Страница 58 из 78
Глава 20 Говорят, обещанное три года ждут…
Когда я вышел из храма, первым делом убедился, что с Гришей и Тиной всё в порядке.
Они ждали неподалёку от входа. Брат стоял со скрещёнными на груди руками, время от времени поглядывая на массивные каменные створки. Тина же смотрела на барона и баронессу, стоящих метрах в семи от них. На плечах всех четверых — тонкий слой снега.
Видимо, пока я разговаривал со старухой, они не двигались с места.
Стоило мне появиться, как все одновременно посмотрели в мою сторону.
— Долго ты, — заметил Гриша. — Уже начали думать, что старуха решила оставить тебя у себя.
— Пыталась очаровать гостеприимством, — я спустился с последних ступеней. — Но, как видишь, не получилось.
Тина внимательно посмотрела мне за спину, словно ожидая появления хозяйки храма.
— И что удалось узнать? — спросила она.
— Многое. Но пока не уверен, какая часть правдивая.
Я посмотрел на барона и баронессу.
Они же, в свою очередь, внимательно смотрели на меня. На их лицах ничего не читается, однако общее настроение понять несложно. В осанке видна вежливость хозяев, которые выполняют долг, но хотят, чтобы опасные визитёры поскорее поднялись на свой дирижабль и исчезли за горами или ещё дальше.
Я хотел бы поговорить с ними об Ольге. Узнать о девушке побольше, ведь наш прошлый разговор так и не завершился, а теперь появилось множество новых вопросов. Однако сейчас между двумя государствами, которые когда-то составляли одну страну, видна очень даже отчётливая граница.
Не только на картах, но и в головах людей.
Императору Российской империи не стоит вести личные разговоры с подданными теперь уже другой державы без ведома их правителя. Особенно в закрытой обстановке. Ещё не хватало, чтобы после такого разговора этих людей объявили предателями или заподозрили в тайных переговорах со мной. Один неосторожный разговор в боковом зале легко превращался в повод для политического кризиса.
Они и сами наверняка опасаются именно этого. Поэтому разговор об Ольге придётся перенести.
— Благодарю за помощь, — обратился я к хозяевам поместья.
Мужчина коротко и даже как-то благодарно склонил голову.
— Мы лишь исполнили просьбу старшей Рода.
Сухая формулировка подчёркивала, что они действовали по приказу, а не из личной инициативы, аккуратно отстраняясь и от меня, и от храма.
— Если у вас есть связь с Ольгой, передайте ей, что я заходил.
Баронесса впервые проявила заметную эмоцию, чуть удивившись.
— Передадим, ваше величество.
Мы развернулись и направились к дирижаблю.
Снег за время нашего разговора усилился. Белые хлопья медленно опускались на землю, покрывали каменную дорожку, крыши построек и ветви хвойных деревьев.
Когда мы уже подходили к трапу, я почувствовал внутри лёгкое волнение Александра.
Обычно он хорошо скрывает собственные эмоции. Сейчас же напряжение становилось всё заметнее.
Я мысленно обратился к нему:
— Переживаешь из-за Егора?
Ответа не последовало. Несколько секунд Александр молчал, а затем всё-таки произнёс:
— Признаться, немного. Но мне больше хочется просто увидеть сына.
Его голос прозвучал тише обычного. Я продолжал подниматься по трапу, а он продолжал:
— Мы с ним толком и не общались довольно длительное время. Наши отношения с Егором долгое время были напряжёнными. Он слишком быстро вырос и всегда стремился совсем не к тому, чему я хотел его научить…
Я вошёл внутрь дирижабля. За спиной начал подниматься трап. Александр вздохнул, продолжая:
— Из четверых моих детей ближе всего к власти всегда были двое. Анастасия и Леонид. Оба с ранних лет понимали ответственность Рода, интересовались политикой, армией и управлением. После них шла Таня. Она тоже понимала значение власти, но не стремилась к ней так сильно, как эти двое. Таня всегда оставалась добрее и внимательнее к простому народу. Слишком близко принимала чужие проблемы и постоянно спорила с советниками из-за решений, которые считала несправедливыми. Егор же — самый младший. И самый… проблемный. Если можно так выразиться. С ним я в своё время намучился. Другие взгляды, постоянные попытки сбежать из дворца, драки с собственной охраной, исчезновения на несколько суток. Его вечно тянуло к другой жизни.
— Драки с охраной? — Мысленно усмехнулся я.
— Позже он вроде успокоился, — продолжил Александр. — Я уже начал надеяться, что всё постепенно наладится, а затем узнал, что у него появилась любовь. — Он ненадолго замолчал. — Ты даже не представляешь, насколько я тогда обрадовался. Мне казалось, что сын наконец станет спокойнее. Да, слишком молод. Но хорошая аристократка наверняка помогла бы ему направить энергию в правильное русло…
— И тут выяснилось, что девушка никакая не аристократка?
— Простолюдинка, — тяжело выдохнул Александр. — Причём не просто простолюдинка. Когда мои люди подняли её старые дела, оказалось, что она нечиста на руку. Мелкие кражи, обман торговцев, сомнительные знакомства. Никаких тяжёлых преступлений, однако для невесты императорского сына и этого хватало.
— И ты сразу решил, что она использует Егора?
— А что ещё мне оставалось подумать? Молодой наследник престола, девушка с самого низа и внезапная любовь. Подобные истории редко заканчиваются хорошо. Ты и сам должен это понимать.
Я хмыкнул, вспоминая Егора в начале своего пути.
Он действительно выглядел тем ещё взбалмошным юнцом, который не собирался никого слушать. Постоянно спорил, куда-то рвался и принимал решения быстрее, чем успевал подумать. В каждом его шаге чувствовалось стремление доказать что-то скорее самому себе, чем всем вокруг.
Впрочем, со временем парень начал меняться. И это хорошо.
Александр продолжил:
— На любые мои слова и уговоры он реагировать не хотел. Каждый разговор заканчивался одинаково. «Люди не те, кем кажутся. Они способны меняться. Не стоит судить человека по нескольким поступкам, особенно если он никого не убивал и не совершал чего-то непоправимого».
— В этом он прав.