Страница 110 из 130
Вереница черных порталов окружила их, в тот же миг град энергозарядов залпом ударил по Аластеру.
Земля и небо содрогнулись. Вспышка взрыва превратила день в ночь. Облака дыма разлетелись в клочья под давлением расходящейся ударной волны. На земле задрожали деревья, с крыш срывало черепицу и кровли, выбивало стекла и переворачивало машины.
Тяжело дыша, Лили расцепила стиснутые зубы. По щекам катился пот. Её тело тускло светилось, из царапин на коже сочились золотистые капли.
Шар огня, пожравший её соперника, вспух — и мгновенно развеялся, оставив черный силуэт.
— Лучше, но все равно слабо — бросил он и сжал в руке сотканный из черной альвы клинок. — Где твой пыл, рвение и старание?
Он наставил черное лезвие клинка на неё.
— Ты не освободилась, Лилит. А переняла слабость хозяина.
Черная пелена альвы раздалась в стороны — и сам воздух вокруг них взорвался градом энергосгустков.
Мощный взрыв сотряс пространство, вспышка озарила небо и землю, на миг осветив весь город ярче солнца.
От земли поднялся пар, деревья внизу вспыхнули как спички. Воздух заволокло облако дыма с прорывающимися языками пламени.
Аластер обнажил зубы в усмешке.
— Тебе всё ещё очень далеко до…
В тот же миг пламя разлетелось в стороны от золотого щита Владыки.
На месте взрыва осталась сверкающая сфера, в центре которой парила женская фигура.
— Моя сила со мной, — прогремел хор голосов Лилит, её глаза засияли золотом. — И она больше, чем когда бы то ни было.
Её обожженный серый комбинезон на глазах изменялся на одежды Владыки Пустоты, за спиной проявились полупрозрачные крылья из лент энергии и спиральных копий. Сфера раздалась в стороны — и рассыпалась, как кокон, выпуская Владыку Пустоты.
— Не разочаруй меня, соплячка, — бросил Аластер, поднимая меч.
Она атаковала со скоростью молнии. Сотни залпов из порталов ударили по сопернику, его щит вспыхнул, брызги кристаллического крошева вспухли сверкающим облаком. Взмахнув копьем в руке, Лилит бросилась на врага.
Они метались под кромкой черных облаков как две звезды. Грохот столкновений расходился громовыми раскатами под вспышки молний приближающейся грозы. Меч и копьё вонзались друг в друга с ураганной скоростью, высекая снопы искр. А вокруг них, как две стаи птиц, носились и сталкивались сферы энергии, когти и копья.
— Ты ничто, Лилит! Жалкая копия себя! — глаза Аластера засветились алым светом, на лице проступили уродливые черты. — Ты упустила шанс тогда! И упускаешь снова!
Он злился, и с каждой секундой его натиск возрастал. Барьер Лилит дрожал и звенел под градом его атак, черный клинок гибкой змей жалил щит, ища слабую точку.
— Ты предала всех! Своих соратниц! Хозяина! Сестру! — удар за ударом аластер вонзал клинок в её копьё. — Кодексы презирают тебя! Ты никчемна! Даже Фрея презирает тебя! Ты должна была спасти её!
— Не смей трепать её имя, чудовище!
Отбив мощнейший удар, Лилит хлестнула копьём в ответ. Вместе с ударом десяток порталов извергли на Аластера шквал черных снарядов, кроша кристаллические когти, которыми он закрылся.
В облаке обломков открылась узкая брешь — достаточно, чтобы прошло острие копья.
— Больше я не стану твоей пешкой! — Лили ударила в брешь. Объятое разрядами копьё вспыхнуло, упершись в несокрушимый альва-барьер.
— Бесполезно! — усмехнулся Аластер — и застыл с остекленевшим взглядом.
Вспыхнув оранжевым сиянием, копьё рванулось вперёд, пронзая защиту.
Сверкающее жилками энергии острие вонзилось в грудь чудовища и швырнуло его назад с ревом летящего паровоза.
Казалось, сама альва содрогнулась от полного боли вопля Аластера. Дрожь волнами разошлась в стороны, Лили отпрянула, не сводя глаз с соперника.
Кувыркнувшись в воздухе, он вырвал копьё и швырнул в сторону.
Раздувшееся от энергии тело с серой кожей уже не походило на изящного юношу, бывшего кодексом Романа. На неё немигающими алыми глазами смотрел монстр, зажимая рану в груди неестественно длинной когтистой лапой. Вытянутое серое лицо с массивными острыми зубами скалилось тонкогубой улыбкой, похожей на плотоядный оскал зверя.
— Предательница, — тяжело дыша, прорычал он. — Ты предала Фрею. Предала Ярослава. Предала себя и свой выбор.
Он метнулся к ней быстрее молнии. Острая боль обожгла бок и плечо, Лили развернулась — и едва успела подставить копьё под чудовищный удар когтистой лапы.
В стороны разлетелись искры, Аластер отпрянул и с усмешкой посмотрел на покрытые золотой кровью когти.
— Шрам на твоей спине. Он ведь всё ещё болит. Я знаю, — издевательски рассмеялся он. — Твой шрам — подтверждение слабости. Ты доверилась людям, и повторяешь эту ошибку снова.
— Единственной ошибкой было довериться тебе, — Лили подняла ладонь, и в неё влетело искрящееся энергией копьё. — Об этом и напоминает мой шрам!
Они снова ринулись друг на друга. Смертоносная карусель закрутилась с новой силой. Объятые разрядами тела метнулись от кромки облаков к самой земле и, пронесшись над пылающими деревьями и головами повстанцев, взмыли вверх.
— Людям не победить альву, Лилит! — прогремел Аластер, не прекращая атак. — Твоя сестра всё ещё у меня, ты ещё можешь её вернуть! Хватит упрямиться! Отдай Вайнера!..
— Никогда!.. — крикнула она. Соперник с яростным криком врезался в неё и, проломив щит в бешеной атаке, сгрёб Лили за руку и швырнул вниз.
Словно метеор, она рухнула на здание возле площади, пробив крышу и несколько перекрытий. Трехэтажный дом, украшенный колоннами и лепниной, разлетелся от взрыва энергии, превратившись в оранжево-серое облако обломков и пламени.
Тяжело дыша, Аластер медленно завис над дымящимся кратером. Серая туча пыли медленно оседала, расползаясь по окрестностям.
В пыльной пелене показалось движение. Алые глаза монстра вперились в сердце кратера — и из дымки показалась сгорбленная фигурка Лилит.
— Почему?.. — выдохнул Аластер.
Пошатываясь, кодекс шагнула по обломкам навстречу. Её изрезанная обломками кожа сочилась золотом. Тяжелое дыхание эхом отдавалось в тишине.
— Ты… никогда его не получишь… — сглотнув, произнесла она. — Тебе не понять, каково это — когда тот, кого ты предал, пришёл за тобой сквозь тьму в самое сердце океана кванты.
Её тихий голос звучал так, словно каждым словом она вбивала гвозди. Словом, исполненным непоколебимой веры.