Страница 62 из 71
Драгоценности, были пересыпаны большей частью в холщовые мешки, и упрятаны в тетушкин сейф, заполнив его под самый верх, сундук нашел свое место уголке ее каюты, а я еще раз поднявшись до башни, тщательно осмотрел все оставшиеся углы подвала, но так ничего и не обнаружив, наконец выбрался из него, и решил, не маскировать вход вниз. Сейчас там не был уже ничего ценного, и терять время на сокрытие следов, не хотелось. Завершив здесь все запланированные дела, привел себя в порядок, согрев воды, и тщательно вымывшись, прямо на каменном пирсе, возле корабля. Затем заварил себе кружку кофе, перекусил остатками завтрака, и прикинув, решил, что вполне успею добраться сегодня, пусть не до материка, но хотя бы до одного из испанских островов, до той же Менорки, например, и раскочегарив котел, довольно скоро вывел тетушкину яхту в море, и взяв курс на юго-запад, направился в сторону Испании.
Переход проходил достаточно спокойно, лишь однажды мне встретился океанский лайнер, шедший встречным курсом в двух кабельтовых от меня. Но чем ближе я подходил к испанским берегам, тем беспокойнее становилось на душе. Как будто какой-то груз навалился на меня, и усиленно сдавливал мою грудь предвещая какую-то беду. Я перебирал все возможные причины, и никак не мог найти ответа на возникающие в моем сознании вопросы. Потом вдруг подумал о том, что если Франция затребовала моей выдачи, то наверняка сейчас по всей стране расклеены листовки с моей физиономией и объявленным вознаграждением. Далеко не факт, что объявленное вознаграждение там действительно указано, но то, что подобные листовки довольно часто вывешивают во всех людных местах, я видел еще, живя в Париже.
Вовсе не обязательно, что фотография на листовке, будет похожа на меня. Тем более, что на нее скорее всего пошли фотографии, имеющиеся в каком-то архиве, заложенные туда при получении мною французского паспорта, или же взятые из ректората Сорбонны, где я когда-то учился. В любой случае, это снимки, как минимум трехлетней давности. К тому же, за последний месяц, я отпустил небольшую бородку, усы, и выглядел совсем иначе чем тогда. Хотя знающие меня люди, вполне могут сопоставить те фото с моим новым лицом, и опознать меня. Но таких людей, в общем-то не так уж и много.
Таким образом, это, наверное, единственное, что может навредить мне в данной ситуации, но все-таки беспокойство не проходило, и когда я увидел впереди свет маяка, и подойдя ближе, соотнес его вид с описанием, определив, что вижу перед собой маяк Cap de Creus, самый восточный маяк на Пиренейском полуострове. Судя по описанию в лоции, он расположен в пятистах метрах от Пунта-де-л’Эскена. Получется что я слегка промазал с выходом к Менорке.
Взяв чуть восточнее, пройдя мимо мыса, на котором находился маяк, я вскоре увидел небольшую рыбацкую деревеньку, расположенную на берегу, довольно удобной буты, куда и сразу свернул, бросив якорь неподалеку от берега, рядом с каким-то рыбацким баркасом. Заглушив судовой котел, спокойно приготовил себе ужин, поел и завалился спать, отложив все дела на завтра.
Выспался, я просто прекрасно. Утром позевывая вышел на палубу, и тут же заметил, как от причала местной деревеньки расположенной на берегу бухты, отчалила лодочка, явно направляющаяся ко мне. Приблизившись к поему кораблику, мужчина сидящий на ней поздоровался, и по моему приглашению поднялся на палубу. Оказалось, что деревня называется Es Grau, в ней проживает около десятка семей, специализирующихся в основном на рыболовстве, и отчасти на обслуживании туристов. Последних здесь бывает маловато. Никаких особенных достопримечательностей здесь не имеется, разве что соседняя мелководная бухта, которая напоминает большую неглубокую лужу. Бухта будто предназначена, для семейного отдыха с детьми. Там ровное песчаное, а местами каменное дно, в самом глубоком месте, по пояс взрослому человеку. К тому же она прикрыта от моря, длиной косой, и в жаркий день, температура воды в ней, как парное молоко, что еще нужно для заботливых мамаш, с маленькими детьми.
— Но сейчас увы не сезон, и как минимум три следующих месяца, здесь будет полная тишина.
Мужчина явно строил рекламу своей деревушки, надеясь на то, что случайно оказавшийся здесь турист, в моем лице, задержится здесь, как можно дольше, а значит, для жителей деревни, будет возможность заработать. Я тоже подумал, о том, что если в ближайшее время, здесь не появится никто посторонний, это прекрасно может помочь мои планам. На всякий случай поинтересовался тем, есть ли в деревне какая-нибудь гостиница, кафе, где можно будет перекусить, и могу ли я рассчитывать на то, что если мне понадобится съездить куда-то в другое место, мне в этом будет оказана помощь.
Мужчина заверил меня, что деревня сможет обеспечить мне самый наилучший отдых, о котором я мог только мечтать, за вполне разумную цену. Мне тут же было предложено переместить мою яхту к пристани, которая находилась возле местной гостиницы, и пришвартовать ее там, причем мужчина, который и оказался владельцем местного отеля, готов был поклясться, чем угодно, что к моему кораблику никто даже близко не подойдет. Уже через полчаса мой дрифтер отбуксировали к причалу, надежно пришвартовали к вполне приличным стальным кнехтам. Я переселился в местную гостиницу, в уютную комнату, с достаточно широкой кроватью, чистым отутюженным льняным бельем, легким плетеным креслом и крохотным балкончиков, выходящим в сторону местной бухты. В кафе, расположенном при гостинице, меня накормили шикарным завтраком. И в общем-то я остался вполне довольным и обслуживанием, и всем остальным.
По моим прикидкам, Рыков с товарищем, должны были появиться в Кодес, не раньше завтрашнего дня, поэтому сегодняшний день я посвятил отдыху. Прогулялся по окрестностям, посидел в местном кафе, к вечеру, взяв у хозяина удочку и наживку, устроился в тихом месте, подсказанным гостеприимным хозяином, и отхватив вечернюю зорьку, наловил с десяток разного вида рыбешек, от ладони до половины локтя размером. Принеся свой улов в гостиницу, передал его на местную кухню, и мне тут же нажарили сковороду рыбы, большую часть которой я тут же с удовольствием умял.