Страница 187 из 383
Переодевшись, я засунула одежду в свой рюкзак. От чемодана мне пришлось избавиться на четвертой неделе моего путешествия, так как неудобно и тяжело было таскаться с ним везде. Все равно большая часть старых вещей мне не понадобится. Мне когда‑нибудь доведется поносить вечерние платья и «Лабутены» на шпильках? Этой жизни пришел конец. Я оглядела свой потрёпанный рюкзак, дешевые кеды и простенькие джинсы, и на мгновение меня захлестнула тоска по чему‑то такому, чего я никак не ожидала в себе. Принимая решение сбежать от мафии, я понимала, что буду ужасно скучать по брату и сестрам, и до сих пор не прошло ни единого дня, чтобы я не предавалась мечтам вернуться в Чикаго, чтобы снова повидаться с ними, вновь поговорить с Арией, опять обрести стабильную жизнь. Но прежде мне не приходилось скучать по той роскоши, которая была в моей прошлой жизни. Так почему же я вдруг затосковала по тому, что всегда презирала?
Все, что у меня когда‑либо было, оплачено кровавыми деньгами, и даже билет на самолет сюда мне достался именно так. Но деньги у меня уже почти закончились, и в следующем городе мне придется найти работу, а это значит, что я вынуждена буду задержаться на одном месте дольше нескольких дней. Хотя я могла бы попробовать свои силы в карманных кражах, что, конечно, ничем не лучше мафиозного бизнеса, за исключением того, что никому не придется умирать.
Закинув рюкзак на плечо, я вышла из маленькой комнаты хостела. Через пятнадцать минут выписалась и написала в тетрадке на ресепшен свое альтер‑эго «Лиз, сокращённо от Элизабет». Для следующего пункта назначения я возьму новое имя. Возможно, Меган. За окном стоял август, но небо над Веной затянули тяжёлые тучи, когда я направилась к железнодорожной станции. Мне нравились королевские дворцы, но пришло время уезжать из Австрии. Почти две недели я прожила в одной стране и уже чувствовала себя как на иголках.
После посадки в поезд до Берлина я проверила свой телефон. Глупая привычка, от которой мне всё еще не удалось избавиться. Сообщений не было, но мое внимание привлекла дата – пятнадцатое августа. День, когда я должна была выйти замуж за Маттео.
Непроизвольно я вспомнила наш поцелуй, и по моему телу пробежали мурашки. За время, проведенное в Европе, я успела поцеловаться с тремя парнями. Это были довольно симпатичные иностранцы, которых, как и меня, не интересовали какие бы то ни было серьезные отношения, но ни один из тех поцелуев даже близко не был похож на то, что я испытала, когда целовалась с Маттео. Может, потому что у него было гораздо больше практики, чем у любого другого парня. Маттео, без сомнения, тот ещё кобель.
Но больше всего меня волновало то, что каждого встреченного парня я сравнивала с Маттео, и они всегда проигрывали. Они были не так привлекательны, не так интересны, у них не было шести кубиков пресса, и, самое главное, нахождение в непосредственной близости от них не вызывало во мне острых ощущений. Меня до чёртиков бесило, что даже пребывая за тысячу миль от меня, Маттео все еще имел над мной какую‑то власть. Мне бы хотелось, чтобы нашего поцелуя никогда не случилось, тогда бы у меня не было никаких проблем.
Мне всего лишь нужно найти хорошего парня, который мог бы заставить меня забыть Маттео вместе с этой его раздражающей, сексуальной и нахальной ухмылкой. Возможно, мой следующий пункт назначения – Берлин – в этом поможет.
В Берлине я задержалась лишь на четыре недели, до того как решила ехать дальше. Что‑то не давало мне покоя, а может, я отвыкла долго оставаться на одном месте. Зато последние три недели я подрабатывала официанткой, и мне удалось заработать кое‑какие деньги. Немного, но достаточно, чтобы купить билет на поезд до Мюнхена и продукты на ближайшие несколько дней. Однако на номер в гостинице у меня уже не было ни гроша, так что это стало моей главной проблемой.
Слишком много истратив в самом начале, экономить я так и не научилась. В семье мы в деньгах никогда не нуждались. В чем женщинам мафии никогда не отказывали, так это в деньгах. Я была избалованной девчонкой, и сейчас до меня это наконец дошло.
Приехав в Мюнхен, я поняла, что, возможно, могу здесь остаться. Город мне понравился, однако у меня не было денег на оплату хостела. Ночевать на улице я не могла, поскольку это было небезопасно. Побродив по центру города, я наткнулась на компанию из нескольких человек, которые пели и играли на музыкальных инструментах, и они, похоже, на этом неплохо зарабатывали. В шляпах, лежащих перед ними на асфальте, всегда было много монет.
Я могла бы играть на пианино. Отец заставлял нас с Арией и Лили брать уроки с того момента, как мы начали разговаривать, однако у меня не было ни пианино, ни синтезатора. Я неплохо пела (конечно, ничего выдающегося, но, по крайней мере, мое пение не вынуждало слушателей закрывать уши). Может, стоило попробовать?
На ближайшем углу три девушки с разноцветными волосами пели и играли на гитаре, и я направилась к ним. Дождавшись, когда они, наконец, сделают перерыв, я шагнула поближе. Я очень надеялась, что они говорят по‑английски. Они выглядели моими ровесницами.
– Привет. Я хотела спросить, вы случайно не знаете местечка, где я так же, как вы могла бы петь на публике? Я на мели, и для меня это единственный шанс оплатить гостиницу на сегодняшнюю ночь.
Девушки переглянулись, и я была почти уверена, что они не поняли меня, когда девушка с короткими волосами синего цвета ответила с незнакомым мне акцентом:
– Тебе необходимо получить разрешение. В Мюнхене довольно строгие законы. Тебя могут оштрафовать, если ты будешь петь или заниматься ещё чем‑нибудь на улицах без разрешения властей.
– Черт. Как получить разрешение? Легко?
– Нет, – покачала головой девушка с розовыми волосами. – Они выдают только несколько разрешений и должны убедиться, что ты умеешь петь и играть на музыкальных инструментах, прежде чем позволить тебе выступать здесь.
Я вздохнула и, привалившись спиной к стене здания, сползла по ней вниз. Девушки снова переглянулись и зашептались на незнакомом мне языке, который определенно не был немецким, а потом обернулись ко мне.
– Мы вместе снимаем небольшую квартирку. Если хочешь, спи на диване в гостиной, пока не найдешь работу и не сможешь позволить себе собственное жилье.
– Вы серьезно? – От удивления я широко распахнула глаза.
Девушка с синими волосами, улыбаясь, кивнула.
– Ты же бэкпекер[1], да?
– Ага. Путешествую по Европе перед колледжем.