Страница 12 из 87
Глава 4 Мерки
— Ты можешь остаться, — сказал я Степану. — Первое время под наблюдением. Это стандартная процедура для всех новых людей, без обид. Ты будешь жить в гостевом блоке, в восточном крыле. Если вступишь во фракцию, получишь доступ к общим ресурсам. Но доступ к арсеналу останется закрыт, пока мы не убедимся, что ты действительно тот, за кого себя выдаёшь и лоялен к нам.
— Разумно, — Степан не выглядел обиженным или оскорблённым. — А что потом? Если я докажу, что не верблюд?
Он налил себе в кружку немного коньяка, фляжку с которым сердобольно протянул ему Борис.
— Потом ты станешь полноценным членом фракции, — ответил я. — Со всеми правами и обязанностями. Учитывая твой класс и навыки, ты отлично впишешься. Нам нужны люди, которые разбираются в технике и особенно в авиации. Я планирую построить несколько летательных аппаратов.
В глазах Степана загорелся огонёк. Тот самый, какой я видел у всех настоящих инженеров, когда речь заходит о возможности создать что-то новое, сложное и крутое. Огонёк творчества, любопытства и профессионального азарта.
— Ты серьёзно? — спросил он. — Это же дорого, долго и сложно, а на дворе апокалипсис и разруха.
— Я серьёзно, — подтвердил я. — Воздушная разведка и мобильность — это то, чего нам сейчас остро не хватает. Дроны хорошо работают, но у них ограниченный радиус действия и низкая грузоподъёмность. А летательный аппарат, способный нести не только камеры, но и серьёзное оружие, грузы и людей — это стратегическое преимущество. Так что да, я готов вложить ресурсы. Если ты готов работать.
Степан задумался на секунду, но тут же расплылся в улыбке.
— Я готов, — сказал он твёрдо. — Я только этим и занимался всю жизнь. Чинил, строил, летал. Если у вас есть для меня работа, буду выполнять её со всем старанием. И докажу, что не зря ем ваш хлеб.
— Вот и славно, — подытожила Искра. — Ещё один инженер в нашей коллекции. Скоро вы тут целый технопарк построите.
Олеся вернулась в столовую через пять минут. Деловито, с видом человека, сдавшего важный отчёт в срок. Коса болталась за спиной, глаза блестели всё тем же незатухающим энтузиазмом, но теперь к нему добавилась степенность. Примерно такая, с какой восьмилетние дети изображают взрослых.
— Всё, пристроила, — доложила она, усаживаясь на своё место. — В Питомник пока убирать не стала. Пусть поживут в оранжерее. Они там в подсобке сейчас отдыхают. Надо сделать жёрдочки, чтобы им было удобнее.
— А что с твоей учительницей музыки? — уточнила Искра.
— Тётя Ариадна действительно умеет играть! — оживилась девочка. — Я ей флейту дала и сказала, что сниму на телефон, как она играет. Вот!
Олеся достала смартфон. На экране появилась блондинка, полились переливчатые звуки. Действительно неплохо играет.
— Потом я сказала ей, что надо меня поучить, — сообщила Олеся, убирая телефон.
— И что она ответила? — посмотрел на дочь Варягин.
— Ничего, просто поругалась. Но недолго.
— Недолго — это сколько? — уточнила Искра.
— Ну… — Олеся потупилась. — Пока не ушла.
Фокусник уронил голову на стол и захрюкал.
Я дослушал этот маленький отчёт, поставил кружку и поднялся из-за стола.
— Искра, Олеся, Варягин, — произнёс я. — За мной.
— Куда? — тут же спросила рыжая, но уже поднималась.
— В мастерскую. Есть дело.
Олеся подскочила мгновенно. Варягин бросил быстрый взгляд на дочь, потом на меня. В его глазах читался немой вопрос: «Опять? Что на этот раз?» Но он промолчал и просто встал, поправив ремень с кобурой.
Степан проводил нас растерянным взглядом. Видимо, ещё не привык, что в этом месте всё решается быстро и без долгих совещаний. Борис махнул ему рукой:
— Сиди, Стёпка, доедай. Тут всегда так.
Мы вышли в коридор. После обеда здесь было непривычно оживлённо. После кризиса все как-то сбились в кучу. Люди ходили группами, разговаривали. Несколько человек занимались уборкой: скребли полы, выносили мусор. Слышался отдалённый стук молотков. Из кухни доносился звон посуды и голоса поварих.
— Лёш, колись уже, — не выдержала Искра. — Что за секретность? Мы хоть к чему-то опасному идём или к чему-то грандиозному?
— К грандиозному, — коротко ответил я.
— А опасному? — уточнила пиромантка с ноткой надежды.
— В пределах разумного.
— Ску-у-учно, — протянула она.
Гоша, уже без тележки, стоял у входа в подсобку и смотрел на собственные руки. Периодически открывал и закрывал пасть. Мы прошли мимо него. Искра покосилась.
— Философствует, — прокомментировала она. — Как считаете, о чём он думает? Про еду или про мироустройство?
— Тут ключевой вопрос, а думает ли он вообще? — отозвался я.
Лестница в подвал начиналась за неприметной дверью в дальнем конце западного крыла. Мы спустились вниз по узким ступенькам.
Мастерская встретила нас… огромным количеством инструментов, деталей и техники, которые я выгрузил сюда. В углу, в своём новом гнезде из бело-серых нитей, сидела Черничка. Она лениво перебирала передними лапами, то ли чистила хелицеры, то ли просто медитировала. Увидев нас, паучиха на секунду замерла, оценила обстановку и снова вернулась к своему занятию.
— Ого, — выдохнула Искра, оглядываясь на стеллажи. — В прошлый раз, когда я спускалась в подвал, здесь не было всего этого. Ты тут фабрику решил устроить?
— Разумеется, — кивнул я.
Олеся тем временем подошла к Черничке. Паучиха приподняла головогрудь, заметив приближение девочки. Её многочисленные глаза блеснули в полумраке.
— Привет, Черничка, — ласково произнесла Олеся, протягивая руку. — Хорошая моя. Как ты тут? Не скучала?
Паучиха осторожно коснулась ладони девочки кончиком педипальпы. Жест был почти нежным. Я заметил, как Варягин напрягся, наблюдая за этой сценой. Он всё ещё не до конца привык к тому, что его дочь общается с гигантским мутировавшим пауком как с котёнком.
— Дядя Лёша, а когда ты её отпустишь? — спросила Олеся, обернувшись ко мне. — Она же не может всё время сидеть в подвале. Ей нужно гулять, охотиться, там ещё мухи летают во дворе…
— Отпущу, — пообещал я. — Как только закончу с ней кое-какие… процедуры. Не переживай, ей здесь неплохо.
— А можно я её покормлю? — глаза Олеси загорелись. — В Хранилище есть свежее мясо! Как раз подходящее! Вчера двое дяденек принесли убитую крысу, сказали, что подобралась близко к ограде отеля. Помнишь, папа? Я её себе забрала! Знала, что пригодится!