Страница 29 из 30
Последнее напутствие отца помогло мне решиться. Тем же днем я отправилась к Курту. Без предварительного согласования визита, наплевав на правила этикета. Просто поехала и все.
Дверь особняка рода Делейни открыл дворецкий. Он много лет служил их семье, и знал меня.
— Вам назначено, госпожа Бревистон? — спросил он.
— Нет, — честно призналась я, хотя дворецкий и так был в курсе.
Я понимала, если предупрежу заранее о своем визите, Курт уедет куда-нибудь, чтобы избежать нашей встречи. К счастью, дворецкий хорошо знал нашу историю. Вздохнув, он посторонился, пропуская меня в дом.
— Возможно, меня уволят за это, — признался он. — Но я все еще считаю вас идеальной парой.
— Спасибо, Крикстон, — улыбнулась я. — Я буду настаивать, что проникла в дом через окно, и вы ни при чем.
— Благодарю, — кивнул он и подсказал: — Господин в малой гостиной.
Дворецкий не стал меня провожать. Я отлично знала эти коридоры и сама нашла дорогу. У двери я на секунду замялась. Вдруг Курт не захочет меня видеть? Попытается прогнать…
Я тряхнула головой. И пускай! Я здесь ради дела. Крайне важного. Сделаю его, а затем пусть хоть силой выставит меня за порог. Переживу.
Решившись, я толкнула дверь. Даже стучать не стала. Сегодня мое воспитание леди из высшего общества осталось дома. В том, что я планировала сделать, оно бы точно не пригодилось, а напротив, мешало.
Курт обернулся на звук. При виде меня он замер. В его взгляде мелькнуло удивление и… надежда? Но вот он быстро моргнул, возвращаясь в реальность, и взгляд стал пустым. Практически лишенным всяких эмоций.
— Госпожа Бревистон, — произнес он ровно. — Не ожидал вас сегодня увидеть.
Я поморщилась от официального тона. Курт спрятался за ним, как за стеной. Но я не дала ему отгородиться.
— Перестань, — перебила я. — Не надо этого «госпожа» и «вы». Мы все-таки не чужие друг другу.
Курт нахмурился. Он колебался, как будто не был уверен, что имеет право так ко мне обращаться. Но моя настойчивость победила.
— Зачем ты здесь? — спросил он уже совсем другим тоном. Без холодной отстраненности.
— Силия выходит замуж, — сообщила я. — Сразу после ее свадьбы я покину город. Но прежде я должна кое-что сделать.
Я направилась к Курту. Он попытался отодвинуться, но кресло уперлось в решетку камина. Что ж, по крайней мере, он не сбежит от меня.
Кажется, Курт догадался, что я собираюсь сделать. Выставив руки перед собой, он произнес:
— Не надо тратить на меня магию. Ты ни в чем не виновата и не обязана меня спасать.
— Думаешь, мной руководит чувство вины? — удивилась я. — Ты ошибаешься. Я люблю тебя, Курт Делейни. Все эти годы любила… И ты дурак, если так до сих пор этого и не понял.
Курт криво усмехнулся, но спорить не стал. Соглашался со мной? Весьма разумно с его стороны.
— Я тоже, — выдохнул он в итоге. — Все это время… всегда…
Шесть лет назад мы тоже признавались друг другу в любви. Но сейчас, повзрослев и пройдя через многое, эти слова имели больший вес. Они были выстраданы и отполированы временем. Настоящие и глубокие.
Я сделала осторожный шаг ближе. На этот раз Курт не пытался отдалиться. Он сидел неподвижно, чуть запрокинув голову назад, и смотрел на меня снизу вверх. Я немного замешкалась, не зная, как лучше поступить – наклониться для поцелуя? Это будет не очень удобно.
В итоге я нашла вариант получше – рискнула и села к Курту на колени. Лорд Делейни опешил от моей наглости. Но так как мое воспитание осталось дома, сегодня я могу позволить себе все.
Курт обнял меня за талию дрогнувшей рукой. Наконец-то, между нами не было ничего лишнего. Только мы. Я взяла его лицо в ладони. Он дернулся, явно отвыкнув от моих прикосновений.
Я потянулась к его губам, и он прикрыл глаза, показывая, что полностью мне доверяет. Вот и все – пора.
Едва наши губы встретились, как я ощутила магию. Она поднялась во мне мощным приливом, откликаясь на мой выбор. Мы целовались с упоением и страстью, наслаждаясь каждым мигом близости, а магия перетекала от меня к Курту.
Я не видела, как она действует, но чувствовала. Вот руки Курта сжались сильнее на моей талии, а потом дрогнули колени, на которых я сидела. Магия собирала его тело заново. Исцеляла буквально на глазах. Все мои страдания стоили этого мига!
Все закончилось яркой вспышкой света, как тогда, в ритуальном зале. А после я ощутила пустоту. Во мне не осталось магии. Разве что те крохи, с которыми я родилась.
Отстранившись, я посмотрела на Курта. Он выглядел лучше. Намного лучше! А еще он улыбался. Я уже и забыла, как это.
В следующую секунду я взвизгнула, когда он подхватил меня на руки и закружил по комнате. На своих ногах! Я опять плакала, но на этот раз от счастья. Курт снова может ходить. О большем я и мечтать не смела.
Поставив меня на пол, уже он взял мое лицо в свои ладони и серьезно произнес:
— Прости.
— За что? — не поняла я.
— Мое исцеление – это твоя потеря. Мне жаль, что так вышло. Я этого не хотел.
Он намекал на то, что «Поцелуй жизни» должен был достаться моему отцу. Но теперь я понимала, что всегда хотела отдать его Курту. Папа в своей мудрости увидел это раньше, чем я сама осознала.
— Все так и должно быть, — заверила я его.
Курт отпустил меня из своих объятий, и я поежилась. До чего же холодно и пусто без его рук. Стало страшно – вдруг он сейчас скажет, что у нас ничего не получится? Все-таки столько лет прошло…
— Ты станешь моей женой, Эйвангелина Бревистон? — неожиданно спросил Курт, опускаясь на одно колено.
От острого чувства дежавю перехватило горло:
— Ты уже однажды спрашивал об этом… и передумал.
— Ты правильно назвала меня дураком, — произнес он. — Но с тех пор прошло много времени. Я поумнел, вот увидишь.
— Я больше не идеальная, — напомнила я о шрамах на своем теле.
— И я люблю тебя такой. И буду любить тебя разной, Эйва, — заверил он. — Не потому, что в тебе нет изъянов, а потому что это ты. Со всеми шрамами, со своим упрямым характером. Я буду любить тебя, когда ты состаришься и поседеешь. Когда будешь ворчать на меня, если я опять сделаю что-то не так.
Я невольно фыркнула, а он продолжил:
— Я буду любить тебя, даже когда мы поссоримся. И еще сильнее, когда помиримся. Ведь я уже пробовал жить без тебя. И это была сущая пытка.