Страница 29 из 76
— Да ё-моё, да это же настоящий научный прорыв! — охнул Елисей и от избытка эмоций всплеснул руками.
— И что, они пить больше не хотят? — удивился Сашка.
— Мы проверяли, категорически не хотят, — пояснил я. — Даже от элитного коньяка отказались. Но, опять же, выборка слишком малая, всего три человека. Сами понимаете, этого количества явно недостаточно, чтобы оценить реальную картину. Может, имеет место ошибка выборки, все это отнюдь не репрезентативно. Поэтому мы решили поработать над вопросом дальше.
— Ни хрена себе, — пробормотал Елисей, ошеломленно рассматривая фанатов «Вазорелаксина». — Это ведь даже не кандидатская. Да что говорить, это даже не докторская! Это, считай, Нобелевка в кармане!
Он аж подпрыгнул от возбуждения.
— Вот так вот и живем, — скромненько вздохнул я.
Тем временем Федька подошел ко мне и хрипло сказал, осторожно выговаривая каждую букву, — слова пока давались ему с трудом:
— З-закурить есть?
— Пока воздержись, Федор, — ответил я строгим голосом. — Во-первых, курение вредно, да и здесь, в помещении, курить нельзя. А во-вторых, неизвестно, как сигаретный дым повлияет на тебя сейчас. Еще несколько дней мы за тобой понаблюдаем, и, если все будет нормально, вернешься домой и будешь курить там сколько угодно.
Кивнув, Федька на негнущихся ногах осторожно вернулся в свой угол, сел на пол и, не глядя ни на кого из нас, застыл, уставившись в одну точку и продолжая раскачиваться.
— Вот такие пироги с котятами, — сказал я парням, и мы вышли из палаты. — Видите, какие интересные вещи можно исследовать, даже находясь в глубинке? И научных мыслей у меня полно. Но для этого мне прежде всего нужны соратники, с которыми я мог бы разделить задачи. Вы же сами убедились: идей у меня слишком много. И если я взвалю на себя все, то толком уже ничего не выполню. А во-вторых, — тут я посмотрел на Сашку, — мне нужно качественное медицинское оборудование. Очень качественное. Срочно. И здесь я рассчитываю на твою помощь, Александр.
Сашка задумчиво кивнул и сказал:
— Да, тут большой потенциал для работы. Я готов приступить хоть сейчас.
— Вот-вот, — сказал я. — И это правильно.
— Я тоже готов работать! — решительно сказал Елисей, и взгляд его буквально пылал энтузиазмом исследователя.
— Ну, если так, то ю а вэлком в команду!
И с этим мы вернулись в санаторий.
После завтрака Сашка остался секретничать с Аленой Петровной, а я забрал Елисея в тот кабинет, где вел прием «Клуба здоровья». Он шел за мной, втянув голову в плечи, и на всякий случай ни о чем не спрашивал.
Хотя полный его диагноз, сделанный Системой, у меня уже был, осмотр я устроил основательный, без скидок на праздники и недосып. Заставил его раздеться до пояса, взвеситься, замерил давление и послушал сердце и дыхание. Весы показали недобор килограммов в десять. Давление сто на шестьдесят пять, пульс восемьдесят восемь. Пальцы на вытянутых руках мелко дрожали… Да уж…
Напоследок я посмотрел на него «Познанием сути»:
Ротонос Елисей Богданович, 28 лет
8-й уровень социальной значимости.
Отношение к носителю: Признательность.
Биологический возраст: 38.
О как! Вот этого мне не показал бы ни один анализ: парню двадцать восемь, а тело сносилось на все тридцать восемь. Ладно больница да таблетки, тут, скорее, сказалось состояние постоянного стресса — сначала под гнетом мамы и бабушки, потом под прессингом знатного абьюзера Лысоткина. Именно так, потому что, сдай Елисей сейчас анализы и пройди полный медосмотр, врач поставил бы ему: «Здоров». Ну да, по меркам сорокалетних — здоров.
— Так, — сказал я, усаживаясь за стол и вырывая лист из школьной тетради. — Сейчас я тебе, Елисей Богданович, распишу новогоднюю программу.
— Какую еще программу? — испугался он.
— Санаторную. — Я писал и проговаривал вслух: — Подъем — семь ноль-ноль. Утром зарядка и три простейших упражнения: приседания, подъем ног лежа на пресс, отжимания от стены. Для начала по одному подходу по десять раз. Отбой — в двадцать два ноль-ноль, причем в это время ты должен уже закрыть глаза. Еда — по расписанию тети Нины, порции не обсуждаются, я пробовал — бесполезно. И чтобы на тарелке ничего не оставалось, налегаем на белок, полезные жиры и клетчатку. Прогулка — сорок минут утром и сорок вечером, плюс…
— Серега, ну как же… — засомневался он, стушевался и нашел отмазку: — А если метель?
— В метель — тридцать минут. И еще будешь принимать вот эти витамины. — Я подчеркнул последнюю строчку дважды и протянул ему листок. — И главное: никакой науки до конца праздников. Ни статей, ни «почитать по теме», ни одной формулы. Отдыхай, приходи в себя, Елисей.
— Ну, Серега… — заныл Елисей, застегивая рубашку, — а если я просто фантастику почитаю, про тех же попаданцев? Или про зомби? А?
— Нет.
— Но я же только…
— «Нет» — это законченное предложение, мы с тобой договаривались. Общайся с людьми, гуляй по лесу, дыши! Успеешь еще почитать, Елисей. Ну что ты как маленький? Я же тебе как врач говорю, а если сказал так, значит, уверен, что тебе это поможет. Усек?
Елисей вздохнул, взял листок, поизучал его и вдруг спросил:
— А после праздников?
— А после праздников мы с тобой сядем и распишем твое соискательство, — сказал я. — И вот тогда, дорогой мой, ты у меня взвоешь. Тема по санаторию сама себя не напишет, а кроме тебя, писать ее некому. А ведь еще кучу методичек и инструкций для персонала составить нужно. Так что отъедайся и отсыпайся, пока дают: ты мне нужен со свежей головой.
Елисей аккуратно, по сгибам, сложил листок, спрятал в нагрудный карман и прижал ладонью, словно тот мог убежать.
— А я думал, буду тут на птичьих правах, — признался он. — Ну… пока в себя окончательно не приду.
— На птичьих правах у нас тут только Пивасик, да и то у него бессрочный договор с тетей Ниной. Они заключили пакт о ненападении. — Я стукнул ладонью по чахлой груди Елисея. — Все, теперь пошли со мной, я тебя кое с кем познакомлю.
— С кем? — настороженно посмотрел на меня Елисей.
— С медсестрой, конечно. А ты о чем подумал? Неужели считаешь, что я доверю тебе самому принимать все эти таблетки? Знаю я тебя: половину забудешь или не захочешь, остальное сам отменишь, — и результата я не увижу. А так буду точно знать, что все мои рекомендации четко выполнены.