Страница 54 из 76
Глава 18
Когда все наконец облачились в костюмы, дамы накрасились по всем существующим снегурочкинским правилам, а мы с мужиками густо навазюкали красной помадой щеки и нос… В общем, когда все собрались, я, уже изрядно запарившийся в тулупе, рявкнул:
— Ну что, по коням!
— Ага, давайте уже! — согласилась со мной Элен и начала распоряжаться: — Только осторожно! Подарки грузите вон туда! Те коробки — в машину Наиля, а вон те — Прохору Евграфовичу!
Пациентка или уже ангел-хранитель санатория взяла командование на себя. Тетя Нина ей уступила, хотя видно было, что таким положением дел она не очень довольна и лишь до поры сдерживается.
— А можно мы тоже поглядим? — попросила Сашуля. — Уж больно любопытно, как вы поедете их поздравлять. Нам ведь тоже хочется.
— Дык кто-то же должен стол накрыть и все остальное сделать! — строго сказала тетя Нина, но глаза ее лучисто смеялись.
В общем, оставили мы их на хозяйстве — пусть лучше елку украшают да овощи на оливье режут, а сами начали загружаться в машины. Транспорта, как назло, не хватало, поэтому пришлось срочно звонить Анатолию. Он моментально прискакал на своей, довольный, как слон, оттого что появился повод не помогать жене готовиться к Новому году.
— Ну, с Богом! Едем! — скомандовала Элен, махнула рукой, и мы все начали рассаживаться.
Я плюхнулся за руль своей машины, и так уж вышло, что рядом со мной устроилась Элен, а сзади загрузились тетя Нина, Вера Андреевна и Алена Петровна. Мужики разошлись по другим автомобилям.
— Жалко только, что музыки нет, а то какая бы хорошая вещь получилась, — вздохнула Элен, когда мы аккуратно двинулись через ворота санатория. — Можно было бы спеть им что-нибудь…
— Так можно же в телефоне поставить, — попыталась найти выход из ситуации рачительная Вера Андреевна.
— По телефону — это не то, — не согласилась Алена Петровна и тоже вздохнула. — А вот спеть под аккомпанемент рояля — это была бы красота!
— Музыки, говорите, нет? — задумчиво повторила тетя Нина, помолчала, повздыхала и вдруг просияла: — Эврика! Будет вам музыка, обещаю!
И она тут же набрала что-то на телефоне. А через секунду закричала в трубку так, что мы все чуть не оглохли, — орать в телефон тетя Нина любила по старой советской привычке:
— Чепайкин! Слышишь меня? Даю тебе шанс помириться. Через пятнадцать минут мы будем у дома престарелых. Нет, вашем, Моркинском! Да! Там! Короче, появишься с гармошкой ровно через пятнадцать минут — так и быть, поговорю с тобой. Не появишься — тогда прощай навсегда, пишите письма до востребования!
Что отвечал ей бедняга Чепайкин, осталось неизвестным. Ошеломленная Алена Петровна, которую сразу по прибытии в санаторий со всеми подробностями посвятили в авантюру Чепайкина, только и протянула растерянно:
— Вот это да…
— Так его! — одобрительно сказала Элен и тут же сварливо прибавила: — А нечего было козу забирать да вдобавок невесту чуть ли не у алтаря бросать!
Бабоньки согласились с такой постановкой вопроса, роли снегурочек были моментально позабыты, и всю оставшуюся дорогу все взахлеб, перебивая друг друга, обсуждали подлого негодяя Чепайкина. Особенно почему-то всех возмущал его афронт с козой Афродитой.
Тетя Нина приосанилась, потому что у нее теперь появился легальный повод вызвать Чепайкина. Более того, чувствуя всем существом поддержку женского коллектива, она принялась еще пуще жаловаться на злодейку-судьбу и конкретно на злодея Чепайкина. А чтоб знал!
Вот под такие интересные разговоры мы и доехали до самого дома престарелых.
— Надо было Терновского взять, — сказал я, разглядывая ворота. — А то, может, опять не пропустят.
— Ну как это десант Дедов Морозов не пропустят? — рассмеялась Элен.
И правда, ворота открылись, мы благополучно въехали и начали выгружаться прямо у порога. Навстречу выскочил давешний охранник и, увидев нас, удивленно всплеснул руками:
— А Валентин Захарович уже домой ушел, нету его на месте! Да и из персонала мало кто остался, трое всего дежурных.
— Так нам ваш Ротозеев и не нужен, — мило улыбаясь, ответила Элен. — Мы только всех поздравим и сразу отбудем. Пропустите нас, пожалуйста, буквально на пятнадцать минут. Кстати, а это вам. — И с этими словами она протянула опешившему охраннику большую коробку. А потом смущенно добавила: — Точнее, внучкам вашим, жене. Ну и вам тоже.
— Что? Что это? — забормотал озадаченный охранник. — Взятка?
— Да какая же взятка⁈ Подарок на Новый год. В коробках сладости вашим девчонкам и набор кремов для рук и лица — жене. И вам там кое-что интересненькое найдется, сами посмотрите! По-моему, такой новогодний подарок никакая не взятка, — мило улыбнулась ему Элен, и охранник моментально стал предан ей душой и телом. Проникся он настолько, что лично помогал нам таскать коробки с подарками внутрь.
Мы вошли тихо, крадучись, стараясь не потревожить стариков раньше времени, поднялись наверх и с удивлением обнаружили, что никакие столы им не накрыты. Словно и не Новый год на носу, а самый обычный, рядовой день. Точнее, вечер.
Старики сидели кто по комнатам, кто в холле, некоторые играли в карты, но никакого предпраздничного настроения у них и в помине не было.
— О как! — тихо пробормотала тетя Нина, но я ее услышал.
Ответить, впрочем, не успел: от лестницы в коридоре внезапно грянула разудалая музыка. Да не просто абы какая музыка, а «Прощание славянки», причем на гармошке!
Это был Чепайкин! Успел!
Он стоял у входа в холл и растягивал меха со всем старанием и энтузиазмом. Улыбка тети Нины растянулась от уха до уха, и казалось, в эту минуту она готова зажигать звезды.
Бедные старички побросали свои дела, повысовывались из комнат и недоверчиво, радостно смотрели на десант Дедов Морозов и Снегурочек, которые выстроились вдоль стены с огромными мешками подарков. Смотрели во все глаза и на Чепайкина, наяривавшего мощный бравурный марш. Брошенная колода карт сиротливо валялась на столе рядом с чьим-то сероватым клубком для вязания.
А Чепайкин все наяривал и наяривал.
Альберт Каримович просемафорил глазами тете Нине, та понятливо кивнула и пнула зазвездившегося Чепайкина по ноге. Намек он понял сразу: оборвал марш прямо посреди куплета и посмотрел на тетю Нину преданным взглядом. Гармошка сделала «вжжу-у-ух» и заткнулась.
Моментально стало тихо-тихо.
Старички стояли шеренгой напротив и боялись даже пошевелиться — видимо, чтобы не вспугнуть Дедов Морозов со Снегурочками.