Страница 382 из 383
– Да. Мы начнем все сначала. – Образ Гроула всплыл у меня в голове, но я постаралась не показывать печаль. Скоро грусть должна была пройти. У меня вся жизнь впереди, и мне предстояло прожить ее по максимуму.
– Ты правда любила его.
Я затаила дыхание, раздумывая, что ей сказать, потом решила сказать правду.
– Любила. И все еще люблю, – призналась я. Мне не хотелось лгать Талии.
– Я этого не понимаю. – Ее теплое дыхание обдало мое шею, когда она положила голову мне на плечо.
– Я тоже. Я не хотела, чтобы так получилось.
– Ты не можешь изменить то, что чувствуешь. Все в порядке, – тихо сказала Талия, обнимая меня крепче.
– Мама избегает меня. Я думаю, она не может простить меня из‑за Гроула.
– Она потеряла отца. Ей нужно время.
Я надеялась, что Талия права. Но даже если бы это было не так, я ничего не мог поделать со своими чувствами, не говоря уже о том, чтобы изменить прошлое.
Ария сдержала свое обещание. На следующий день Коко и Бандита привезли в особняк. Однако Лука не позволил им бегать по дому. За пределами моей комнаты мне приходилось держать их на поводке. Ария присоединилась ко мне, когда я показывала собакам сад. И Коко, и Бандиту, казалось, нравилось ее присутствие.
Лука следовал за нами, как тень. Он все еще заставлял меня нервничать, особенно потому, что у него в руках был пистолет.
– Их использовали в собачьих боях. Тебе следует быть осторожным. Большинство из них – мерзкие твари. Если они что‑нибудь натворят, я их усыплю.
Ария одарила его сердитым взглядом, но он это проигнорировал.
– Они хорошие. Лучше, чем большинство людей, – резко сказала я.
– Тут я с тобой согласен. Большинство людей – придурки, – сказал Маттео, неожиданно возникший у нас на пути. – Но пока эти зверюги здесь, я не позволю Джианне приходить в гости.
– Как будто ты можешь диктовать Джианне, что ей делать, а что нет, – поддразнила Ария, затем повернулась ко мне. – Не слушай их, – сказала она извиняющимся тоном. Она присела на корточки перед Коко и Бандитом. Я опустилась на колени рядом с ней и погладила Коко по голове. Немного поколебавшись, Ария сделала то же самое.
– Ария, – предостерег Лука, направляя пистолет прямо в голову Коко.
– Видишь, – сказала она, бросив взгляд через плечо на своего мужа. – Они безобидны.
– Сейчас они могут вести себя безобидно, но они многое пережили. Такие собаки порой выходят из‑под контроля. Не хочу, чтобы они находились рядом с тобой.
Ария вздохнула, затем прошептала мне:
– Держи их на поводке, пока он не успокоится.
Я кивнула. У меня не было абсолютно никакого желания не подчиняться приказам Луки.
Я завела собак в свою комнату, отстегнула ошейники и растянулась на кровати. Собаки не сводили с меня глаз. У меня было такое чувство, что они искали Гроула. Они, наверное, тоже скучали по нему. В конце концов я похлопала по пустой половине кровати. – Идите‑ка сюда.
Коко подняла голову, навострив уши.
Я похлопала по кровати более решительно и повторила свое приглашение. Коко первая подбежала к кровати и запрыгнула на нее. Когда я не стала ее упрекать, она свернулась калачиком и прижалась ко мне. Бандит не нуждался в персональном приглашении. Вскоре он уже лежал рядом со мной и Коко. Я почесала их за ушами, наслаждаясь их мягкой шерстью.
Тепло их тел мне комфорт, в котором я так нуждалась. Я расслабилась и погасила свет. Прошлой ночью я плохо спала, мне снилось, что Гроул умирает. Я представляла себе разные картины того, как это могло произойти. Хотела бы я точно знать, что с ним случилось. Правда, какой бы горькой она ни была, всегда лучше сладкого неведения.
КАРА
Пару недель спустя мы с семьей начали обустраиваться, и Талия почти вернулась к своему обычному состоянию. Она не рассказывала о том, что с ней случилось, и в конце концов я перестал спрашивать. Она хотела двигаться дальше. Мы все этого хотели.
Через пару дней мы должны были уехать из Хэмптона, чтобы жить в квартире в Нью‑Йорке – квартире, принадлежавшей Луке. Мне не нравилось, что он взял все заботы на себя, но у нас не было денег, и никто из нас никогда не работал. Не то чтобы нам когда‑нибудь позволили бы это сделать. Мы были женщинами и родственницами Дона. Деньги Семьи обеспечат нас до самой смерти.
Я прошлась с Коко и Бандитом по коридорам особняка Витиелло и уже направлялась в гостевое крыло, когда откуда‑то из другого уголка дома до меня донеслись слова.
Я знала этот голос. Каждую ночь я слышала его в своих снах, большинство из которых были кошмарами. Но он больше не пугал меня. Многое изменилось за это время.
Я бросила поводки и побежала на этот голос. Гроул стоял в гостиной. Я резко остановилась, мое сердце замерло.
И вот он там, смуглый, высокий и весь в синяках. Один его глаз заплыл, на лице были порезы.
Я не могла пошевелиться. Собаки не разделяли моих колебаний. Они последовали за мной, волоча за собой поводки. Они рванулись вперед, тявкая и виляя хвостами.
Лука, Ромеро и Маттео вздрогнули и вытащили оружие, но Коко и Бандит не атаковали. Они прижались к ногам Гроула, скуля и лая, и он наклонился, чтобы погладить их по головам, но его взгляд остановился на мне. Я затрепетала.
Две недели прошло с тех пор, как мы виделись в последний раз. Две недели я думала, что он умер. Где он был? Почему он не подал мне знак о том, что он жив? Я оплакивала его смерть, строила планы на будущее без него, но теперь, когда он был здесь, я задавалась вопросом, есть ли у нас вообще совместное будущее. Мы никогда не говорили об этом.
Я принадлежала ему не по своей воле, и теперь, когда я была свободна, я задавалась вопросом, сможем ли мы быть вместе в будущем. Действительно ли я хотела жить с мужчиной, который мог бы в равной степени просто владеть мной? Хотел ли он меня теперь? А как насчет будущего Гроула? Он предал Каморру, нарушил свою клятву. Это был величайший грех в нашем мире. Придет ли Каморра за ним? И как Семья поступит с тем, кто предал своих? Так много вопросов пронеслось у меня в голове, от чего я даже пошатнулась.
Я заглянула ему в глаза и на мгновение увидела в них отражение своих собственных сомнений.
– Ты жив, – выдохнула я.
Он не стал подходить ко мне.
– Меня трудно убить.
Я заметила, что сидящая в углу Ария наблюдает за нами. Лука, наконец, нарушил напряженное молчание:
– Все сделано?
Гроул наконец оторвал от меня взгляд.