которые я принесла.
— И зачем нам эта скучная речь? Могли бы остаться в комнате, я бы рассказал тебе сто и один способ, как сделать шерсть шелковистее, — усевшись под ногами и махая хвостом, произнёс этот комок шерсти.
— Оникс, это традиция, — отрезала я. Каждый год в первый учебный день ректор собирает всех студентов в актовом зале и произносит напутственную речь перед новым учебным годом. — К тому же, может, объявят что‑нибудь интересное. Например, что экзамены отменили до следующего века. Или что все занятия будут проходить после обеда, чтобы студенты высыпались.
В голове невольно всплыли воспоминания о вчерашнем дне, отчего я передёрнула плечами.
Так, спокойно, давай вдох-выдох. Я как могла уговаривала саму себя, вцепившись в руль магоцикла. Я же сказала этому мужчине, что вполне умею хорошо водить, да и я же умею водить магмобиль, а значит, и с магоциклом запросто справлюсь. Нужно просто верить в то, что всё будет хорошо, да и будет дико стыдно, если черная ведьма не справится с каким-то там магоциклом. Что скажут на это другие ведьмы, когда узнают, что я струсила?
До другой парковки я добралась чудом, и это, между прочим, не преувеличение. На первом же повороте я чуть не влетела в фонарный столб, тот, кажется, даже возмущенно мигнул магическим огоньком, будто хотел сказать: «Девочка, ты вообще в курсе, как этим управлять? Или ты решила устроить тут демонстрацию „как делать не стоит или почему прежде чем выезжать на дорогу стоит научиться водить?“»
Помимо этого я едва не сбила черного кота, он, кстати, вдогонку проорал мне кучу неприличных слов. Явно я нарвалась на фамильяра какой-то ведьмы, благо, что самой ведьмы поблизости не оказалось, иначе отхватила бы я не только оскорблений, но и какого-нибудь проклятия.
А на втором повороте чуть не вылетела на встречную полосу, где как раз ехал магбус, полный пассажиров, старушки в окне, кстати, забавно возмущались на счет юных гонщиц. Они пытались заставить меня остановиться, но глупо было надеяться, что черная ведьма послушается и будет выслушивать лекцию о безопасном вождении. К тому же я сама прекрасно знаю, что за пять минут на дороге накосячила неприлично много раз.
Благо доехать до другой парковки удалось довольно быстро (хотя казалось, что прошла целая вечность). Слезла я с магоцикла на дрожащих ногах, больше я в таких авантюрах участвовать не собираюсь! Я хоть и черная ведьма, но жить-то хочется.
Отправив магозапись Шарлотте с сообщением о месте, где я нахожусь, я принялась ее ждать, благо приехала она довольно быстро, и, переписав на нее документы (магоцикл-то ей покупали, да и деньги были ее), я отправилась в тот дом, где оставила свои вещи. Шарлотта предлагала мне довезти меня, особенно указывая на то, что из-за нее черной ведьме (то есть мне) пришлось надеть цветную одежду, но я отказалась. Больше на магоцикл я не сяду.
Ну а насчет цветной одежды я уверена, что Шарлотта никому не разболтает об этом, да к тому же она-то считает, что я это сделала ради нее (хотя так-то оно и есть ради нее), но цветная одежда у меня имелась и до ее просьбы. Я и без Шарлотты периодически хожу по тонкому льду.
Воспоминания оборвались так же быстро, как и появились, я тряхнула головой, отгоняя их подальше. Нет совершенно никакого желания вспоминать свой позор, это еще мне безумно повезло не встретить какую-нибудь знакомую ведьму.
— Пошли, Оникс, — вздохнула я, поправляя свои непослушные локоны. — Пора слушать ежегодную лекцию о том, как нам повезло учиться именно в этой академии.
— А можно я останусь, кажется, я неважно себя чувствую? — жалобно спросил лис.
— Нет, не надо здесь играть в симулянта. К тому же не забывай, что ты мой фамильяр и должен присутствовать на всех занятиях, на которые я хожу, — кинув последний взгляд на свое отражение, я закрыла дверцу шкафа, схватила сумку и отправилась на выход.
— Ну вот, опять на меня вешают ответственность, — пробурчал Оникс, но всё же поплёлся за мной.
По дороге в актовый зал мы встретили Ванессу с её фамильяром жабой. С Ванессой мы были однокурсницами, не более. Часто сидели вместе на парах, если практические задания давали на двоих, то мы всегда были в паре, но я бы не назвала это дружбой. Скорее нас связывало взаимовыгодное сотрудничество или обычное ведьминское общение, и думаю, что после окончания академии наши дорожки разойдутся, и через несколько лет мы даже не вспомним имен друг друга.
Но с другой стороны, у черных ведьм всегда так, у нас почти никогда нет близких подруг, знакомых полно, но вот друзей… Да и не в характере ведьмы водить дружбу, вот заклятый враг — другой разговор, заклятый враг должен быть у каждой ведьмы.
— Сандра, я как раз хотела отправить тебе магозапись, — улыбнулась Ванесса, подходя ко мне ближе.
— Смотрю, твой фамильяр неизменно с черным бантом, — мой взгляд тут же зацепился за жабу, сидящую на руках Ванессы.
Жаба важно кивнула, демонстрируя свой огромный бант. Я, конечно, прекрасно понимаю, что у всех свои тараканы. Оникс, например, безумно увлечен своей шерсткой, но увлечение жабы Ванессы казалось мне дико странным. В прошлом году эта жаба начинала с вполне себе маленького черного бантика (и это даже смотрелось вполне гармонично). В этом же году бант был размером с саму жабу.
— Он считает, что это повышает его магический потенциал, — захихикала Ванесса, судя по всему, и для нее самой это переходит границы адекватности.
— Очень… оригинально, — сдержанно похвалила я вслух и тут же подхватила на руки Оникса, чтобы этот черный лис не успел вставить свои два слова.
В зале мы заняли места в центральном ряду, Оникс тут же устроился у меня на коленях, ворча что‑то про костлявые ноги и отсутствие закусок.
Ректор поднялся на трибуну, прокашлялся и начал свою речь.