Страница 27 из 89
— Аристократка Владислава Юрьевна Метельская, глава рода, студентка Императорской южной школы. В настоящий момент я нахожусь возле центрального входа в школу. В ответ на законную просьбу пропустить меня на территорию от начальника охраны Минаева Романа Антоновича поступил отказ, а также устная угроза моей жизни и здоровью. Прошу выслать наряд.
— Группа выехала.Ожидайте, — сообщил дежурный полицейский.
— Спасибо, — я нажала на отбой и бесстрастно посмотрела на окаменевшее лицо начальника охраны.
В повисшей тишине отчетливо прозвучал удивленный юношеский голос:
— Удачно мы опоздали.
— Есть такое дело, — с нескрываемым интересом подтвердил его друг.
В этот же миг Минаев в один широкий шаг оказался прямо передо мной и презрительно прошептал:
— Здесь глушилки. Записать наш разговор на телефон ты не смогла, а эти, — он едва заметно качнул головой, указывая на студентов, — вряд ли что-то слышали. Ничего не докажешь.
— И не собиралась, Роман Антонович, — я широко улыбнулась.
Пораженный моим заявлением, Минаев шагнул назад. Казалось, он потерял дар речи.
В этот момент в холл стремительно влетели пятеро мужчин в боевой экипировке. Через удар сердца они стояли между мной и начальником охраны.
— Быстро вы, — произнесла я с искренним уважением.
Ближайший ко мне полицейский сквозь ткань черной маски глухо пояснил:
— Императорская школа на особом контроле.
Неожиданно откуда-то из-за спины послышался строгий мужской голос:
— Владислава Юрьевна Метельская?
Быстро обернувшись, я увидела мужчину, одетого в темно-синюю форму. Заметив мой кивок, офицер подошел ближе.
— Я дежурный дознаватель Степан Иванович Трегубов. Вы находитесь в полной безопасности. Прошу сообщить, какие выдвигаете обвинения против начальника охраны Императорской южной школы Романа Антоновича Минаева.
— Обвинения? — переспросила я, задумчиво почесав бровь. — Я не сильна в юриспруденции, но, как глава рода, знаю, что подобные заявления необходимо подтверждать фактами. Увы, наличие угроз жизни и здоровью доказать не смогу. Господин Минаев сообщил, что аудиозапись нашего разговора, сделанную мной на мобильный, прослушать нельзя, так как здесь стоят глушилки.
— В холле действительно установлена подобная техника? — быстро поинтересовался дознаватель у начальника охраны.
Раздувшись от важности, тот самодовольно ответил:
— Трегубов, вы же офицер, и должны знать, что сотрудники полиции не имеют права задавать вопросы о существующей системе охраны Императорской южной школы. Обратитесь с официальным запросом, — он ехидно оскалился. — Если забыли, то на всякий случай напомню: без подтвержденного документально разрешения вы не имеет права входить на территорию школы и проводить любые осмотры.
Заметив, как на скулах дознавателя заиграли желваки, я мысленно хмыкнула. Эти двое, похоже, друг друга отлично знают, причем не приятельствуют. Мне, определенно, везет.
— Именно поэтому я воспользуюсь другими фактами, — я достала из сумочки уведомление от администрации, протянула его Трегубову. — Это основание для моего сегодняшнего визита в школу. Но, увы, сотрудники охраны меня пропускать отказываются. И официальной причины отказа не сообщают.
Прочитав документ, дознаватель нахмурился, о чем-то напряженно размышляя.
Забрав у озадаченного мужчины извещение, я озвучила то, что и планировала, вызывая полицию:
— Прошу вас, как представителей закона, зафиксировать факт моего нахождения здесь и сейчас. Также прошу зафиксировать факт отказа начальника охраны Романа Антоновича Минаева пропустить меня на территорию школы, в том числе и его отказ предоставить распоряжение администрации учебного заведения на запрет прохода.
Дознаватель пристально посмотрел на побледневшего, как мел, Минаева и со значением произнес:
— Ну, бывший коллега, стоит напоминать, что на это мы имеем полное право?
— Нет, — скрипнул зубами от злости Роман. — Пройдемте в помещение для охраны. Здесь посторонние.
— Нам и в холле удобно, — зловредно ухмыльнулся Трегубов. Повернувшись к застывшим статуями студентам, строго распорядился: — Господа, прошу вас не уходить, нам понадобятся свидетели, — затем, посмотрев на часы, принялся прямо в планшете заполнять бланк.
Отвечая на вполне стандартные вопросы, я внимательно наблюдала за начальником охраны. Было интересно, когда же презрительно кривящий губы Минаев сдастся. Ну не может же он не понимать, что происходящее — лишь вершина айсберга?
Меж тем дознаватель нарушил привычный мне ход опроса и сухо поинтересовался у Минаева:
— Роман Антонович, кто вынес распоряжение о запрете госпоже Метельской прохода на территорию школы?
С ненавистью посмотрев на меня, начальник охраны процедил:
— Я проверю.
Резко развернувшись, он удалился в помещение охраны. Проводив его взглядом, Степан Иванович посмотрел на меня и тихо сказал:
— Бьюсь об заклад, он вынесет пропуск. Вы же не пойдете прямо сейчас на попятную? — в его голосе послышалась тревога.
Улыбнувшись, я промолчала. Неодобрительно качнув головой, мужчина сосредоточился на планшете.
Вернувшись через пару минут, Минаев действительно протянул мне серенький браслет. Вытянувшись во весь свой небольшой рост, сухо сообщил:
— В программе произошел сбой. Приношу извинения, Владислава Юрьевна. Браслет наденьте на левое запястье. Это разовый пропуск, действует сегодня до девятнадцати часов. Дотроньтесь до него пальцем, и он покажет дорогу к административному корпусу. Ректора сейчас на месте нет, но вашим делом займутся. Полагаю, инцидент исчерпан?
Я послушно надела браслет на руку. Заметив движение среди студентов, чуть подождала, пока те приблизятся, и невозмутимо произнесла:
— Вы лишь выполнили то, что обязаны были сделать. Думаю, дознание верно квалифицирует состав правонарушения и установит личности всех виновных в произошедшем. Ну а дальше последует заслуженное наказание, — видя, как изумленно округляются глаза начальника охраны, добавила холодно: — Моя внешность обманчива. Я — глава рода. Запомните крепко-накрепко, Роман Антонович: ваши намерения для меня, как и для дознания, предельно ясны, и я не позволю кому-либо даже помышлять о том, чтобы безнаказанно завладеть моим имуществом.