Страница 11 из 71
Тамара Павловна, нынешняя жена отца, сразу же ухватилась за эту идею. Ведь в этом случае, экономились огромные деньги, на покупку, или на строительство. Фактически в дом, нужно было только перевезти, кое-какую мебель и все. Да и возраст уже говорил о том, что надолго их не хватит. А дом был со всеми удобствами, что еще нужно для спокойной жизни на пенсии. К тому же, пока я здесь обживался, успел устроить при доме, неплохую мастерскую, где имелся даже небольшой токарный станок, что пришлось по вкусу отцу. По его словам, в Нягане, у него была квартира в ЦУБе, это своего рода жилой вагончик, в виде огромной металлической бочки. Жить там было неплохо, но места, для чего-то большего, катастрофически не хватало. И поэтому имеющаяся у меня мастерская, очень его обрадовала. Возиться с железками он любил, как, впрочем, и я сам.
Одним словом, все оказались довольны, и дело пошло. Тамара Павловна, тут же отправилась обратно в Нягань, собирать контейнер с вещами, а папа начал обживаться в доме. Его в принципе все устраивало, даже моя «Нива», он правда собирался брать «шестерку» или «девятку», но подумав решил, что «Нива» его вполне устраивает, тем более что она ему доставалась считай бесплатно, да и для деревенской жизни самое то, что надо, а машине было всего два года. Единственная ошибка, которую он совершил, касалась его пенсии. Кто-то ему нашептал о том, что будет гораздо удобнее, если он переведет свою пенсию из Нягани, сюда, в Центральное Черноземье. И он, положившись на авось, тут же последовал «доброму совету», но стоило получить первую пенсию схватился за голову. Оказалось, что с нее сняли все северные надбавки, и районный коэффициент.
— Ведь вы же живете в Центральном Черноземье, о каких надбавках, может идти речь?
В итоге пенсия сократилась почти вдвое. И хотя она была все же по больше, чем у местных колхозников, но далеко не та, что была начислена первоначально.
Впрочем, Тамара Павловна, его жена, оказалась умнее, и не пошла на его поводу, оставив начисление пенсии в Нягани.
— Зачем с этим возиться? Все равно начисленные деньги поступают на книжку, а снять их с нее, можно где угодно.
Некоторое время, я жил в семье отца, когда в середине июля 1993 года, я наконец получил вызов из США для оформления визы по программе «Воссоединения семьи» и сразу же отправился в Москву. Там все решилось достаточно быстро, и уже через неделю, я имел на руках загранпаспорт с проставленной годовой рабочей визой, и мог отправиться туда в любое удобное для меня время. С билетами в Нью-Йорк, разобрался тоже достаточно быстро, взяв их на шестнадцатое августа, и отправился домой, собирать вещи. Неделя перед отъездом прошла в некоторой суматохе, я объездил по всем знакомым, нанося прощальные визиты, оформил у нотариуса все необходимые документы на дом. И к выходным был уже готов на все сто.
Это произошло в пятницу, тринадцатого августа. Это был в общем-то обычный день, и сейчас здесь, на территории бывшего СССР, пока еще никто не задумывался о роковом значении этой даты. Знаменитый фильм ужасов «Пятница, тринадцатое» еще не дошел до советского зрителя, хотя с того момента прошло уже больше тринадцати лет. Во многих культурах число двенадцать считалось «завершенным», а тринадцать нарушало эту гармонию, поэтому его воспринимали как нечто хаотичное. В христианской традиции негативную окраску числу добавила Тайная вечеря: за столом сидели тринадцать человек, и последним был предатель Иуда. В скандинавской мифологии есть похожий сюжет: на пиру в Вальхалле тринадцатым гостем стал Локи, который принёс в мир зло.
Часто в мире вспоминают пятницу, тринадцатого октября 1307 года — в этот день по приказу французского короля Филиппа IV арестовали рыцарей ордена тамплиеров. Их обвинили в ереси, подвергли пыткам и казнили. Существует легенда, что последний магистр ордена Жак де Моле перед казнью проклял короля и папу. Однако многие историки отмечают: сама идея, что именно это событие породило всеобщее суеверие, — скорее миф, который популяризировали позже.
Некоторые считают, что устойчивое сочетание «пятница, тринадцатое» как символ несчастья оформилось относительно поздно — на рубеже XIX–XX веков. Первое письменное упоминание относят к 1869 году: в биографии композитора Джованни Россини отметили, что он умер в «день двойной неудачи», а еще в пятницу распяли Христа. Для советского же человека, если конечно не брать в расчет верующих, это число пока не имело никакого сакрального смысла. Даже день Октябрьской революции по старому календарю выпадал на среду, а других столь же знаменательных событий, не имелось.
В этот день, за два дня до отъезда, мы с отцом решили отправиться на рыбалку. Благо что до Дона, от нашего дома было не больше трех километров, и то если считать по дороге, а проселком и того меньше. Одним словом, собрали снасти, кое-что перекусить сели в машину и отправились встречать зорьку на Дону. Рыбалка удалась на все сто, уже часам к десяти мы наловили ведра два рыбы, но клев не прекращался, и нам не хотелось возвращаться обратно. Хотя чуть позже все-таки пришлось. Вскоре, погода начала стремительно портиться, над нами быстро в течении четверти часа, нависли тяжелые свинцовые тучи и небо, вот-вот было готово разразиться дождем. Одним словом, пришлось сворачивать рыбалку, быстро собирать вещи, и отправляться обратно. Стоило только закинуть в машину последнее удилище, раздался гром и влил дождь. Уже сидя в автомобиле, заметил сложенное и забытое у ствола дуба алюминиевое рыбацкое кресло, и попросив отца подождать ринулся за ним. Вот только стоило только оказаться под деревом, и схватить кресло, как ударившая с неба молния попала точнехонько в росший на берегу реки дуб и прошила меня насквозь. На мгновение все вокруг заполонило ослепительным белым светом, и я, почувствовав сильную боль тут же потерял сознание…